Страница 70 из 76
Глава 24
Рация на поясе охранника разражается треском: «Внимание, всем постам! Усилить бдительность! Прямой эфир скоро!» Он отдёргивает руку, хватается за кнопку приёма.
— Понял, — бормочет в рацию, отворачиваясь от нас. — Идём на обход. — Толкает напарника. — Пошли. Ещё запасной выход проверить.
Они уходят вглубь здания, шаркая подошвами по плитке.
Леонид опускает руки, его нити тускнеют, но маскировка ещё держится.
— Дверь, — шепчу. — Быстро.
Проскальзываем внутрь. За дверью короткий тамбур и КПП, далее — типичный офисный коридор с дверями по бокам. На пути стационарная рамка-металлодетектор, рядом стол охранника, за которым мужик с усами, листает телефон, подперев голову рукой. Турникет открыт — зелёный свет, но рамка работает: красные лампочки по бокам тускло светятся.
Двое «наших» охранников подходят к рамке, первый проходит, та издаёт короткий писк. Охранник за столом морщится, отрывает взгляд от телефона:
— Ключи, ремень, — отмахивается тот, который прошёл.
Второй проходит следом. Рамка снова пищит — дольше, с металлическим отзвуком. Охранник за столом уже отвлёкся на экран, бросает сквозь зубы:
— Калибровку бы им обновить. Вечно врёт.
— Ага, — кидает напарник, не оборачиваясь.
Мы — резко за ними, но чуть запоздало, синхронизироваться со вторым охранником всё же не успели, я не рискнул пройти вплотную за его спиной, наступая ему на пятки. Прохожу я, Гром и остальные вжимаются в меня. Краг протискивается, стараясь не стукнуть турникет локтем.
Металлодетектор издаёт целую серию громких звуков. Пищит так, будто сканер перегружен. Причём охранник за столом уже даже не смотрит — переписывается с кем-то в телефоне, чертыхается.
Один из тех двоих охранников оглядывается, но сквозь меня. Не видит. Отворачивается, и оба они уходят дальше по коридору вместе с напарником.
Преодолеваем коридор и попадаем в настоящий туннель — тоже коридор, но такой широкий, что по нему можно прогнать грузовик. Наверняка здесь на самом деле передвигают масштабные декорации, по крайней мере, вдоль стен выстроились некие конструкции, накрытые тентами, ширмы, части каких-то стен, свёрнутые баннеры, мебель, вон даже царский трон.
Пахнет свежей краской и машинным маслом, мельтешат работники, что-то таскают, крутят, регулируют. Под потолком тянутся кабельные лотки, щитки, короба.
Вдоль стен таблички «Пожарный выход», «В АСК-3», указатели, стрелки. Здесь действительно можно заплутать.
Где-то вдалеке гудит лифт, кто-то разговаривает по рации, звуки двоятся, троятся.
Проходим этот тоннель, далее — развилка. Три коридора. Прямо — широкий, с чисто вылизанными полами, с табличками «К техническому корпусу», «Склад декораций». Налево — более узкий проход, стены из полупрозрачного пластика, за ними тусклый свет, какие-то стойки. Направо — дверь с круглым окошком и табличкой «Зона ограниченного доступа. Посторонним вход воспрещён».
— И куда? — шепчет Гром.
«Чтение связей» показывает сотни нитей вокруг — тонких, толстых, прямых, дрожащих. Они переплетаются, уходят в щели в стенах, в потолке, под двери, тянутся к людям, которых я не вижу. Серые — равнодушие, золотистые — рабочий настрой, оранжевые — спешка, редкие красные — раздражение или страх.
Сейчас мне нужен кто-нибудь, кто сам идёт в аппаратную — туда, откуда запускается и управляется телевизионный эфир. Судя по количеству нитей, больше всего людей в левом направлении.
— Налево, — шепчу, показывая рукой.
Идём. Леонид спотыкается — его нити истончаются, становятся более прозрачными. Маскировка держится на пределе. В голове считаю: сколько времени мы уже невидимы? Для него это много. Надо быстрее.
Коридор сворачивает, потом ещё раз. Стены из матового пластика становятся прозрачнее — теперь я вижу, что за ними: железные шкафы до потолка, на панелях мигают зелёные, жёлтые, красные лампочки. Кабели толщиной с руку свисают из лотков под потолком. Где-то противно пищит датчик.
На одной из дверей табличка «Техническая зона. Не входить без допуска». Чуть дальше — ещё одна, с табличкой «Аппаратная 4. Ремонт».
Не то.
Из-за угла выходит мужчина. Ростом чуть выше меня, в синей рабочей форме, на шее бейдж с фотографией. И надпись: «Стажёр». В руке — кружка с чаем, пар идёт. Нити — серые, спокойные, слегка золотистые — он расслаблен, думает о чём-то своём. Медленно идёт в нашу сторону.
Я замираю. Леонид усиливает маскировку — я чувствую, как его нити натягиваются, будто он поднимает тяжесть. Мужчина проходит в двух шагах от меня. Я слышу его дыхание, чувствую запах кофе и табака. Он не смотрит в нашу сторону — смотрит в кружку, делает глоток, морщится — горячо.
Проходит мимо. Мы не двигаемся, пока его шаги не затихают за поворотом. Этот вряд ли сам знает, где аппаратная. Даже если сделаю «Подмену» — будет тыкаться во все двери как слепой щенок. Только шум поднимем. Идём дальше сами.
И, надеюсь, мы на верном пути — в дальней части коридора ползают хвосты нескольких ярких, оранжевых нитей. Люди в той стороне активны, напряжены. Может быть, как раз готовятся к эфиру.
Впереди замечаю камеру. Чёрная полусфера под потолком, мы уже прошли под десятками таких, но сейчас вижу, что Леонид в любую секунду выключит невидимость, чтобы передохнуть. Шепчу сильверу:
— Твоя очередь. Ослепи. Только аккуратно.
Сильвер кивает, поднимает руку. Короткая серебристая вспышка — теперь кто-то на пульте охраны увидит чёрный квадрат. Это значит — могут прийти проверить. Поэтому не хрен тут стоять на одном месте, шевелимся дальше.
Проходим ещё один поворот, коридор расширяется. Справа — дверь с круглым окошком, за которым виден длинный стол, мониторы, пульты. На двери табличка «Аппаратная 2. Вещание». Но свет не горит, там никого нет.
Чуть дальше — двустворчатые двери с надписью «Студийный комплекс. Только для сотрудников вещания». Над дверью снова камера, такая же чёрная полусфера, и кодовый замок с мигающим красным светодиодом. Рядом — считыватель бейджей.
Фрагменты нитей, которые то и дело высовываются из-под двери — густые, золотистые, несколько ярко-оранжевых. Люди там, внутри. Много. Десять, двенадцать человек.
А у меня, как назло, нет сегодня с собой бейджа, и я забыл код. Шутка, разумеется. Бейджа у меня и не было никогда, а код я смогу угадать разве что с нескольких десятков или сотен тысяч попыток.