Страница 61 из 68
— В некотором смысле, — я кивнул. — Хотя каждый симбиоз уникален. У меня нет выбора, придётся начать процесс немедленно, иначе она умрёт. Но полная трансформация зависит от неё самой — от её воли, её сознания, её желания жить.
— А если она откажется? — спросила женщина. — Если не захочет этого… симбиоза?
— Тогда процесс остановится, и нам придётся искать другие способы помощи, — я вздохнул. — Но честно? Других способов может не быть.
Женщина закрыла глаза, словно ведя внутреннюю борьбу, затем решительно кивнула:
— Делай что должен. Спаси её, если можешь.
Я сосредоточился, направляя более интенсивный поток энергии через свою связь с планетой. Биомасса окутала тело раненой женщины, проникая глубже в ткани, кровь, нервную систему. Не просто стабилизируя — начиная базовую трансформацию, которая могла дать ей шанс на выживание.
— А теперь нам нужно доставить её в безопасное место, — сказал я, когда процесс был запущен. — Я создал временный кокон, который поддержит её жизненные функции, но для полного исцеления нужны условия улья.
— Улья? — переспросила женщина.
— Нашего поселения, — уточнил я. — Там есть всё необходимое для контролируемой трансформации.
Я осторожно поднял трансформирующееся тело, которое теперь было окутано тонким слоем пульсирующей биомассы, и повернулся к женщине:
— Ты можешь идти?
Она кивнула, с трудом поднимаясь на ноги:
— Я *Доктор Саманта Чен*, медик-исследователь. А она — *Профессор Элейн Ривера*, ксенобиолог.
— Везунчик, — представился я. — Или, по крайней мере, так меня теперь называют. Кстати, тебя тоже нужно будет проверить. Эта планета не прощает даже малейших повреждений.
— Я в порядке, — её голос звучал твёрдо, хотя она явно хромала. — Просто ушибы и пара порезов.
— Даже царапина здесь может стать смертельной, если в неё попадёт планетарная биомасса без контроля, — предупредил я. — Но сейчас сосредоточимся на профессоре Ривере. Её состояние критическое.
Мы двинулись к поселению, я осторожно нёс трансформирующееся тело, а Доктор Чен шла рядом, не отрывая взгляда от своей коллеги, окутанной пульсирующей биомассой.
— Она… всё ещё человек? — тихо спросила Саманта.
— Пока да, — ответил я. — Трансформация только началась. И как далеко она зайдёт, зависит от многих факторов. В том числе от силы её личности, её воли к жизни.
— Элейн всегда была упрямой, — слабо улыбнулась Саманта. — Даже в академии все говорили, что она скорее переспорит профессора, чем признает свою ошибку.
— Это хорошо, — кивнул я. — Упрямство помогает сохранить личность во время симбиоза. Планетарный разум… он как река. Может унести тебя, если не сопротивляться. Но слишком сильное сопротивление тоже опасно — можно разбиться об камни.
— Идеальный баланс, — задумчиво произнесла Саманта. — Как в любом симбиозе.
— Именно, — я улыбнулся. — Похоже, ты неплохо разбираешься в ксенобиологии для медика.
— Я специализировалась на симбиотических отношениях в экстремальных средах, — пояснила она. — Изучала адаптации организмов к враждебным условиям, их способность формировать мутуалистические отношения для выживания.
— Тогда тебе будет интересно здесь, — я кивнул. — Веста — настоящая сокровищница симбиотических форм жизни. От простейших организмов до… ну, таких, как я.
— А кто ты? — она внимательно посмотрела на меня. — Кем ты был до… этого?
— Перевозчиком, — я пожал плечами. — Случайно застрял здесь после крушения. Встретился с планетой, попробовал мед-бокс 2.1, потом обнаружил более продвинутую версию 3.0, и… вот результат.
— Так ты не был частью экспедиции СлавКо? — удивилась Саманта.
— Нет, — я покачал головой. — Просто оказался в неправильном месте в неподходящее время. Или, может быть, в правильном. Кто знает?
Мы подошли к границе поселения, где нас уже ждали Тонни и Елена, явно обеспокоенные.
— Что случилось? — спросил Тонни, увидев трансформирующееся тело в моих руках.
— Критические повреждения после посадки, — ответил я. — Пришлось начать экстренный симбиоз.
— Она выживет? — Елена подошла ближе, изучая пульсирующий кокон биомассы.
— Если её воля достаточно сильна, — я кивнул. — Нужно поместить её в центральную камеру улья, где концентрация энергетических потоков максимальна.
— Улей? — переспросила Саманта, напрягаясь.
— Не беспокойся, — успокоил её Тонни. — Это просто название нашего основного поселения. Из-за его формы и структуры.
— Пойдём, — я направился вглубь поселения, к скрытому входу в улей. — Нет времени на объяснения. Каждая минута на счету.
Хоук и его команда, уже размещённые в своих жилых ячейках, с тревогой наблюдали, как мы проходим мимо.
— Что происходит? — спросил Хоук, выходя нам навстречу.
— Медицинская ситуация, — коротко ответил я. — Не вмешивайтесь.
К моему удивлению, он не стал протестовать, лишь внимательно посмотрел на трансформирующееся тело и кивнул:
— Если потребуется помощь…
— Спасибо, мы справимся, — ответила Елена, прежде чем я успел отреагировать.
Мы прошли в скрытый вход, и стены улья раздвинулись, пропуская нас в истинное сердце нашего поселения. Саманта ахнула, увидев настоящую структуру улья — пульсирующие стены, светящиеся энергетические каналы, полупрозрачные мембраны, разделяющие различные секции.
— Это… невероятно, — выдохнула она, вопреки ситуации не в силах скрыть научное восхищение. — Органическая архитектура, полностью интегрированная с окружающей средой!
— И очень эффективная, — добавил я, направляясь к центральной камере. — Улей самообновляется, самоочищается, адаптируется к потребностям обитателей.
В центральной камере, где энергетические потоки планетарной сети сходились в мощный узел, я осторожно положил трансформирующееся тело на специально выращенное ложе из живой ткани. Биомасса тут же отреагировала, соединяясь с коконом, обволакивающим профессора Риверу.
— Теперь нужно подключить её к сознанию улья, — объяснил я, глядя на Саманту. — Не к планетарному разуму в целом — это было бы слишком опасно на данной стадии — а к локальной сети, которую мы контролируем.
— И как это работает? — спросила она, подходя ближе.
— Мы, те, кто уже прошёл симбиоз, можем служить проводниками, — объяснил Тонни. — Направлять энергетические потоки, фильтровать информацию, защищать новичка от перегрузки.