Страница 8 из 68
На исходе этого последнего, самого тихого часа боль вдруг свернулась в тугой узел где-то за глазами — и в этом узле будто открылся глаз. Не мой. Огромный, медленный, равнодушный — взгляд существа, для которого секунды и века не сильно отличаются друг от друга. Я зажмурился изо всех сил. Ощущение никуда не делось. Наоборот, стало отчётливее, будто что-то очень древнее наконец заметило, что у него на коже завёлся жилец, и теперь с любопытством его разглядывало.
Я хотел было снова сказать что-нибудь едкое — привычка цепляться за юмор посреди ужаса въелась в меня крепче, чем любая военная модификация. Но в этот раз слова застряли где-то на полпути к горлу. Потому что впервые за пять часов мне показалось — не показалось, а именно показалось с абсолютной, леденящей уверенностью, — что взгляд внутри меня ответил. Не словами. Чем-то более древним, чем слова. Узнаванием.