Страница 35 из 93
Первый стронг задавал вопросы. Второй слушал, смотрел на допрашиваемого, кивал первому.
Водила отвечал. Голос дрожал, но не как у истерички. Нет. Он старался держаться. Только сейчас я заметил, что с ним что-то не так. Причем что-то не так было с начала допроса. И с каждой минутой странности только усиливались.
Липкий блеск на лбу водилы — не пот, нет. Что-то жирное, сероватое. Кожа на шее побледнела. Лицо стало будто восковым, неестественно гладким. Морщины разгладились. Челюсть задвигалась, будто он хотел что-то сказать, но не мог. Зубы стиснуты. Дыхание сбилось — сначала тяжёлое, потом слишком быстрое. Хриплое, рваное.
Он начал дёргаться. Сперва едва заметно. Мелкой дрожью. Потом — сильнее. Плечи заходили ходуном, пальцы скребли по обивке кресла. Я увидел, как ногти на правой руке посинели, потом почернели. Один из них просто отвалился. Плоть под ним будто разъело изнутри.
Глаза вообще стали другими. Они стали мутными. Зрачки расползлись, съедая радужку. Он моргал всё реже.
— Он… — начал водитель, но язык у него уже не слушался. Речь стала сдавленной, как будто через набитый рот. — Я… не…
Вдруг первый стронг достал пистолет и — бах! Выстрел прямо в голову. Мозги разлетелись по отсеку. Всё. Без крика. Без финального вздоха. Конец. Как будто выключили лампочку. Тело дёрнулось пару раз. И застыло.
Теперь у меня в голове всё разложилось по полочкам.
Я тогда, когда освободился от фиксирующих браслетов в своем кресле и открыл дверь между отсеками, впустил заражённый воздух в водительский отсек. Водитель был без шлема со спец фильтром, в которых были внешники, забирающие меня. Вот тогда, в ту секунду и началось заражение.
Медленно. Изнутри. Как капля яда, попавшая в стакан. И теперь — результат. Начало перерождения. Не просто зомби, нет. Это мутация активная, умная. Та, что делает из человека не простого зомби, а особь, развивающуюся в прогрессе по пищевой цепочке зараженных в Стиксе.
— Водила говорит правду, — громкий голос второго стронга вывел меня из размышлений. — Он действительно не знал залетного. Он просто водитель.
Я посмотрел на стронгов. Первый молча кивнул. Потом перевёл взгляд на меня.
— Пока пойдёшь в подсобники. Малейший косяк — вылетишь из стаба.
Я молча кивнул. Вариантов у меня не было. Затем перевёл взгляд на мертвого водителя. И мне его даже стало немного жаль.
— Ты, Лёха, на пол! — последовала команда от стронга, не требующая повторений.
Я не стал тянуть. Аккуратно опустился на ребристый металлический пол отсека. Спина к броне, ноги подобрал, руки перед собой.
— Дизель! Давай за руль! — следующая команда от главного.
Один из стронгов, стоявших снаружи, быстро зашел внутрь БТРа, прошел в водительский отсек, сел на водительское кресло. Включил систему. По его уверенным действиям было видно, что он умеет управлять этой машиной.
За новым водителем зашли оставшиеся два стронга. Все уселись на пол второго отсека, потому что никаких сидений, кроме двух полулежачих для перевоза доноров, не было. В первом донорском был убитый водила внешников. Второе было пустое, но даже старший стронг не стал в него садиться.
Тихий басовитый гул двигателя заполнил тишину отсека. Потом — лёгкий щелчок, и боковая дверь почти бесшумно задвинулась, закрыв нас в стерильной тишине бронированной утробы.
Я сидел ближе всех к водительскому отсеку и мог видеть, что происходит на мониторах.
Поле перед базой тянулось метров на пятьсот. Очищено до идеала. Ни одного куста, ни одного камня, обломка. Земля утрамбована, как на полигоне. Это не просто поле. Это — зона контроля, полностью простреливаемая. Заминировано? Скорее всего.
Едем. Скорость — ниже средней. Мы не спешим, но и не тянем время. Они уверены. Им тут не угрожает ничего. Никто внезапно не появится из ниоткуда. Всё под контролем.
Я смотрел на дисплеи перед Дизелем. У меня был хороший угол — почти всё видел. Сначала чистое поле. Потом — ближе к базе — мост. Подъёмный. Сейчас — опущен. Ждёт нас. Уже перекинут через ров. Настоящая крепость.
Заехали на мост. Металл скрипнул, но не прогнулся. Прочная конструкция. Армированная. Видно, что мост рассчитан на нагрузку в десятки тонн. БТР весит немало, особенно гружёный. Но проехал легко, уверенно.
По обе стороны от моста — ров. Не с водой, как у внешников, как говорил водила, а пустой. Дно утрамбовано, забито кольями. Острые, кованные, вбиты под углом. Явно не для красоты.
Я посмотрел на верхний монитор — на камере был виден периметр базы. Стены. Высокие. Форт. Металл, бетон. Сторожевые вышки. На каждой — пулеметы. Ни одного пустого сектора. Каждый угол простреливается перекрёстным огнём. Люди наверху — наблюдатели. Не болтаются. Стоят, как надо. Выстрелят — не промахнутся.
Проехали мост. БТР завез нас внутрь базы. Поле позади. Мост позади. Как только задние колеса проехали платформу — мост начал подниматься. Медленно, без рывков. Гидравлика работала идеально. Металл дрожал, стонал, но подчинялся. Минута — и сзади осталась только вертикальная плита стали.
Заехали в ворота — стальные, сдвижные. Они медленно с глухим гулом задвинулись за нами. Фиксаторы защёлкнулись. Всё. Мы внутри.