Страница 4 из 67
– Спецслужбы ждут от меня многого. Прежде всего, идеи о том, как выйти на крота. Любая проверка штата программы заставит шпиона затаиться. Скорее всего, это шпионская сеть с хорошо налаженными каналами коммуникации. В данный момент крот изучает наши досье и уже выстраивает план комбинации, чтобы сбить нас с толку.
– Гарри, – как можно мягче произнес Лев. – Не знаю, как ваше отчество, но я всего лишь упаковщик чипсов. Иногда я помогал карщику ставить коробки на тележку. Но даже с этой работы меня уволили. Возможно, вы меня с кем-то путаете. А я бы не хотел вас подводить и разочаровывать.
Шефнер вонзил вилку и нож в гусятину, отрезал кусок и энергично зажевал. Лева решил последовать его примеру. Сегодня ему предстоит долгая дорога. Он сбежит от этого сумасшедшего, сядет в электричку и поедет прочь из города. Далее пересядет на попутку и двинется обратным маршрутом. Уже завтра он будет у мамы. В полной безопасности.
Тем временем Гарри проглотил очередной кусок и вытер губы салфеткой:
– Вы должны понимать, Лев, что провал программы может привести к тому, что большая часть людей, готовых продолжать сопротивление, уйдет за границу. Нашим спецслужбам важно знать каждого потенциального террориста в лицо. Кто он, какой опыт, в каком качестве может быть использован в случае новой войны. Крот проникает в базу данных и удаляет всю информацию о боевиках. Вместо опасного преступника перед пограничниками может предстать обычный гражданин, без боевого опыта, с новым паспортом совершенно другой страны. Ясно одно: проектом Беловодье руководит не просто банда финансистов, здесь явно замешана рука наших врагов.
Кравчинский с аппетитом ел и практически не слушал черноусого. Ему вдруг пришло в голову занять у Гарри денег и сбежать за его счет. Это было веселое и азартное предприятие. Сэкономленные деньги можно отдать маме. Пусть она не думает, что он приехал, чтобы стать иждивенцем.
– Вот вам сто тысяч рублей, – выложил на стол кожаную барсетку Шефнер. – Сейчас поезжайте к маме, поживите там, отдохните. Потом я вас вызову. Нужно будет освежить знания беловодского и жизненно важные навыки. Я имею в виду приемы самообороны, стрельбу из боевого оружия и вождение различных видов техники.
Лева вспомнил, как однажды, в отсутствие карщика, завел его тележку и протаранил конвейер. Что касается стрельбы, по-моему, это была самодельная рогатка в пятом классе.
– Я вам напишу. Сейчас мне необходимо вылететь на экстренное совещание по проблемам Беловодской республики. Там я намерен предложить вашу кандидатуру. Повторюсь еще раз, вам следует как можно лучше отдохнуть. Не читайте интернет. Лучше старые книжки. И послушайте пластинки детства. До связи, Лев.
У крыльца столовой Кравчинского ждал черный внедорожник. За рулем сидел тот самый старик, что вчера просил сигарету. Сегодня на его пожилых плечах красовалась черная кожаная куртка, а дрожь челюсти исчезла. Жилистые кисти рук уверенно сжимали рулевое колесо.
– Может, сначала по телочкам? – хитро прищурился дед. – А уже потом в отчий дом?
– Нет, – сказал как отрезал Лева. – Впрочем, давайте заедем в одно место.
Макарова уже выключила компьютер и запихнула тетради в объемную сумку. Появление противного пациента она встретила недовольной миной. Закусила губу, сделала вогнутое лицо.
– Я на пять минут, – извинился Кравчинский. – Давайте присядем. Это важно.
Врач кивнула и опустилась на самый край дивана. Лева вкратце рассказал ей об увольнении и странном человеке с усами, который предлагает ему непосильную работу. Ему бы отказаться, но он уже взял деньги и теперь едет к маме.
– А вы никогда не думали, что кто-то может знать ваши возможности лучше, чем вы сами? – неприязненным тоном произнесла Макарова. – Этот господин, который назвался Шефнером, может быть, он всю жизнь изучал вас, как Шлиман Трою? Или как Линней стеллерову корову? Вот что могла знать о себе корова Стеллера?
– Я человек! – гордо вскрикнул Кравчинский.
– Не уклоняйтесь от судьбы, – понизила тон женщина. – Однообразная, рутинная работа на заводе убивала вас. В вас развилась эмоциональная бедность. Когда вы в последний раз улыбались, Лев? А когда предавались безумствам?
– Так вы советуете мне…
– Именно, – лицо Макаровой породило радостную гримасу. – Я настоятельно рекомендую вам, как лечащий врач. Выйдите из сонного состояния комфорта. Навстречу приключениям, мой друг. Но после всех ваших путешествий обязательно зайдите ко мне. Я хочу увидеть и задокументировать перемены, произошедшие с вами. Договорились?
Кравчинский устало кивнул. Он ожидал, что Макарова вызовет санитаров и заключит его в дом скорби. Таким образом, Лева избавился бы от Шефнера, его пожеванного водителя и полубритой сотрудницы столовой. Но врач предала его и клятву Гиппократа вкупе. Видимо, она решила применить экстремальный метод лечения. Довести фобии до предела, выжечь их, как высокой температурой тела выжигают вирус.
Лева с обреченным видом вернулся в машину.