Страница 79 из 113
Глава 19: Шоубей Ли
Лето 1880 года принесло не только жару и духоту, но и новость, которую А-Шу ждал два года.
В поместье прибыл не обычный гонец, а целая делегация: офицер в форме Хуайской армии, два писаря и четверо солдат сопровождения. Офицер — немолодой, сухощавый, с лицом, изрезанным шрамами, тот самый цяньцзун Чжоу, связной из штаба армии, протянул А-Шу пакет с печатью штаба.
— Приказ наместника Чжили, — сказал он. — Вам и вашему отряду.
А-Шу вскрыл пакет. Внутри был официальный документ — не короткое письмо, а настоящий приказ, составленный по всей форме, с печатями и подписями.
«На основании рапортов о действиях отряда под командованием Ли Жунцзы в операциях против бандформирований в провинциях Хэнань и Аньхой, а также против тайных обществ в районе трёх провинций, командование Хуайской армии постановляет:
Придать означенному отряду статус отдельной разведывательной роты Хуайской армии с прямым подчинением штабу наместника Чжили. Установить штатную численность в сто пятьдесят человек. Обеспечить отряд оружием, снаряжением и жалованьем по нормам регулярных частей. Командиру роты Ли Жунцзы присвоить звание шоубэй с правом самостоятельно проводить набор и обучение личного состава».
А-Шу дочитал и поднял глаза. Офицер — немолодой, сухощавый, с лицом, изрезанным шрамами, — стоял навытяжку, но в его глазах мелькала усмешка. Он знал А-Шу с тех пор, как тот мальчишкой мотался по поручениям наместника, и теперь смотрел на него с отцовской гордостью — впрочем, тщательно скрываемой за служебным тоном.
— Поздравляю, шоубэй Ли. Его превосходительство просил передать, что вы заслужили это. И добавил, чтобы вы не зазнавались.
— Его превосходительство всегда так говорит. — усмехнулся А-Шу.
— Я знаю. Я служу у него пятнадцать лет. — Он позволил себе улыбнуться. — И ещё он просил передать, что первая партия винтовок прибудет через две недели. А пока — вот бумаги на снабжение.
А-Шу взял бумаги и повернулся к плацу, где его парни — теперь уже его рота — заканчивали тренировку. Дашу, заметив делегацию, уже стоял навытяжку и ждал.
— Дашу! — крикнул А-Шу. — Построение.
Через минуту сорок пять человек стояли в две шеренги. А-Шу вышел перед строем и зачитал приказ. Когда он дошёл до слов «отдельная разведывательная рота Хуайской армии», по шеренгам пробежал гул. Дашу, не удержавшись, присвистнул.
— Тихо! — рявкнул А-Шу, но сам не мог сдержать улыбки. Он свернул приказ и обвёл взглядом своих людей. Тех, кто начинал с палок на берегу реки. Тех, кто шёл за ним в горы и ущелья. Тех, кто терял товарищей и возвращался снова.
— Ну что, — сказал он. — Теперь мы — рота. Сто пятьдесят человек. Жалованье, оружие, снабжение. Всё по-настоящему.
— А нас пороть будут, если что? — крикнул кто-то из заднего ряда.
— Обязательно. И в первую очередь — тебя.
По строю прокатился смех. Дашу покачал головой и пробормотал:
— Из деревенского ополчения — в регулярную армию. Кто бы мог подумать.
— Я мог, — тихо ответил Сяошу.
— Ты всегда мог. Ты у нас умный, — поддел его Ли, на что бойцы заулыбались.
Это было его первое слово за весь день. И оно стоило целой речи.
Никто из них не знал, что приказ подписан отцом их командира. Для всех А-Шу оставался просто талантливым парнем, которого старый лис взял в дом много лет назад, заметив его способности. Сирота. Выскочка. Человек, который сделал себя сам. Тем, кто догадывался, что всё не так просто — а догадывались немногие, — хватало ума молчать. Остальным хватало веры в своего командира.
Набор новых бойцов начался через неделю. Весть о том, что отряд Ли Жунцзы стал частью Хуайской армии, разнеслась по округе быстро. Крестьяне, прослышав о жалованье и снабжении, потянулись к поместью. Приходили и те, кто уже слышал о боях в Хэнани и в горах, — ветераны уездной стражи, бывшие солдаты, даже пара дезертиров из других частей, которым А-Шу дал шанс искупить вину.
Он отбирал жёстко. Не по возрасту, не по росту — по глазам. Если человек смотрел прямо и не отводил взгляда — брал. Если бегал глазами или начинал врать — гнал прочь. Лао Чжан, помогавший с отбором, одобрительно кивал.
— Ты правильно делаешь, — сказал он однажды. — В бою не рост важен. Важно, чтобы рядом с тобой стоял тот, кто не побежит.
— Я знаю.
— Знаешь. Но теперь у тебя будет сто пятьдесят таких. Справишься?
— Справлюсь.
Лао Чжан хмыкнул и пошёл отдавать приказы новобранцам. Через месяц рота была укомплектована. Сто пятьдесят человек, разбитые на пятнадцать отделений по десять бойцов — звенья, как учила его тактика малых групп. Дашу, Сяошу и Лю получили звания Бацзунов и под своё командование по три отделения каждый. Остальными командовали Вайвэи из числа ветеранов, прошедших обе операции.
Первая партия винтовок прибыла, как и обещал майор Чжоу, через две недели. Новенькие, в масле, с заводским клеймом Тяньцзиньского арсенала. А-Шу лично проверил каждую, раздал бойцам и провёл первые стрельбы.
Это была уже не ватага. Это была рота. Его рота. Часть Хуайской армии, признанная официально, обеспеченная и вооружённая. И теперь он отвечал за неё не только перед собой, но и перед штабом — и перед человеком, который дал ему этот шанс.
Вечером, сидя в своей комнате, он написал короткое письмо: «Рота укомплектована. Сто пятьдесят человек. Винтовки получены. Приступаем к тренировкам. Спасибо за доверие». Через две недели пришёл ответ. Ещё короче:
«Не за что. Работай».
И А-Шу работал. И хоть Шоубэй Ли, звучало непривычно, но он знал: это только начало.
* * *
Рота тренировалась каждый день, с рассвета до заката.
А-Шу разбил обучение на три части. Первая — стрельба. Новые винтовки Тяньцзиньского арсенала били дальше и точнее старых, но требовали привычки. Он гонял бойцов на стрельбище до седьмого пота — сначала одиночные выстрелы, потом залпами, потом на скорость. Патронов не жалели: снабжение теперь шло через штаб, и цяньцзун Чжоу исправно присылал ящики с боеприпасами.
— Стреляете вы теперь прилично, — сказал А-Шу после первой недели. — Для новобранцев. Через месяц будете стрелять хорошо. Через три — отлично. А пока — продолжаем.
Вторая часть — засады. Тактика малых групп, которую А-Шу когда-то вспомнил на этом самом плацу, теперь отрабатывалась всерьёз. Он разбил роту на пятнадцать отделений, и каждое училось действовать самостоятельно: выдвигаться, окапываться, пропускать противника и бить с фланга. Лао Чжан, наблюдая за учениями, однажды заметил: