Страница 112 из 114
Через час Мортимер вернулся, и я вручила ему бумаги обратно. Он ознакомился, поклонился и ушел. Я опять захлопнула дверь и легла на кровать, снова не снимая платья. Только собиралась уснуть, как — опять стук! Я немного рассердилась, но, открыв дверь, увидела женщину. Она низко поклонилась и представилась Гретой, моей камеристкой. Грета вошла, помогла снять платье, переодеть сорочку и уложила меня в постель. Уходя, она еще раз низко поклонилась и тихо закрыла дверь.
Я провалилась в глубокий, исцеляющий сон. Мне снился Элориан — он был невероятно красив, без тени тревоги в золотых глазах. Мы были в каком-то чудесном месте, залитом солнцем, смеялись и о чем-то беззаботно шутили. Он ласково коснулся моей щеки и уже потянулся за поцелуем, как вдруг резкий, настойчивый стук в дверь безжалостно оборвал мой сон.
Я открыла глаза. Было всего пять утра, серое рассветное марево едва пробивалось сквозь шторы. В спальню вошла Грета, моя камеристка. Вид у нее был решительный и деловой.
— Ваше величество, вставайте! — провозгласила она, распахивая портьеры. — У нас очень много дел, нужно успеть все до начала церемонии.
Я со стоном зарылась в подушку, но Грета была неумолима. Она начала загибать пальцы, перечисляя список моих дел на сегодня:
— Сейчас быстрый завтрак, затем подписание срочных государственных документов. Сразу после этого — публичная аудиенция с жителями нашего королевства: люди должны увидеть свою королеву живой и невредимой. Потом — разбор писем от тех королевств, которым мы вчера отправили приглашения. Следом мы приступаем к подготовке и репетиции самой коронации… И нам еще нужно как-то втиснуть в этот безумный график расслабляющую ванну, обед и сборы!
Я поняла, что поспать мне не дадут. Грусть все еще камнем лежала на сердце, но суета предстоящего дня начала понемногу вытеснять оцепенение.
Грета порхала вокруг меня, словно птица. Когда она достала платье, я не смогла сдержать вздоха — оно было великолепно, но корсет… Ох, этот корсет! Грета затянула шнуровку так туго, что каждый вздох напоминал мне о моем новом статусе.
— Терпите, ваше величество, — шептала она, укладывая мои волосы в замысловатую прическу. — Вы должны сиять. Скоро я познакомлю вас с вашими фрейлинами, они помогут вам привыкнуть.
Когда я вышла из спальни и направилась в трапезный зал, я не узнала замок. Мрачные тени, что вечно прятались по углам при Короле Теней, исчезли. Стало намного светлее, а зеркальный пол под моими ногами отражал каждый блик, создавая иллюзию прогулки по чистой воде.
Приоткрыв тяжелую дверь зала, я замерла. За столом уже сидели Лианель, Элориан и Рагнар, но рядом с ними были еще двое статных мужчин. Стоило мне войти, как они поднялись.
— Король друидов Эдриан Вердиан, отец Элориана, — представился первый, глядя на меня с нескрываемым интересом.
— Вожак оборотней Варг Рольфсон, отец Рагнара, — кивнул второй.
Я прошла во главу стола. Сегодня здесь все сверкало чистотой, наш вчерашний погром убрали. Слуги тут же поставили передо мной завтрак: ароматный омлет с травами, свежий хлеб и фрукты.
— У вас все в порядке, Королева Пепла? — негромко спросил Элориан.
Я на мгновение задержала взгляд на его «золотой невесте» Лианель, а затем посмотрела ему прямо в глаза:
— Да.
Завтрак проходил в напряженной беседе. Король друидов, не отрывая от меня глаз, спросил:
— Подскажите, сколько королевств приглашено на коронацию?
— Камергер сообщил, что все, — ответила я, стараясь, чтобы голос не дрожал. — И светлые маги, и темные.
Тут отец Рагнара подал голос, в его глазах читалось любопытство:
— Малахар приглашал нас всех на вашу свадьбу… Простите за бестактность, но после его исчезновения — вы все еще собираетесь замуж?
— Оу, у Малахара… — начала было я, но Элориан меня резко перебил:
— Свадьба отменяется. Малахар больше не вернется.
Король друидов медленно перевел взгляд на сына, а затем снова на меня:
— Значит, вы свободны.
— Простите, если что, Элориан помолвлен со мной! — вмешалась Лианель, вскинув подбородок.
Король Эдриан лишь поморщился, а вожак оборотней улыбнулся сыну.
Едва я отложила приборы, как в дверях появился камергер Алестер.
— Ваше высочество, — произнес он, — пройдемте в кабинет. Нужно ознакомиться с документами и подписать их.
Я покинула зал под их взглядами. Стоило дверям закрыться, как дышать стало легче — корсет все еще давил, но атмосфера за столом была куда тяжелее. Мы миновали длинный коридор и поднялись по лестнице в южном крыле. Кабинет встретил меня запахом старой бумаги и бесконечными стеллажами.
Меня усадили за массивный стол, заваленный бумагами. Началась долгая работа. Первым был указ о снятии запрета на перемещение светлых магов по Побережью и их обучении в академиях, включая Академию Пепла. Теперь они могли здесь жить, учиться и работать. Следующий документ возвращал свободу жителям самого Побережья: право выезда, переезда и телепортации.
Но самым важным стало снятие ограничений с трех главных порталов — в королевстве Пепла и в Центральном королевстве. Теперь маги со всей планеты Роскен могли оказаться здесь за считанные минуты.
Спустя три часа я чувствовала, как веки тяжелеют. Буквы расплывались, но последний документ был подписан. Мы сразу направились в зал для аудиенций. Меня усадили на трон — холодный, величественный и скоро официально станет моим. Мы с Алестером замерли в ожидании первых посетителей.
Тяжелые двери зала аудиенций со скрипом отворились, но вместо толпы посетителей на пороге показался Элориан. К моему удивлению, он не остался внизу, а уверенным шагом поднялся по ступеням постамента и невозмутимо уселся в кресло по левую руку от меня.
— Я хочу послушать, как ты справляешься, — негромко произнес он, поймав мой озадаченный взгляд. — Не возражаешь?
Я лишь кивнула, стараясь скрыть облегчение. Главное, что рядом с ним не было Лианель. Присутствие Элориана, его спокойная уверенность и едва уловимый аромат лесного дождя и яблок странным образом придавали мне сил.
Началась череда посетителей. За два часа передо мной прошли человек пятнадцать, и каждый раз, когда я сталкивалась с государственными тонкостями, я беспомощно смотрела на Элориана. Мое лицо буквально кричало: «Я не понимаю, что им ответить!». В эти моменты я чувствовала легкое покалывание в висках — его ментальный шепот, подсказывающий верные слова.