Страница 7 из 7
— Пусть рассказывает. Мне надоело прятаться, Майя. Тем более мы ничего противозаконного не делаем. Мы не родные.
— Ты не понимаешь! Мама только обрела дом. Если нас вышвырнут...
— Никто тебя не вышвырнет! Я не позволю. Ты не понимаешь, да? Я не просто хочу тебя трахать втихаря по углам. Я влюбился в тебя. И мне плевать на мнение отца. Ты мне не сестра. И никогда ею не будешь.
Слово «влюбился» повисло в воздухе. Майя замерла. Она ждала чего угодно — похоти, обладания, даже привычной злости. Но не этого.
— Ты... что?
— Я влюблен в тебя, маленькая дурочка. И если ценой за то, чтобы быть с тобой, будет война со всем миром — я готов. А ты?
Майя посмотрела на него — на этого парня, которого она еще месяц назад считала своим личным врагом. И поняла, что ее жизнь никогда не будет прежней.
— Я тоже, — выдохнула она.
Возвращение в город было похоже на спуск в преисподнюю. Лео вел машину молча, его профиль казался высеченным из камня. Майя смотрела в окно на мелькающие деревья, и ей казалось, что она прощается с самой собой — той наивной девочкой, которая верила, что можно просто спрятаться от проблем в охотничьем домике. Когда они въехали во двор, там уже стояла машина отца. Родители вернулись на два дня раньше.
— Помни, что я сказал, — Лео заглушил мотор и повернулся к девушке. Его рука легла ей на затылок, притягивая для короткого, болезненного поцелуя. — Не смей извиняться. Мы ни в чем не виноваты.
Они вошли в дом вместе, плечом к плечу. В гостиной стояла звенящая тишина. Отец сидел в кресле, его лицо было красным от ярости. Мать Майи стояла у окна, и ее плечи мелко дрожали. На журнальном столике лежал конверт с фотографиями — тот самый помощник не просто «зашел», он их заснял.
— Сядьте, — голос отца был пугающе тихим.
— Я постою, — отрезал Лео, не отпуская руки Майи.
Отец медленно поднялся. Он был выше сына, массивнее, и сейчас от него исходила волна угрозы.
— Ты... — он ткнул пальцем в сторону Лео. — Я дал тебе все. Я принял эту женщину и ее девчонку в наш дом. И как ты повел себя? Ты совратил ее под моей крышей?
— Никто никого не совращал, — Майя сделала шаг вперед, ее голос дрожал. — Мы влюблены друг в друга.
Мама обернулась, ее глаза были красными от слез.
— Майя, замолчи! Ты не понимаешь, что говоришь! Он теперь твой брат!
— Он мне не брат! — выкрикнула Майя. — В нас нет ни капли общей крови! Мы были чужими людьми месяц назад, и мы остались ими для всех, но не друг для друга.
Глеб подошел к Лео вплотную и с размаху ударил его по лицу. Голова парня дернулась, из рассеченной губы потекла кровь, но он даже не пошатнулся. Только глаза потемнели, превращаясь в две бездонные воронки.
— Если ты еще раз прикоснешься к ней, — прошипел отец, — я сотру тебя в порошок. Ты лишишься всего. Денег, наследства, машины, будущего. Ты пойдешь на улицу в том, в чем стоишь. А ты, — он повернулся к Майе, — завтра же уезжаешь в другой город. Я уже договорился о переводе.
— Нет, — Лео вытер кровь тыльной стороной ладони и криво усмехнулся. — Ты не понял, отец. Мне не нужны твои деньги. И твои угрозы больше не работают. Он повернулся к Майе. — Собирай вещи. Пять минут.
— Куда вы собрались уходить?! — вскрикнула мать, бросаясь к дочери. — Майя, одумайся! Он тебя бросит через месяц, а дома у тебя больше не будет! Я не приму тебя назад, слышишь?!
Майя посмотрела на нее. В этот момент она увидела в ней все то, чего так боялась в себе — зависимость, страх перед будущим, готовность терпеть все ради «золотой клетки».
— Прости, мам. Но я выбираю жизнь. Настоящую.
Глава 9. Финал
Они ушли через десять минут. Майя взяла только один рюкзак с самыми необходимыми вещами и свои эскизы. Лео бросил на заднее сиденье машины куртку и сумку с ноутбуком. Первую неделю они жили в дешевом мотеле на окраине. Лео заблокировали все карты, отец даже подал заявление об угоне машины, и ее пришлось бросить на стоянке у торгового центра. Они остались ни с чем. Но странно — Майя никогда не чувствовала себя такой живой.
— Жалеешь? — спросил он ее однажды ночью. Они лежали на узкой кровати, укрывшись одним колючим одеялом. В комнате пахло сыростью и дешевым моющим средством.
Майя прижалась к его груди, слушая мерный стук сердца.
— Ни секунды.
Лео нашел работу в ночную смену на складе, днем подрабатывал программистом. Его таланты отец забрать не мог. Майя устроилась оформителем в небольшую кофейню и продолжала учиться дистанционно. Было тяжело. Порой им не хватало денег даже на нормальный ужин, и они делили одну пачку лапши на двоих, смеясь и целуясь прямо за столом.
Их страсть не угасла под гнетом быта. Наоборот, она стала глубже. Теперь это было единство двух изгоев против всего мира. Каждый раз, когда Лео возвращался с работы, усталый и злой, Майя отогревала его своими руками и безграничной любовью.
Два года спустя
Блестящий черный мотоцикл затормозил у небольшого коттеджа в пригороде. Парень в кожаной куртке снял шлем, встряхнув темными волосами. Лео изменился — стал шире в плечах, взгляд стал спокойнее, но та же опасная искра все еще тлела в глубине его ледяных глаз. Из дома выбежала девушка в легком сарафане, босиком. Она запрыгнула на него, обхватив ногами за талию, и он привычно подхватил, зарываясь лицом в ее волосы.
— Привет, жена, — прошептал он ей в шею.
— Привет, сводный братец, — подразнила она его, и они оба рассмеялись.
Они поженились полгода назад. Скромно, только двое свидетелей из университета. Родители так и не вышли на связь, но Майя иногда получала от матери анонимные посылки с вещами — крошечные жесты запоздалого раскаяния. Отец пытался их сломать, но в итоге лишь закалил. Лео открыл свою небольшую IT-студию, Майя готовилась к своей первой персональной выставке. Вечером, когда солнце садилось за верхушки сосен (так похожих на те, что были в их охотничьем домике), Лео прижал ее к себе на веранде.
— Мы справились, Майя.
— Мы просто не умели проигрывать, — улыбнулась она, подставляя лицо его поцелуям.
Их история не была сказкой. В ней было много потерь, слез и сломанных судеб. Но в мире, где все покупается и продается, они нашли нечто бесценное. Свою общую кожу. Свою правду. И свою, ни на что не похожую, горячую любовь.
Конец