Страница 31 из 67
«Усидеть на двух стульях пыталась Аннета Меркелова, шеф-редактор пражского офиса German News Agency и, как оказалось, пособница движения за освобождение Беловодья. Всплыла и реальная подноготная журналистки: родители Аннеты, точнее, Анны Мальковой, были представителями третьей волны эмиграции. Высшее образование будущий двойной агент получила уже в Европе. Как оказалось, пойти на сделку с сепаратистами женщину заставила элементарная жадность и любовь к роскоши. Анна быстро привыкла получать хорошие деньги, как из западных, так и из восточных разведывательных бюро. Следствие начато, и закончится не скоро. Увы, но провал Аннеты Меркеловой обрушит, пожалуй, карьеру еще полсотни людей. Предстоит узнать, кто помогал кроту добывать информацию на нашей стороне, и кто был посредником, который помог установить Анне связь с беловодскими мятежниками».
Газету Лева выбросил в урну на остановке, а на работе долго не мог прийти в себя. А ведь он раздавал визитки Меркеловой налево и направо. И дал ему их Гарри Шефнер. Значит ли это, что Аннета работала на Шефнера? Странно и то, что Гарри исчез с радаров и прислал вместо себя Лоутона. И ведь Чарли не случайно оставил газету в кафе. А действительно ли это Шефнер прислал Лоутона? Может, старичок пришел на встречу по собственной инициативе.
Так или иначе, если Шефнера отстранят или, хуже того, арестуют, то это будет означать и конец Левиной карьеры. Ведь обычно закрывают все направление, которое курировал человек с пушком на рыльце. И тут, вот так совпадение, эта белая тетрадь с шифром. Это же стопроцентно послание от беловодцев, а девушка Джулия – с беловодской стороны.
Как ни крути, поезд в огне, но параллельно с ним, по горячим рельсам несется еще один. Нужно сделать всего шаг и переступить с подножки на подножку. Или умудриться стоять ногами на разных площадках. До тех пор, пока не разорвет пополам, как разорвало, по сути, Аннету.
«Все мы пешки в этой игре, – разоткровенничался как-то Шефнер. – Да, я заметный игрок, я куратор, но и надо мной висит дамоклов меч политических игр. Пожертвовать мной не трудно. Но я стараюсь играть аккуратно, чтобы не потащить с собой тех, кто от меня зависит».
Кравчинский все сидел и сидел, даже не включив компьютер. Несколько раз, судя по возникшим на столе стопкам, заходил Архипов, но Лев не шевелился, полностью погрузившись в состояние социального анабиоза. Ясным было только то, что Кравчинскому следует затесаться в СМС. Это позволит хотя бы создать финансовую подушку на случай ареста Шефнера и возможного побега из страны. Но важно и посетить паб «Визави», ведь общение с Джулией откроет дополнительные возможности. Ведь даже ежу ясно, что лучше перебежать на сторону беловодцев, чем попасть в казематы бюро эксфильтрации. Если Кравчинского спишут, ему придется вернуться на завод «Южстальуголь» и влачить нищенское существование упаковщика чипсов. Но это даже в лучшем случае. В худшем его просто уничтожат, дематериализуют, предварительно записав на него все грехи и промахи большой конторы.