Одарённые

— А я всегда тебе говорил, Дэитар, что излишнее боевое благородство к врагу ни к чему хорошему не приведёт! — раздражённо произнёс Император. — Тем более по отношению к мерзкой нелюди.

— Да и вообще, — продолжил Ластран, — в самом начале поединка с Мастером войны сург бился вполне самоотверженно, явно желая победить. Пускай и ценой собственной жизни. Лишь получив ранение, он осознал, что ему не выиграть, даже перекинувшись. Увидев оборотня, даже Дэитар бы прекратил благородный поединок на честной стали и долбанул бы нормально — магией. Уж извините за прямоту, коллега. А против опытного боевого воздушника клыки и когти бесполезны. Оборотень бы даже приблизиться к Дэитару не сумел.

Ластран позволил себе слегка улыбнуться.

— Так вот, сург осознал ситуацию и понял, что шансов у него нет. И всё, что ему оставалось, — это постараться с честью и по возможности с пользой для его народа умереть. В попытке исполнить какую-нибудь благородную цель. Вот он и применил всё, что у него было: несокрушимый топор и оборотническую силу — для одной-единственной, без сомнения, подлой, внезапной и оттого весьма эффективной атаки на самого Императора. Куда уж благороднее для сурга!

Присутствующие многозначительно задумались.

— Ну не знаю, — нарушил молчание Авриан, — как-то слишком много совпадений. Всё как у менестреля в балладе — прямо по нотам.

— А я склонен согласиться с Мастером-инквизитором, — произнёс Ферт. — Вряд ли кому-то под силу такое спланировать. Слишком много слабых моментов, в которых план мог в одночасье развалиться. Как карточный домик. А ресурсов вложено немерено: и оборотень — сильная боевая единица, сравнимая с полусотней легионеров, и этот зачарованный топор… Нет, я бы на такое не поставил.

Тут первый советник Императора развернул корпус к говорившему Ферту. Для этого ему пришлось даже чуть привстать с глубокого кресла, опершись ладонями о подлокотники.

— А вот вам самому, уважаемый Мастер Теней? Скажите, лично вам под силу было бы провернуть подобное?

Ферт смутился.

— Ну, разумеется, нет, — одёрнув плечами и поправляя складки своего роскошного бархатного чёрного кафтана, ответил тот. — Для такого нужно быть посвящённым в личные беседы Императора и Мастера-инквизитора. Кроме того, необходимо договориться непосредственно с исполнителем. В нашем случае — это сург. А, как известно, Тени не ведут никаких дел с нелюдью. Согласно Второй заповеди Великого Яриса.

Ферт даже наставительно приподнял указательный палец правой руки.

— Ни сургов, ни амари я, к счастью, Ярис миловал, ни разу в своей жизни вживую не встречал. Это был первый виденный мною сург. Даю слово. Вот уж поистине захватывающее зрелище придумали Император и Мастер-инквизитор, чтобы напомнить гражданам империи, кто их защищает. Этот день точно запомнится надолго простому люду!

— Да уж, надолго! — Император аж поморщился от досады. — В любом случае оставлять такое без ответа никак нельзя. Будь то спланированная акция или спонтанная инициатива одного сурга. За такое должны ответить они все!

— Всецело поддерживаю, мой Император! — заискивающе произнёс Ферт. — Если оставить всё без достойного и справедливого ответа, нелюдь может взаправду попробовать спланировать покушение. Да и люди начнут шептаться. Ведь новость о случившемся уже разлетелась по всей империи.

— Именно поэтому я повелеваю моим советникам и командному составу северных легионов империи Физар в кратчайшие сроки составить план очистительного военного похода в земли сургов!

Император встал с трона и поднял кулак правой руки, окутанный мгновенно вспыхнувшим пламенем.

— Повиновение империи! — практически стройным хором произнесли советники, вставая со своих мест и прикладывая правую ладонь к груди.

— Ибо пусть все знают, что покушение на правящую персону не останется без ответа и будет иметь страшные последствия!

Зилат многозначительно оглядел присутствующих тяжёлым взглядом. Его кулак продолжал пылать.

— Поход — очистительно-карательный. Не нужно захватывать территории. Империи без надобности бесплодные снежные горы с постоянной вьюгой. Да и оборонять их непросто будет, когда сурги попробуют отбить свои владения обратно. Всё, что требуется от наших воинов, — вторгнуться вглубь вражеской территории и уничтожить столько сургов, сколько возможно. Без долгих поисков и выслеживаний. Если успеют сбежать — не преследовать. Да, и было бы неплохо разорить и сжечь пару их ближайших поселений. А на пепелище оставить какое-нибудь послание.

— Какого рода, повелитель? — поинтересовался воодушевлённый Дэитар. Возможность реабилитироваться и отомстить грела ему сердце.

— Не знаю. Придумайте! — отмахнулся Император. — Обратитесь к Ночным воронам. Они должны располагать примерными сведениями о том, где у сургов поселения. Воздушная разведка — дело полезное. Жаль, из-за постоянных бурь и Снежных колдуний не получается летать на шарах вглубь их владений.

— Слушаюсь! — отрапортовал Мастер войны, вновь прижимая ладонь к середине груди.

— На этом всё на сегодня, господа. Объявляю этот Имперский совет закрытым! — подытожил Зилат торжественной, положенной по уставу традиционной фразой. Пламя на его руке потухло.

Один за другим Мастера стали покидать зал.

— Мастер Ферт, Мастер Авриан, задержитесь, — негромко произнёс Император.

Дождавшись ухода остальных советников, Зилат обратился к Ферту:

— Пошли своих Теней в города и сёла империи, только пусть в этот раз они не собирают информацию, а наоборот, распространяют её. Мол, Император в бешенстве, он это без ответа не оставит. Вот, уже скоро новый карательно-очистительный поход будет, и всё такое. Пускай простой люд об этом узнает с позиции силы, а не слабости. Ты меня понял?

— Безусловно, Повелитель! Будет исполнено в точности!

Ферт подобострастно склонил свою лысую голову в низком поклоне и быстро вышел из зала Имперского совета.

Убедившись, что удаляющиеся шаги стихли, первый советник приблизился к Императору:

— Повелитель, а как же ваша затея отправить Теней на восток, к кочевникам барсарам?

— Успеется, Авриан. — Зилат устало опустился на свой трон, практически утопая спиной в мягком багровом бархате и придерживаясь за подлокотники. — Сейчас, сам понимаешь, это куда важнее. А степь… Степь никуда не денется.

Император поморщился.