Страница 18 из 58
— Ваше Высочество, — вмешалась Лиора, вставая между ними, — лейтенант Кай — мой телохранитель. Он выполняет свои обязанности. Если вам кажется, что его поведение оскорбительно, я приношу извинения. Но впредь прошу соблюдать дистанцию.
— Дистанцию? — Дариус переводил взгляд с неё на Кая и обратно. — Я всё понял. Понял, почему вы отказываете всем троим. Эта… — он кивнул на Кая, — эта тварь греет вашу постель?
В зале повисла мёртвая тишина. Оркестр замолк. Гости замерли.
Лиора почувствовала, как в груди взрывается что-то долго сдерживаемое — неделями, годами, всей жизнью.
— Убирайтесь, — сказала она тихо.
— Что? — не понял Дариус.
— Я сказала — убирайтесь вон. — Её голос окреп, налился сталью. — Из моего дворца. Из моего королевства. Сегодня же. Если к утру вы будете в Астерии, я объявлю вас врагом короны.
— Но… — начал было Дариус.
— Стража! — крикнула Лиора. — Выпроводить принца и его свиту. Немедленно.
Четверо стражников взяли принца под локти и поволокли к выходу. Дариус упирался, кричал, обещал жаловаться матери, проклинал «безумную королеву», но его голос затих в коридоре.
В зале было тихо. Герцог Грегор смотрел с одобрением. Князь Эрик — с ужасом. Гости — с благоговением или страхом.
Лиора повернулась к Каю. В её глазах горел огонь — опасный, прекрасный, неукротимый.
— Лейтенант, — сказала она громко, чтобы слышали все, — вы свободны до конца вечера. Я пришлю за вами, когда понадобитесь.
— Ваше Величество… — начал было он.
— Это приказ.
Кай поклонился и вышел из зала. А Лиора села на своё кресло, взяла бокал и осушила его до дна.
Зал зашевелился, загудел. Оркестр заиграл снова — уже неуверенно, фальшивя. Бал продолжался, но было ясно: с этого вечера королеву Астерии уже никто не назовёт слабой.
Элли поднесла ей новый бокал.
— Ваше Величество, вы были великолепны.
— Я была дурой, — ответила Лиора. — Теперь все знают, что я готова рвать глотки за полукровку. Доброй ночи, Элли.
Она встала и, не оглядываясь, пошла к выходу.
В коридоре, за поворотом, её ждал Кай. Он опирался на стену, тяжело дыша — то ли от боли в боку, то ли от нахлынувших чувств.
— Ты с ума сошла, — сказал он, когда она приблизилась. — Ты только что публично оскорбила одного из самых могущественных принцев юга. Из-за меня.
— Нет. — Она остановилась напротив. — Я сделала это из-за себя. Я не позволю никому, даже принцу, называть тебя тварью.
— Лиора…
— Не начинай. — Она прижала палец к его губам. — Я устала. Я зла. Я пьяна. И я хочу только одного — чтобы ты обнял меня и сказал, что всё будет хорошо.
Кай посмотрел на неё долгим, тяжёлым взглядом. Потом развёл руки и прижал к себе — так крепко, как позволяла рана. Она уткнулась лицом в его грудь и почувствовала, как бьётся его сердце — часто, сбивчиво, в такт её собственному.
— Всё будет хорошо, — сказал он в её волосы. — Я не знаю когда, но будет.
— Врёшь, — прошептала она.
— Вру, — согласился он.
И они стояли так, в пустом коридоре, пока в отдалении играла музыка и гости сплетничали о безумной королеве, которая выгнала принца ради полукровки.
Сплетничали они правильно. Безумной она и была. Но иногда безумие — единственное, что остаётся, когда мир требует, чтобы ты был покорной куклой.