Страница 9 из 78
Ах вот оно что. Это он решил не платить нам, раз не наблюдал лично за ритуалом. Ну, держись, жлобина!
— Я верно поняла, почтенный, что вы не собираетесь платить за сделанную работу? Вы хотите обидеть сирот, и ни общественное мнение, ни гнев богов вас не пугают? Так? — последнее слово я рыкнула изо всех сил.
Старосту немного проняло. Ровно настолько, чтобы отступить от меня на шаг и пренебрежительно взмахнуть рукой.
— Уж вы скажете, мисси! Что они там делали, огольцы ваши? Небось не надорвались.
Взамен обычной, даже не очень сильной злости где-то внутри меня подняла голову ледяная нечеловеческая ненависть.
— Раз так, то вот тебе, староста села Страттон, от меня отдарочек за твое доброе и честное к нам отношение. С этой минуты всякий раз, как ты решишь надурить кого-то, сам потеряешь денег вдесятеро больше, чем наживешь от своего подлого вранья. А если наживешься не деньгами, то потеряешь здоровье или близких. Пусть боги слышат меня. Да будет так.
После того, как я договорила, тишина вокруг стала абсолютной. И в этой тишине оборотистого старосту на миг охватило бледное лиловое свечение. Я собралась опять списать все на стресс, но еще спустя несколько мгновений поняла, что мне не почудилось. Со мной и моим собеседником снова произошло нечто странное.
И это нечто случилось после моих слов. Проверить бы зрение, да непонятно, как это сделать в мире, куда я угодила.
Пока я рассуждала о странностях, произошедших со мной дважды в течение получаса, из дома выметнулась тощая носатая тетка — похоже, это была супруга старосты.
— Простите нас, мисси, богов ради! — заголосила она на всю улицу. — Простите моего дурака, не знал он, с кем спорить решился! А ты, Грег Симмонс (тут она ткнула мужа костлявым пальцем в грудь), немедля разочтешься с доброй мисси и ее ребятишками. Добавь денег, чтобы они не держали на нас обиды!
Я смотрела на тетку в крайнем изумлении. Кого это она признала во мне, что так перепугалась? Да и староста после моего спича как будто онемел и заметно спал с лица. Он молча скрылся в доме, а вскоре вышел обратно. В руке его умостился кожаный мешочек, по всему видно, изрядного веса.
— Вот, мисси, — проскрипел Симмонс, вкладывая мешочек мне в ладонь. — Теперь мы в расчете, верно? Скажите, богов ради, что я ничего вам не задолжал.
Я беспомощно оглянулась на детей. Лея едва заметно кивнула, и я решилась сказать:
— Да, мы в расчете. Наша работа оплачена полностью.
Тогда старостиха заглянула мне в лицо и умоляюще проговорила:
— Раз все по чести, мисси, снимите проклятие!
— Да какое, к чертям, проклятие! — снова разозлилась я. — Что вы городите, миссис Симмонс⁈ Никто вашего супруга не проклинал. Хотя, может, и стоило бы.
— Ну как же! — внезапно женщина зарыдала, словно ей сообщили о том, что муж уже умер. — Вы же сказали… прокляли… что денег потеряет или здоровье… или кого из блиизких!
Она зашлась такими рыданиями, что пришлось переждать, прежде чем начинать говорить снова. Дождавшись, пока она прекратит завывания и хоть немного придет в себя, я уточнила:
— Вы неверно меня поняли, почтенная. Если ваш супруг станет вести свои дела честно — ему ничего не грозит. Понятно?
Старостиха хлюпнула носом и кивнула.
— Ну, слава богам, а то я думала, что мы до утра тут станем разбираться. Дети, идемте к Чарли. Спросим, сможет ли он отвезти нас прямо сейчас, или нужно подождать до утра.
Чарли с женой еще не спали, дожидались нас. Мэй снова захлопотала над детьми, разлила им по кружкам взвар, дала по сахарной булке и норовила завернуть еды с собой. Когда все перекусили, Чарли неуверенно спросил:
— Как лучше-то, мисси? Нынче же, сталбыть, вас в город отвезти? Или, может, деточкам отдых требуется? Ведь какое дело провернули! Уж такое вам от обчества спасибо!
Я тоже засомневалась, не остаться ли нам до утра, но дети неожиданно запросились домой.
— Там малые брошены на девчонок, — объяснил Майкл. — Мистер Нокс, конечно, присмотрит, но все же… если вы, мисс Элис, не возражаете, давайте поедем сейчас.
Чарли тут же отправился седлать свою лошадку, мы погрузились в телегу и неспешно потрюхали назад, в Барн.