Страница 48 из 76
— А этот? — второй кивает на фургон.
— Водитель пешком ушёл, пусть потом оформляют. Давай, живо.
Они запрыгивают в машину, разворачиваются с визгом и улетают, мигая маячком.
Леонид выдыхает, оседает на снег. Поле схлопывается — воздух перестаёт дрожать, нас снова видно. Водитель фургона, который всё это время сидел на снегу, боясь пошевелиться, моргает, оглядывается.
— А… что это было?
— Фокусы, — бросаю коротко. — Посиди теперь, не дёргайся. Вот теперь грузимся и валим.
Гром уже тащит тушёнку к «Мерседесу». Скорбенко вылезает, открывает багажник, молча принимает.
— Хоть бы раз без приключений, — бурчит он. — Но с вами, Артём Андреич, не соскучишься. Я это уже окончательно понял.
Парень хочет возразить, смотрит на нас затравленно.
— Если спросят, — говорю ему, — ты никого не видел. И куда делся груз, тоже не видел. Понял?
Он сглатывает, кивает.
— Понял.
— Вот и молодец.
Мы грузим ящики, и через минуту по газам. Парень остаётся возле своей машины, прижимая к груди зафиксированную руку.
Через час мы в особняке. Клавдия Петровна при виде мешков с гречкой всплёскивает руками, роняет половник.
— Господи, — охает она. — Целый мешок! Да это ж на полгода! И тушёнка! Настоящая!
— Нашли на дороге, — коротко бросает Гром.
— На дороге, — Клавдия Петровна смотрит на него подозрительно, но потом переводит взгляд на игрушки — плюшевый заяц с оторванным ухом — и смягчается. — В церковь отнесу, сиротам.
Скорбенко, довольный покупкой, уходит чинить автобус. Петров разбирает артефакты на столе в гостиной, раскладывает их, нумерует в блокноте.
— Три детектора, два подавителя, один генератор поля, — бубнит он. — С этим арсеналом мы могли бы…
— Потом, — обрываю я. — Как там портал у Крага?
Поднимаюсь, Краг сидит в спальне княгини на циновке. Сажусь рядом на пуфик.
— Почти готов, — гудит он, не открывая глаз. — Энергия копится. Завтра утром попробую ещё раз.
Он дышит тяжело, будто километр протащил гружёный «КамАЗ». Пальцы рук сложены в знак — большой и указательный смыкаются в кольцо, остальные растопырены.
— Выглядит как йога, — замечаю я. — Кундалини там, чакры…
— Не мешай, — рявкает Краг, звук напоминает камнепад в карьере. — Ты меня сбиваешь. Портал откроется там, где я скажу. Не волнуйся.
— Я вообще не волнуюсь, — отмахиваюсь я. — Просто уточняю.
Он снова закрывает глаза. Нити вокруг него становятся чуть ярче — золотистые разряды пробегают от плеч к пальцам, собираются в ладонях, перетекают в циновку, а от неё — в пол. Видимо, так он и накапливает энергию: через землю, камень.
— Нужно больше времени, больше энергии, — бухтит он. — Не беспокой меня. Тогда будет портал.
— Да, бро, только бы у тебя получилось. — Встаю, пуфик облегчённо вздыхает.
Выхожу, прикрываю дверь.
Вечером стою у окна в библиотеке, смотрю на снегопад. И тут: Дзынь! Сообщение от Лены.
«В Питере всё нормально. Будьте осторожны».
Смотрю на экран. Кого я пытаюсь обмануть, себя? Опять ведь хрень какая-то. Во-первых не звонит, а пишет. Но ладно, может неудобно сейчас. Но даже сам текст смс словно чужой — Лена обычно добавит шутку, смайлик, а тут сухо, как рапорт. Телефон могли забрать. Тогда кто сейчас там, на том конце? И что с ней? Набираю её номер. Гудки. Долгие гудки. Никто не берёт.