Страница 18 из 114
Глава 12
Элориан
Час спустя утренний свет, пробиваясь сквозь пелену вечного тумана, озарил обеденный зал. Замок Ночного Тумана не был построен из камня — он был выращен из черного сланца и костей реликтовых деревьев. Своды зала напоминали грудную клетку колоссального зверя, а стены из темного, влажного дерева пульсировали едва заметным багровым светом, словно по ним текла живая кровь земли. Вместо гобеленов здесь колыхались полотна из серого мха, а воздух был наполнен ароматом хвои, который теперь безжалостно перебивал запах темной ворожбы принцессы.
За монументальным столом из окаменевшего дуба воцарилось тяжелое молчание. Король друидов восседал во главе, окутанный плащом из вороньих перьев. Его глаза, глубокие и холодные, как лесные омуты, изучали гостью.
— В нашем замке утро всегда пахнет грядущей бурей, принцесса, — голос короля Эдриана эхом отразился от «плачущих» росой стен. — Но я рад, что ты прибыла до того, как туман окончательно отрезал путь.
Лианель грациозно пригубила взвар из чаши, и ее золотые косы сверкнули в полумраке, словно чужеродное золото в недрах шахты.
— У Малахара в Замке Теней все застывшее, мертвое, — она бросила томный взгляд на Элориана и коснулась его пальцев своей ледяной ладонью. — А ваша обитель… она дышит. Это пугает и восхищает одновременно. Король Теней уверен, что союз с такими хозяевами жизни и смерти — ключ к мировому порядку.
Элориан смотрел на тарелку, где лежали лесные ягоды и пресный хлеб, но кусок не лез в горло. Под столом его рука инстинктивно сжалась в кулак, когда Лианель подвинулась ближе.
— Малахар ждет не только союза, — продолжила она, понизив голос до заговорщицкого шепота, — он ждет возможности увидеть того, кто сумел покорить сердце его самой верной союзницы.
Король друидов едва заметно кивнул сыну — этот короткий жест означал лишь одно:
«терпи»
. Он медленно поставил кубок на поверхность стола.
— Ваша свадьба состоится через три месяца, — произнес король Эдриан тоном, не терпящим возражений. Его глаза, похожие на застывшую смолу, впились в лицо принцессы. — Традиции Ночного Тумана незыблемы.
Лианель медленно повернула голову к королю, и в ее ледяных глазах промелькнуло нечто властное. Она выпрямилась, становясь похожей на изящную, но смертоносную статую.
— Три месяца? — она издала короткий, сухой смешок, в котором не было ни капли веселья. — Ваше Величество, вы забываете, что время — это роскошь, которой у нас нет. Я приняла решение: бал и венчание пройдут через месяц, в ближайшее полнолуние, в Замке Теней.
Она обвела взглядом обеденный зал, и на мгновение Элориану показалось, что иней выступил на столе.
— Тянуть нельзя, — отрезала Лианель, и ее голос зазвучал с фанатичной убежденностью. — Пока сердца молодых горят, а Малахар готов открыть нам свои врата, любое промедление — это слабость. Я еще вчера отправила гонцов к Королю Теней с этой датой, — она посмотрела на Элориана и улыбнулась, — Любимый, ты же не хочешь ждать три бесконечных месяца? Мы ведь так влюблены.
Элориан почувствовал, как внутри него натягивается струна. Один месяц. Слишком мало для подготовки мести, но достаточно для того, чтобы свихнуться.
Элориан резко поднял голову, в его глазах вспыхнул протест, но сказать он ничего не успел. Тяжелые створки ворот, сплетенные из корней железного дерева, с сухим стоном разошлись. В зал стремительным шагом вошел Кернунн, верховный советник короля друидов. Его плащ из волчьих шкур был покрыт инеем, а лицо, иссеченное морщинами, как кора старого вяза, казалось бледнее обычного.
Он не склонился в глубоком поклоне, лишь прижал кулак к сердцу — знак высшей тревоги.
— Мой король, — его голос, хриплый и надтреснутый, разрезал тишину. — Вести из пограничных рощ. Корни заговорили… и их шепот полон криков.
Король друидов медленно поднялся, и перья его плаща зашуршали, подобно крыльям тысячи ворон. Он не удостоил Лианель взглядом, но холод его присутствия заполнил пространство, осаживая дерзость принцессы.
— Говори здесь, Кернунн. У нас нет тайн от будущих родственников, — слова короля прозвучала едва уловимая насмешка.
Советник бросил быстрый взгляд на принцессу.
— Скверна прорвала заслон Туманных топей. Это не просто упадок, государь. Это целенаправленное выжигание жизни. Магия, которую мы не видели столетиями.
Лицо короля окаменело. Он бросил короткий взгляд на сына — в нем больше не было требования терпеть, лишь холодная расчетливость полководца.
— Принцесса, прошу нас извинить, — голос короля стал мягким, как мох, закрывающий капкан. — Государственные дела требуют немедленного обсуждения. Элориан, останься с гостьей.
Король друидов Эдриан и Кернунн направились к боковой двери, ведущей в личный кабинет монарха — комнату, выращенную внутри живого ствола Великого Древа, куда не смел входить ни один чужак. Лианель проводила их взглядом, в котором лед на мгновение сменился живым, острым интересом. Как только тяжелая дверь за ними закрылась, она повернулась к Элориану, и на ее губах заиграла опасная улыбка.
— Твой отец слишком полагается на секреты, принц, — прошептала она, наклоняясь к самому его уху и прислоняя к его щеке свою ладонь.
Элориан резко поднялся, едва не опрокинув кубок. Прикосновение Лианель жгло кожу, как след от крапивы, и ему жизненно необходимо было разорвать этот контакт.
— Мой отец прав, государственные тайны — скучная пища для такой гостьи, — произнес хриплым голосом он, натянув вежливую, но лишенную тепла улыбку. — Зачем нам слушать о гнилых корнях, когда я могу показать Вам величие живого леса? Замок Ночного Тумана — это не просто кости и сланец. Позвольте мне проводить вас в Верхние Сады.
Лианель на мгновение сузила глаза, явно раздосадованная тем, что нить разговора в кабинете ускользнула от нее, но тут же расслабилась, грациозно принимая предложенную руку.