Страница 84 из 109
Глава 13.
Глава 13
Когда Изабо проснулась, первое, что она услышала, был дождь.
Он больше не лил стеной, как ночью. Теперь капли лениво скатывались по каменной крыше старого сторожевого домика, шуршали по листве и мерно постукивали по деревянному подоконнику. Воздух стал прохладным, пах мокрым лесом, дымом почти догоревшего камина и свежим хлебом, который вчера Марта предусмотрительно положила в дорожную сумку.
Она открыла глаза не сразу.
Не потому, что не хотела вставать.
Просто впервые за очень долгое время проснулась без привычного внутреннего напряжения.
Без ощущения, что мир уже успел обрушиться, пока она спала.
Она лежала неподвижно, глядя на тёмные балки потолка, и неожиданно поймала себя на совершенно непривычной мысли.
Ей было спокойно.
Настолько спокойно, что это даже насторожило.
— Вы опять проверяете потолок?
Голос Габриэля прозвучал совсем рядом.
Изабо повернула голову.
Он уже проснулся и теперь сидел на краю лавки возле окна, застёгивая ремень. Рыжие волосы после ночи растрепались ещё сильнее, рубашка была расстёгнута у ворота, а на подбородке проступила лёгкая щетина. Солнечный луч, пробившийся сквозь облака, скользнул по его плечу, отчего веснушки стали заметнее.
Несправедливо.
Некоторые мужчины с утра должны выглядеть хотя бы немного хуже.
Этот, кажется, вообще не знал такого правила.
— Проверяю, — ответила она.
— Нашли недостатки?
— Разумеется.
— Какие?
— Потолок слишком низкий.
Он вопросительно поднял бровь.
— Для вас.
Габриэль тихо рассмеялся.
— Уже лучше.
— Что именно?
— Вы снова язвите.
— А вчера я была недостаточно язвительной?
Он посмотрел на неё долгим взглядом.
— Вчера вы были слишком настоящей.
На несколько секунд в маленьком домике стало удивительно тихо.
Изабо отвела глаза первой.
— Не смотрите так.
— Почему?
— Потому что у меня начинает складываться опасное впечатление, будто вам нравится всё, что я говорю.
— Нет.
Она удивлённо подняла голову.
— Не всё.
— Вот даже как.
— Иногда вы говорите откровенные глупости.
— Например?
Он поднялся.
Подошёл совсем близко.
— Например, когда утверждаете, что можете со всем справиться одна.
Она хотела ответить сразу.
Как всегда.
Колко.
Быстро.
Но не успела.
Он осторожно убрал с её щеки выбившуюся прядь волос.
Так естественно.
Так спокойно.
Будто делал это всю жизнь.
И от этого простого движения внутри неожиданно стало теплее, чем от вчерашнего огня.
— Доброе утро, Изабо.
Она улыбнулась.
Совсем немного.
— Доброе.
— Уже лучше.
— Опять?
— Теперь вы улыбаетесь глазами.
— Неужели?
— Да.
— Придётся быть осторожнее. Это может плохо сказаться на моей репутации.
— Боюсь, с вашей репутацией уже ничего нельзя сделать.
— Почему?
— Потому что половина округа считает вас опасной женщиной.
— Только половина?
— Остальная ещё не познакомилась.
Изабо тихо фыркнула.
— Очень самоуверенно.
— Это не самоуверенность.
— А что?
— Наблюдение.
Она покачала головой.
— Вы невозможны.
— Поздно жаловаться.
— Кто сказал, что я жалуюсь?
Он улыбнулся той редкой, спокойной улыбкой, которую она видела всего несколько раз.
— Именно этого ответа я и ждал.
---
Дорога обратно оказалась значительно легче.
Ночной дождь закончился, солнце медленно выбиралось из-за облаков, и весь лес вокруг будто заново умыли. Молодые листья блестели каплями воды, мокрая кора деревьев потемнела почти до чёрного цвета, а воздух стал таким прозрачным, что далёкие холмы казались совсем близкими.
Изабо ехала рядом с Габриэлем.
Теперь между ними уже не было той осторожной официальной дистанции, которая существовала ещё вчера.
Они не держались за руки.
Не обменивались признаниями.
Но в каждом взгляде, в каждом случайном прикосновении чувствовалось что-то новое.
Настоящее.
Белль неожиданно фыркнула и потянулась мордой к жеребцу Габриэля.
— Предательница, — пробормотала Изабо.
— Простите?
— Моя лошадь явно решила поддержать вашу сторону.
— Она просто умная.
— Осторожнее.
— Почему?
— Сейчас я начну ревновать.
Он повернулся к ней.
— Правда?
— Нет.
Она выдержала паузу.
— Но мне понравилось, как изменилось выражение вашего лица.
— Вы сейчас мной играете?
— Конечно.
— И давно?
— Кажется...
Она задумчиво посмотрела вперёд.
— С первой встречи.
— Прекрасно.
— Вас это огорчает?
— Нет.
Он усмехнулся.
— Меня огорчает только то, что вы обычно выигрываете.
Изабо довольно прищурилась.
— Запомните это чувство.
— Зачем?
— Оно вам ещё пригодится в семейной жизни.
Габриэль настолько неожиданно расхохотался, что его жеребец недовольно мотнул головой.
— Что смешного?
— Вы сейчас...
Он покачал головой.
— Вы только что совершенно серьёзно сказали "в семейной жизни".
Изабо замолчала.
Потом медленно прикрыла глаза.
— Вот теперь действительно неловко.
— Мне показалось наоборот.
— Вам показалось.
— Совсем нет.
Она посмотрела на него долгим взглядом.
— Вы невозможный человек.
— Повторяетесь.
— Это заразно.
— Особенно рядом с вами.
Они снова поехали молча.
Но теперь это молчание было удивительно лёгким.
Таким, которое возникает только между людьми, переставшими бояться друг друга.
Впереди уже показалась липовая аллея, ведущая к поместью.
Именно в этот момент Изабо заметила движение возле ворот.
Трое всадников.
Один из них был одет слишком дорого для деревенского чиновника.
Другой держался с той нарочитой уверенностью, которой обычно обладают люди, привыкшие приходить не вовремя и с дурными новостями.
Изабо медленно натянула поводья.
Улыбка исчезла сама собой.
— Кажется...
Она внимательно всмотрелась вперёд.
— У нас гости.
Габриэль тоже остановил коня.
Несколько секунд молча смотрел на всадников.
Потом тихо произнёс: