Агент Ромео

Глава 2. Банкет на двоих

За все время трудовой деятельности в «Южстальуголь» Кравчинский был в приемной руководства предприятия лишь раз. Как ни странно, он отчетливо помнит тот день. Леве назначили время собеседования, ровно в девять часов.

В кабинете директора не было никого, кроме самого директора. Перед начальником лежала раскрытая книга с IQ-тестами, но Кравчинскому ее не предложили.

– Самое важное качество на позиции, на которую вы претендуете, это здоровая спина, – не размениваясь на дежурное приветствие, информировал начальник. – Восемь часов стоять у конвейера и укладывать упаковки чипсов в коробку – возможно, это только звучит легко.

Лева бросил взгляд в окно. Во дворе предприятия величавый кран ворочал контейнерами с углем. Угольная пыль не смывалась с директорских окон даже проливными дождями. Во всей этой тяжелой заоконной индустрии была загадочная логическая связь с чипсами. Она угадывалась в строгом синем костюме руководителя и его немигающем взоре.

– Ну, так что там, с вашей спиной?

– Она абсолютно здорова, – заверил претендент. – Я не курю и бегаю трусцой.

Босс расписался в заявлении Левы и махнул листком, будто отгоняя назойливую муху.

Прошли годы. И вдруг сегодня возле конвейера вдруг возникла кадровичка:

– Кравчинский! Тебя к директору.

Начальник не изменился. Он не поседел и не осунулся, не поправился и не похудел. На директорских плечах все так же справно висел синий пиджак. Но все же второе посещение не было похоже на первое. В углу директорского кабинета сидел вчерашний черноусый и листал книгу с IQ-тестами. Он не отреагировал на появление Кравчинского. Его уверенная поза нога на ногу говорила о том, что человек он здесь абсолютно свой. В этом директорском кабинете с закопченными окнами и величавым краном за стеклом.

– Самое важное в вашей работе это выполнять план, – вновь не поздоровался босс. – Вы работали у нас несколько лет, но в силу халатности вашего непосредственного руководителя ни разу не выполнили норму. В итоге предприятие ушло в минус, сформировался огромный налоговый долг, уровень социальной защищенности наших рабочих опустился ниже плинтуса.

Кравчинский заметил, как черноусый в углу укоризненно покачал головой.

– Вследствие вашего разгильдяйства компания «Южстальуголь» потеряла конкурентоспособность и утратила доверие ключевых партнеров. В итоге вы задолжали предприятию сто миллионов рублей. Что прикажете делать с вами, товарищ Кравчинский? Передать ваше досье фискальным органам или прямиком в экономический суд?

Лева не знал, что ответить. Он никогда не подозревал, что от его манипуляций с чипсами зависела судьба тяжелопромышленного гиганта.

– По-моему, я знаю выход, – поднял руку сидящий в углу. – Поскольку я сомневаюсь в том, что Лев сумеет за всю свою жизнь возместить убытки, то предлагаю выплатить их вместо него. А уже потом товарищ Кравчинский будет потихоньку рассчитываться с нами. Неспешно, в силу своих возможностей. У нас ведь, как-никак, трастовый фонд.

– Ну, только хорошо зная вас, – с досадой потер виски директор. – Да и компания в аховом состоянии. Не хотелось бы проходить процедуру банкротства, бодаться с ликвидационной комиссией. Сто миллионов рублей не шутка.

– Деньги это мелочь, – резко поднялся черноусый. – Главное – это безопасность нашей экономики. Сегодня же средства будут перечислены. А я, с вашего позволения, забираю этого молодого человека.

Не успел Лева ни глазом моргнуть, ни словом возразить, как его взяли под локоть и вывели в коридор. Там странный незнакомец представился:

– Гарри Шефнер, специалист по ликвидации очагов прокси-войн. Недавно назначен руководителем программы эксфильтрации граждан непризнанной республики Беловодье. Можем ли мы с вами спуститься в столовую и там детально обо всем побеседовать?

Кравчинский растерялся. Вчера этот мужик показался ему пациентом психушки, но сегодня его связь с директором и даже некое пренебрежительное обращение с последним вдруг резко переменило отношение. Теперь Лева побаивался черноусого и раздумывал, реально ли спастись бегством и на что потом существовать.

В столовой Льва и его спутника ждал богато накрытый стол. В помещении не было ни одного постороннего. Бритая наполовину девушка обслуживала этот внезапный банкет с приветливой улыбкой и предупредительностью. Шефнер выдвинул стул и усадил Льва во главе стола. Сам сел с краю:

– Вы, наверно, никогда не слышали о такой республике – Беловодье? Это неудивительно. Маленький анклавчик площадью 25 тысяч квадратных километров, однако, сегодня грозит стать новым центром терроризма. Посудите сами. В Беловодье проживает полтора миллиона граждан. Около ста тысяч из них – бывшие или действующие военные, служившие в различных горячих точках мира. Это я вам описываю, чтобы вы представили масштаб стоящей перед вами задачи.

– Я хочу писать, – сказал Кравчинский. – Где здесь туалет?

Гарри указал вправо, и пошел следом за Левой. Он не позволил Кравчинскому запереться, а продолжал вещать, придерживая дверь, пока Лев справлял нужду:

– Произошла значительная утечка данных, – вода из бачка, действительно, бежала, не переставая. – Некий «крот» овладел частью информации о планах тотальной эксфильтрации граждан Беловодья. Это самые разные данные: от личной переписки до банковских документов по состоянию на 2025 год.

Лева медленно мыл руки и продолжал слушать заумный бред:

– Беловодье – это тайный проект ряда крупных финансовых групп, действующих на территории Евразии. Понимаете ли, Лева, организаторы проекта стремятся сейчас обезопасить наиболее влиятельных полевых командиров, военных экспертов и программистов армии освобождения Беловодья. Полную утечку данных о программе удалось предотвратить. Программу модернизировали, заменили коды доступа, внедрили новый внутренний язык программирования. Однако крот так и не был выявлен. Вполне возможно, что это не один человек, а группа. Все еще существует опасность, что враг вновь проберется в базы информационного бюро, цель которого – полная эксфильтрация данных о гражданах Беловодья. Крот может выведать местонахождение командного сервера, а также выгрузить базы данных через альтернативный протокол.

Они вернулись за банкетный стол. Официантка разрезала гуся и положила на тарелку Льва солидный кусок мяса. Рядом упали запеченные яблоки.