Страница 11 из 78
— Вот на мнение драконов мне наплевать. Главное, чтобы нравилось вам. Ну и мне.
— Не говорите так, — испугалась Нея. — Драконы — победители, они распоряжаются всем в Альбионии. Если наш приют им понравится, они его не закроют.
— Не закроют, — как могла решительно произнесла я. — Обещаю вам, девочки.
— А нам очень нравится, — улыбнулась Лея. — Вот только уборки еще много осталось. Очень много.
Лея была права. Мы с детьми понемногу отскребали одну комнату за другой, но до полной очистки дома было все еще очень далеко. К моему изумлению, ребята приспособились драить стены и полы в тенях. Там это почему-то получалось быстрее и качественнее. Мои маленькие некроманты утверждали, что так они убирают и внутреннюю грязь, ту, что накапливается с темной стороны мира.
Не знаю, так ли оно было на самом деле, но приют приобретал все более приличный вид.
Принцесса показала себя воспитанной особой. Девочки отчистили ее шкурку, и теперь она не так напоминала умертвие.
В первый же день наша необычная кошка сделала подарок Кейти — приволокла откуда-то ее любимую куколку и торжественно положила к ногам малышки. Писку и визгу было много, Кейти плакала теперь уже от радости и целовала попеременно то любимую игрушку, то мордочку Принцессы.
Кошка не пыталась вывернуться и мужественно терпела поцелуи.
Я наблюдала за своими детишками с умилением и некоторой тревогой.
До прибытия попечителей оставалось все меньше времени, и я понимала, что мы не успеваем. Около половины дома до сих пор утопало в грязи и неустроенности. А ведь кроме уборки каждый день нужно было заниматься еще и приготовлением еды, стиркой, сбором яблок, варкой джема на зиму.
Да и отдыхать ребятишкам нужно было тоже, хотя бы иногда. Плотники за небольшую плату изготовили подвесные качели, лошадку и солидный запас кубиков. И при малейшей возможности наша приютская мелюзга устремлялась к вожделенным игрушкам.
Я бы еще долго соображала, где искать подмогу, если бы как-то в разговоре Грейс не обмолвилась про женщин из «неприличного дома». Якобы они приходили предложить помощь, и моя предшественница прогнала их прочь со скандалом.
— Ну-ка, с этого места давай поподробнее, моя дорогая, — велела я.
Из рассказа девочки стало понятно, что приют вскоре после открытия навестили дамы с пониженной социальной ответственностью из ближайшего борделя. Желали помочь сироткам и выказывали всяческое дружелюбие.
Однако прежняя Элис их порыва не оценила, обошлась с ними, по словам Грейс, «строго» и вскоре выпроводила их прочь. Вообще-то, я могла ее понять: если Альбиония в самом деле переживает аналог Викторианской эпохи, общение с девицами древнейшей профессии здесь табуировано строжайшим образом.
Ни одна барышня из приличной семьи ни за что не стала бы общаться с проститутками сама и тем более не допустила бы, чтобы с ними общались дети.
Мне в этом смысле было гораздо проще. Никакие местные табу меня не ограничивали. А кроме того, выбор отсутствовал: никого, желающего нам помочь, больше вокруг не наблюдалось. А без помощи со стороны мы никак не успевали обиходить приют к визиту попечителей. Чтоб их!
Жили мы без заботы победителей-драконов, и дальше прожили бы. Так нет же! Они стремятся, видимо, нанести нам радость и причинить счастье, — как сами это понимают.
Так что следующим утром я решила посетить «заведение», предлагавшее нам содействие. Правда, меня могли выгнать, как отсюда прогнала их моя предшественница. Ну, за спрос не бьют, глядишь, и со мной все обойдется.
Утром, выждав для приличия часов до одиннадцати, я нарядилась в самое легкомысленное свое платьице, в лиловых цветочках, добавила к туалету соломенную шляпку с лентами в тон, и приготовилась налаживать контакты.
Девочки объяснили, где находится «неприличный дом», и даже порывались пойти со мной. Мне едва удалось убедить их, что подобные беседы лучше вести между собой взрослым людям.
— Как неупокоев отправлять, так мы взрослые, — недовольно пробурчала мне в спину Лея. — А как в заведение идти, так сразу малявки.
Я сделала вид, что не услышала, и бодрым шагом двинулась по улице.
Слава богу, вокруг заведения мамаши Лу было тихо и безлюдно. На мой стук парадная дверь приоткрылась, и в проеме появился жилистый дядька средних лет, вида самого злодейского.
Он оглядел меня с головы до ног, хмыкнул и поинтересовался:
— Наниматься пришла?
От неожиданного вопроса я только слабо хрюкнула и продолжала таращиться на дядьку.
— Что смотришь? — слегка удивился он. — Или не решила еще? У нас девки справно живут, никто не жалуется. Крольчи… тьфу, мадам за них, чуть что, горой стоит. Ты входи, поговоришь с ней, она на тебя поглядит. Может, и столкуетесь.
Решив, что объясняться на крыльце будет слишком долго, я кивнула и ступила через порог.
Бордель выглядел… ожидаемо. «Дорого-богато», повсюду шелковые обои и красный плюш, по углам — фикусы, на стенах — картинки фривольного содержания. За большой гостиной с фортепиано и даже маленькой эстрадой тянулся длинный коридор с частыми дверями по обе стороны.
В торце коридора дверь была побольше и посолиднее. В нее-то и постучал мой сопровождающий.
— Мадам, к вам посетительница, — доложил он, просунув голову в дверь.
— Пусть войдет, — отозвался звучный, но довольно суровый женский голос.
* * *
Если бы я действительно пришла наниматься на работу, мадам точно вогнала бы меня в панику. Корпулентная тетка, лет сорока, румяная и на вид довольно добродушная. Это впечатление, однако, пропадало, стоило заглянуть ей в глаза.
Глаза, кстати, тоже были ничего: большие, карие, с мягким бархатным блеском. Но вот внутри них прятался делец — жесткий, ради своих интересов способный на многое.
Стало понятно, что строить дурочку мне не стоит — лучше сразу прямо сказать, зачем пришла.
— О, к нам в гости занесло мисси из приюта, — вместо приветствия заметила мадам.
— Меня зовут Элис, — я слегка наклонила голову. — И прежде всего я хочу извиниться за прошлую встречу с вашими девочками.
— Что это вас на извинения потянуло? — похоже, ей правда было интересно.
— Мне очень нужна ваша помощь. И если предложение еще в силе, я бы хотела им воспользоваться.
Некоторое время мы мерились взглядами. Потом мадам вздохнула.
— Я ж понимаю, вы из приличных, а мы… как придется. А у вас детишки. Хоть и необычные, но все же. Что, трудно приходится?