Под кожей

— Они спят, — сказал он и слизнул с губ дождевые капли.

Он вошел и закрыл дверь на защелку. Этот щелчок прозвучал для Майи как приговор. Она знала, зачем он пришел. И, к своему ужасу, поняла, что не хочет его прогонять.

— Ты обещал оставить меня в покое, — напомнила она, хотя голос предательски дрогнул.

— Я соврал, — Лео сделал шаг вперед. — Я пытался, Майя. Клянусь, я пытался. Ездил к друзьям, напивался, гонял по трассе так, что чуть не вылетел в кювет. Но я везде вижу тебя. Твои глупые глаза олененка Бэмби, когда я прижимал тебя к столу. Твои губы...

Он был уже слишком близко. Майя чувствовала запах дождя и его парфюма, которые медленно лишали ее рассудка. Его нужно оттолкнуть! Лео протянул руку и кончиками пальцев провел по ее скуле, спускаясь к шее. Его кожа была холодной от дождя, но там, где он касался, Майя чувствовала, как все горит.

— Уходи, Лео. Это неправильно. Мы из разных миров. Что будет, когда страсть спадет? Ты снова станешь говнюком, а я… В общем, тебе лучше исчезнуть.

— К черту все, — прорычал Лео. Он резко сократил расстояние, вдавливая девушку в край стола. Эскизы и учебники посыпались на пол, но Майя этого даже не заметила. — Ты хочешь, чтобы я ушел? Скажи мне это прямо в лицо. Глядя в глаза. Скажи, что ты ничего не чувствуешь. Что тебе не хочется, чтобы я коснулся тебя так же, как тогда на кухне.

Майя подняла взгляд. В комнате было темно, только вспышки молний на мгновение озаряли его лицо — до боли красивое. Она хотела сказать «уходи». Она честно хотела уберечь их обоих. Но вместо этого ее рука сама поднялась и легла на мокрую грудь Лео, чувствуя, как бешено бьется его сердце. Также быстро, как и ее.

— Я ненавижу тебя, — прошептала она, и в этом шепоте было больше страсти, чем в любом признании.

— Я знаю, — выдохнул он и накрыл е губы своими.

Лео целовал Майю так, будто хотел присвоить себе ее дыхание, ее мысли, ее душу. Его руки, жадные и требовательные, исследовали ее тело под тонкой ночной сорочкой, даже не спрашивая разрешения. Майя отвечала с той же страстью, запуская пальцы в его мокрые волосы, притягивая ближе. Вспышка молнии озарила комнату, и в этом мертвенно-белом свете все казалось нереальным. Только жар его кожи и вкус дождя на губах были настоящими. Лео подхватил Майю, сажая на стол. Его ладонь легла на ее бедро, медленно поднимаясь выше, снимая с нее промокшую от его тела сорочку.

— Ты сводишь меня с ума, — простонал Лео ей в ключицу, оставляя там багровый след. — Ты — мой личный ад, Майя. И я не понимаю, как так вышло, что ты — все, о ком я думаю.

— И я. Я думаю о тебе, — ответила она, задыхаясь.

Она начала стягивать с него мокрую футболку, пальцы путались в ткани, но Лео помог ей, одним резким движением отбросив одежду в сторону. Его торс, покрытый каплями воды и татуировками, казался в полумраке самым прекрасным на свете, точно тело Дьявола, что подталкивал ее в пропасть греха и удовольствия. Майя коснулась пальцами тернового венца на его руке, и он отчего-то вздрогнул, как от удара током.

— Посмотри на меня, — Лео заставил ее поднять подбородок. — Ты понимаешь, что после этого пути назад не будет? Мы разрушим все, что было до.

— Разве мы не разрушены с секунды нашей встречи?

Лео не стал спорить. Он просто подхватил Майю на руки и перенес на кровать. В этот момент за окном громыхнуло так, что, казалось, задрожали стены. Но девушке было плевать. Единственным миром, который существовал для нее сейчас, были ледяные глаза парня, который ворвался в ее жизнь и стер весь здравый смысл. Лео раздевал Майю медленно, с каким-то пугающим благоговением, будто она была запретным плодом, его собственной клеткой. Его поцелуи спускались все ниже — от шеи к груди и животу, заставляя Майю выгибаться и закусывать губы, чтобы не закричать. Каждое его прикосновение было как признание в любви, в которой он боялся признаться даже самому себе.

— Майя... — его голос стал совсем низким. — Скажи мое имя.

— Лео... — выдохнула она, вцепляясь пальцами в его плечи. — Пожалуйста… Хватит болтать!

Лео выдохнул смешок. Ее «пожалуйста» стало последней каплей. Он вошел в нее одним резким движением, и Майя вскрикнула, спрятав лицо в изгибе его шеи, чтобы не разбудить никого. Мир вокруг окончательно перестал существовать. Остался только ритм — безумный, первобытный, объединяющий их в одно целое. Огонь и лед, ненависть и нежность — все смешалось в этом танце на краю пропасти. Они занимались любовью долго, до полного изнеможения, пока гром не утих, превратившись в далекое ворчание, а ливень не сменился тихим шелестом.

Вопреки всему, Лео не ушел. Он остался лежать рядом, обнимая Майю так крепко, будто боялся, что она исчезнет с первыми лучами солнца. Она слушала его дыхание и смотрела на затихающую грозу за окном. Она знала, что завтра они снова наденут свои маски. Снова будут обмениваться колкостями за завтраком и делать вид, что ничего не произошло. Но это была ложь. Потому что теперь под ее кожей жил Лео. Его запах, его прикосновения, его имя. Они были врагами. Но Майя поняла самое страшное: она больше не принадлежит себе. Она принадлежит этому парню со шрамами на душе и льдом в глазах. Почему он дернулся, когда она коснулась его татуировки? Что он скрывает?

Лео приподнялся на локте и коснулся губ Майи легким, почти невесомым поцелуем.

— Ты знаешь? — прошептал он.

— Что?

— Что я теперь никогда тебя не отпущу. Даже если мне придется сжечь этот мир дотла.

Майя усмехнулась:

— Это только до утра, Лео. Утром все будет как прежде, — она закрыла глаза, засыпая в его руках, и не услышала ответ.

— Ничего больше не будет, как прежде...

Глава 7. Точка невозврата

Месяц прошел в секретном режиме. Днем — холодные кивки и показное безразличие. Ночью — тихие шаги по коридору, скрип половиц и задыхающиеся стоны, заглушенные подушкой. Каждый раз Майя обещала себе, что это последний раз. И каждый раз, когда Лео открывал дверь ее спальни, ее решимость рассыпалась в прах. В середине октября родители объявили, что улетают на неделю в Париж.

— Остаетесь за главных, — подмигнул Глеб. — Лео, присмотри за домом. И за Майей. Не позволяй ей приходить домой позже полуночи.

— Так точно, отец, уж я присмотрю за сестренкой, — ухмыльнулся парень и закинул руку на плечи Майи.

Как только такси скрылось за воротами, он схватил девушку за руку и потащил к гаражу.

— Мы уезжаем. Прямо сейчас.

— Куда? — опешила она.

— В старый охотничий домик отца в горах. Там никого нет. Ни родтелей, ни соседей. Только мы.