Бывшие. Поймал тебя снова

Глава 16

КАЯ

Иду по Садовому и понимаю, что отвыкла от бешеного ритма и ощущения, что этот город сожрёт тебя и выплюнет, если не научишься бегать быстрее всех.

А я больше не бегу. Возвращаюсь — и это другое. Стала спокойнее, медлительнее. Спасибо, Питеру, за его настроение.

Отец остается в Бутово. Я обещала, что вытащу нас, и это не просто слова — это единственное, что держит меня на плаву. Когда просыпаюсь в четыре утра от бессонницы, смотрю на цифры в его долговых квитанциях — хочется лечь и не вставать. Но есть волшебное слово «надо» и я действую.

Поиск работы становится настоящим адом. С незаконченным высшим это не так легко сделать. А нужны нормальные деньги.

Рассылаю резюме пулемётной очередью — на все вакансии, где требуется администратор, менеджер, помощник руководителя, секретарь. Откликов почти нет. Кому нужна девочка без стажа и корочки?

Хожу по собеседованиям. Три за неделю. Пять за две.

Отказы сливаются в один общий гул: «мы вам перезвоним», «вы нам не подходите», «вакансия закрыта».

Выхожу из офисов, сажусь на лавочку в ближайшем сквере и считаю про себя до десяти. До двадцати. До ста. Выравниваю дыхание.

Наверное, именно поэтому я соглашаюсь на собеседование в «Вальхалле».

Название звучит как-то странно знакомо. Где-то я слышала подобное.

Но ничего не знаю — какая-то компания в сфере развлечений, спортивный менеджмент, организация мероприятий. Зарплата очень хорошая.

Офис в Москва-Сити. Вакансия — ассистент руководителя. Я откликаюсь почти автоматически. Мне перезванивают и приятный женский голос назначает время: четверг, одиннадцать утра, башня «Федерации», пятьдесят второй этаж.

— Возьмите паспорт, — добавляет. — Пропуск закажут.

Вешаю трубку и странный холодок в груди начинает разливаться. Сильнее. Совсем сильно. Жжёт!

Предчувствие. Так бывает, когда входишь в темную комнату и ещё не знаешь, что там, но уже чувствуешь — там кто-то есть.

Четверг. Надеваю строгую юбку, белую блузку, туфли. Волосы собираю в строгий пучок. Крашу губы нейтральной помадой. Смотрю в зеркало и не узнаю себя. Взрослая женщина. Уставшая. Собранная. И даже красивая.

Небоскрёбы Москва-сити сверкают на солнце стеклянными боками.

Вхожу в холл, получаю пропуск и прохожу через турникеты. Охранник смотрит на меня равнодушно — сейчас я обычная офисная мышка, каких здесь сотни.

Поднимаюсь на пятьдесят второй этаж в лифте, где пахнет кожей и чужим парфюмом, и с каждым этажом тревога нарастает. Сжимает горло. Липнет к ладоням.

Что-то не так. Что-то сейчас произойдет.

Двери лифта открываются в просторный холл с серыми стенами и панорамными окнами, из которых видно всю Москву до самого горизонта.

На ресепшене сидит красивая девушка. Модельная внешность. На груди красуется бейджик «Виктория».

— Добрый день! Я на собеседование. Кая Ставрожина.

— А, да-да, вас ждут, — она любезно улыбается. — Пройдите по коридору направо. Последняя дверь. Там приёмная, вас проводят.

Иду по коридору. Здесь тихо. Никто не бегает с бумагами, не звонит телефон, не слышно обрывков разговоров. Только мои шаги по ковролину и стук сердца в ушах.

Приёмная. Снова серые стены. Кожаный диван. Журнальный столик с глянцевыми спортивными изданиями.

Девушка за стойкой — другая, но такая же красивая — кивает мне на дверь.

— Вас ждут. Проходите.

Берусь за ручку. Холодная. Тяжелая. Поворачиваю, толкаю дверь, делаю шаг вперед — и замираю.

Кабинет огромный. Панорамные окна во всю стену, из которых льётся слепящий свет.

И за столом, в этом свете, спиной к окну — он.

Демьян.

Я не видела его два года, но узнала бы даже в полной темноте.

По очертаниям плеч. По тому, как он держит голову — чуть набок. По шраму на скуле, который никуда не делся. По глазам. Которые сейчас смотрят прямо на меня, и в них нет ни удивления, ни злости, ни радости. Только деловой интерес.

— Добрый день, присаживайтесь, — говорит он, и его голос обволакивает — низкий, с хрипотцой, который я слышала во снах и от которого просыпалась в слезах. — Кофе?

Не двигаюсь. Ноги приросли к полу. В висках стучит так, что, кажется, ещё немного — и я упаду.

— Кая Константиновна, — он чуть заметно усмехается, — я спросил: кофе? Как всегда, две ложки сахара?

Он помнит. Конечно, Демьян помнит. Каждую мелочь. Каждый мой вздох. Каждую чашку кофе, которую я выпила рядом с ним.

Заставляю себя дышать.

Раз. Два. Три.

Пальцы разжимаются на ручке двери.

Поднимаю выше подбородок. Выше, чем нужно, с вызовом, который сжигает меня изнутри. Если он решил играть в безразличного босса — хорошо. Я тоже умею играть.

— Здравствуйте, — говорю я спокойно. Почти. — Да, чёрный. Две. Благодарю.

Он нажимает кнопку на селекторе.

— Два кофе. Один с сахаром, две ложки, и один без.

Прохожу к столу и сажусь в кожаное кресло. Спина прямая, колени вместе, руки на коленях. Идеальная поза для собеседования.

Только сердце колотится как бешеное. Пальцы сжимаю в кулаки так сильно, что ногти впиваются в ладони.

Демьян откидывается в кресле. Пристально смотрит на меня. Так, как умеет только он — будто заглядывает под одежду, под все мои линии защиты.

— Предлагаю перейти на ты. Согласны?

Задерживаю вдох на мгновение и перевожу взгляд на него.

— Окей.

— Ну что, Кая, — произносит он медленно, смакуя моё имя. — Расскажи о себе. Почему ты хочешь работать в «Вальхалле»?

Ловушка захлопнулась. Я сама в неё вошла.

И он знает это. Вижу по его глазам. Именно такого момента ждал все два года.

Выслеживал меня в Питере, следил за каждым шагом, не трогал — и ждал. Ждал, пока жизнь сама приведет меня к нему. И вот я здесь. Сижу в его кабинете. На его территории. Снова в его руках.

Делаю глубокий вдох.

— Мне нужна работа, — говорю, глядя ему прямо в глаза. — У вас есть вакансия. Всё просто.

— Просто? — Демьян усмехается, и шрам на скуле растягивается. — Ты думаешь, у нас будет просто?

Не отвечаю. Потому что ответ очевиден. Просто не будет. С ним никогда не было.