Одарённые

— Поясните, Мастер-наставник. Что вы имеете в виду? — Калира крайне заинтересовалась произошедшим.

Подобных случаев отложенного эффекта зачарованных артефактов, активируемых и применяемых в нужный момент, ещё не встречалось в империи Физар.

— Я имею в виду, Мастер порядка, что чары сработали в тот момент, когда на топор обрушились заклинания доблестной стражи. Не примени они к топору боевой стихийной магии, топор бы просто отскочил от нагрудника нашего Императора или, в нашем случае, от господина Мастера-инквизитора.

— То есть… «просто отскочил»? — громко высказался Ферт. — Вы не забыли, уважаемый Мастер-наставник, что топор летел в самого Императора. Да и сила, с которой его метнул тот белошкурый в момент трансформации в звериный облик, была эм… — он на миг запнулся, — просто чудовищной!

— Соглашусь в этот раз с Мастером Теней, — нехотя произнёс Ластран. — Мои Инквизиторы действовали строго по уставу. Устранять любую угрозу царственной персоне — их священный долг!

— Да никто не обвиняет твоих Инквизиторов, Ластран! Естественно, они действовали по уставу. — Авриан недовольно нахмурился. — Никто же не знал, что на топоре были отложенные чары. Я просто рассуждаю гипотетически.

— Тебе бы только гипотезы строить. У нас тут, между прочим, покушение на самого Императора! — вернул шпильку Мастеру-наставнику первосвященник. — И вообще, почему этого сурга не проверили на наличие запрещённого Дара, а? Прежде чем волочь его в столицу империи. Да ещё на такой важный праздник, на котором, между прочим, присутствовала царственная персона!

— И это, кстати, хороший вопрос. — Зилат наконец-то оттолкнулся руками от стола и опустился на трон, откинувшись на его бархатную спинку и положив ногу на ногу. — Что скажешь, Дэитар?

— Так проверяли, ваша милость! — Мастер войны нахмурился ещё больше. — Дар ведь заметен лишь во время использования. Приставленный к нелюди Проверяющий всю дорогу от самого Седата глаз с него не спускал! И с илинита!

Дэитар постучал костяшками пальцев по столу.

— Да и кто бы мог подумать, что оборотень в одиночку совершит вылазку в наши земли? У сургов маги — такая же редкость, как и среди людей. Их берегут, а не отправляют на самоубийственные авантюрные задания. Да и патрулю Стальных панцирей, пускай даже и с магом во главе, так просто оборотня не изловить. Даже полсотни бойцов для матёрого оборотня — ещё не приговор. Шансы порешить их у него вполне имеются. По крайней мере, сдаваться без боя он бы точно не стал. Вот и не распознали запретный Дар, потому что тот сург даже в момент схватки и пленения его не использовал.

— А это, в свою очередь, может означать, что сург сам хотел, чтобы его пленили, — высказалась Калира. — Вот только зачем ему это? Чтобы добраться до кого-нибудь высокопоставленного?

— Тоже не сходится, — раздражённо ответил Дэитар, — согласно Второй заповеди Яриса, Стальные панцири обязаны были уничтожить нелюдь на месте. «Без суда и расследования». От быстрой расправы его уберегло только то, что командующим магом было принято решение допросить сурга с целью выведать, как именно ему удалось незамеченным миновать посты седьмого легиона.

— Ну, теперь понятно, как удалось, — еле слышно пробормотала Мастер порядка.

— Да, соглашусь с вами, Калира. Оборотню это сделать действительно проще, чем обычному сургу. И от илинитов на линии фронта пользы немного. Постоянно практически светятся. Во время боёв — так уж точно. Вот белошкурый в звериной ипостаси и проскочил.

— И что? — спросил Мастер Теней. — Почему нелюдь не уничтожили после допроса?

— Так мы же и приказали не уничтожать, — грустно буркнул Дэитар. — Как узнали, что сург живьём взят, распорядились привезти его невредимым в Физарию для публичной казни на праздничной церемонии. Я лично поручил доставить гонца одной из лучших команд Небесных странников из числа ветеранов моего легиона. Еле успели, кстати. Повезло, что допрос длился долго. Сург так ничего дельного и не рассказал.

— А вообще, чья была эта гениальная идея — устроить на праздновании в Семинарии кровавый поединок с нелюдью? — подал голос Мастер-первосвященник.

— Моя, — произнёс Ластран.

Все повернули головы на Мастера-инквизитора.

— Вы что, думаете, что это я всё спланировал? — от негодования в голосе Инквизитора послышались вкрадчивые стальные нотки. — Измыслил покуситься на Императора, а потом сам же его и защитил, чуть не расставшись с собственной жизнью? Вы серьёзно?

— Да, не стыкуется, — негромко сказал Авриан, поглаживая подбородок. — А кто ещё знал о вашей идее привезти сурга в столицу на празднование?

— Я, — властно произнёс Император. — Мы обсуждали с Мастером-инквизитором идею о поединке и прилюдной казни нелюди, если такая попадётся живьём, дабы напомнить людям, от кого и от чего мы, маги, их защищаем.

— А после того как владыка дал добро на проведение такой акции в будущем, я поделился этим лишь с несколькими Инквизиторами. Из тех, кому положено знать о подобном. Костяк моего ведомства. Эти бы не предали, я ручаюсь! — добавил Ластран.

Затем он немного помолчал и, собравшись с мыслями, продолжил:

— Честно говоря, я вообще считаю произошедшее крайне неудачным для нас, но совершенно случайным стечением обстоятельств. Посудите сами, господа участники Имперского совета. Что мы имеем? Сург явно преследовал какую-то собственную цель в империи. Либо разведку, либо покушение на кого-то из командного состава приграничных легионов. Глубже в империю ему просто так не пробраться, да и глупо на это надеяться. Находясь в чужой для него местности на нашей территории, он попался на глаза посту охраны, который сопровождали маги. Разумно предположив, что схватка будет для него непростой и что даже в случае его трансформации в оборотня и расправы над воинами и магами о его присутствии узнает весь легион, сург не стал применять магию в надежде, что дольше проживёт. Вот особо и не сопротивлялся при задержании. А то, что он топор свой затребовал в поединке, — это чистой воды импровизация. Он либо знал, что маги чаще предпочитают мечи, либо успел уже на арене Семинарии внимательно рассмотреть собравшихся, пока с него снимали цепи. Всё же на его глазах происходило. Вот и попробовал на авось вновь заполучить свой зачарованный топор.

— А я, как дурак, ему это позволил, — досадливо произнёс Мастер войны, прижимая правую ладонь ко лбу.