Страница 24 из 93
И тут вспомнились беглецы. Их слова. Они из Стикса, но не с Марсиата. Они ведь говорили, что у них 1998 год. Я тогда ещё подумал — глюк, бред, посттравматическая галлюцинация, или вирус какой. Но сейчас… Сейчас я стоял посреди их мира.
Посмотрел на обшарпанный подъезд. Рядом на стене висела табличка: ул. Ленина, д. 12. Выцвела, но читаема. Ленин. Блин. Да ведь это же из истории, из фильмов! Из того времени, когда ещё были мобильники с кнопками.
Прошёл мимо детской площадки — ржавые качели, перекошенные горки, облезлый турник. Всё заросло бурьяном. Никаких следов жизни, только шорох ветра и редкие щелчки в наушнике шлема — сигнал шёл, но глушился, как будто пространство само не хотело меня отпускать.
Я оглянулся на здание, откуда вышел. Обшарпанные кирпичные стены, выбитые окна, куски проводки торчат наружу. И всё бы ничего, да только не было здесь никакого возврата. Портал исчез, точка выхода закрыта. Я оказался там, куда слаговские туннели вели по своим, только им ведомым путям. Они всегда были странными, эти туннели. Полубиологические, полумашинные. И к ним еще добавился Стикс. Кто вообще знает, как работает перезагрузка кластеров? Так понимаю это ведь она произошла…
Иду дальше. Осторожно, неспешно. Рука на спусковом крючке — винтовка при мне, та самая, что снял с ликвидатора. В этом мире она всё ещё работает. Только заряд бы не закончился.
Свернул за угол, попал во двор. Песочница. Сломаный детский велосипед на земле. Обрывки проволоки. Чёрт, это не декорации. Это не имитация. Это реальность. Тот самый 1998, которого я никогда не знал, но который почему-то стал частью моего пути.
Рёв вырвался внезапно, хриплый, звериный, с такой яростью, что у меня на секунду перехватило дыхание. Он прозвучал близко — за домами. Я, не раздумывая, перевёл винтовку в боевой режим, прижал приклад к плечу, и, пригнувшись, побежал к углу дома.
Выглянул из-за угла. Увидел троих парней в легких куртках и джинсах, бегущих в мою сторону. Им на пятки буквально наступал монстр.
Огромный мускулистый силуэт. Уродливо-массивные плечи. Голова с тяжелыми увеличенными челюстями. Руки, длинные, мощные, с пальцами, заканчивающимися когтями, что вспарывали воздух с каждым шагом.
Я прицелился и выстрелил.
Плазменный сгусток пробил плечо монстра с шипением — мясо вспухло, потемнело, зашипело. Монстр издал нечеловеческий вопль, полный боли и злобы. Он замер и резко посмотрел на меня. Как будто в душу мне заглянул. Я — новый раздражитель, новая цель. И я слишком близко.
Второй и третий выстрелы я дал на автопилоте, но не попал в жизненно важные точки. Один ушёл в бок, второй — в грудную мышцу. Этого было недостаточно. Монстр взревел, рванулся вперёд. Я увидел, как его массивное тело рассекает воздух, быстро приближаясь ко мне, и понял, что увернуться не успею.
Удар пришёлся в лобовую пластину шлема.
Забрало треснуло, как лёд под сапогом. Хруст, боль, вспышка. Меня отбросило назад. Я рухнул, чувствуя, как через трещину начинает просачиваться воздух, чужой воздух Стикса, быстро наполняющий мои легкие.
Горло сжалось, я выдохнул, закашлялся, но это была уже не паника — а злость. Я перекатился в сторону, чувствуя, как очередной удар монстра прорезал воздух в сантиметрах от моей головы. После резкого переката я оказался у него за спиной.
Я выстрелил в затылок твари.
Сгусток энергии прожёг плоть. Монстр издал глухой хрип и замер на долю секунды. А потом рухнул, как поваленный столб на асфальт, в мёртвую тишину квартала.
Я остался стоять, тяжело дыша, трещина в забрале перед глазами плыла, как трещина между двумя реальностями.
Подошли те трое.
— Спасибо, вы нас спасли, — сказал один из парней, менее запыхавшийся.
— Кто вы? — выдавил я, немного отдышавшись.
— Мы студенты, — ответил другой парень. — Мы думали, что уже всё… нам не выжить.
Я кивнул. Потом медленно снял шлем. Треснувший — он уже не спасал. И так было понятно: теперь я часть этого мира. Вдохнул снова этот воздух. И он уже не казался мне враждебным.
Стою над монстром, в памяти всплывают слова Букваря:
Спораны в Стиксе добывают из таких вот тварей, потом растворяют их в алкоголе. Живец спасает от вируса.
Я вспомнил, как тогда на маяке на Марсиате вытащил пенал из скафандра ликвидатора. Там были странные шарики, из которых Букварь сделал коктейль.
Смотрю на монстра и вспоминаю, как я стрелял по нему из-за угла, как мои выстрелы не наносили ему сильного урона. Но стоило мне попасть ему в затылок, как невидимая нитка словно натянулась и оборвалась в тот же момент.
Присаживаюсь рядом с головой твари, смотрю на нарост на затылке. В центре — отверстие от выстрела плазмой. Достаю резак, активирую, плавно провожу лезвием по наросту. Он поддаётся. Резкое щелканье — и кожа расходится под давлением. Аккуратно раздвигаю створки нароста — вижу внутри странную паутину и в ней несколько шариков. Они слабо поблёскивают, серые, размером с виноградину, чуть влажные. Осторожно достаю каждый и кладу в нагрудный карман скафандра.
Всего получилось достать восем шариков. По описанию, это вроде как спораны.
— Парни, за мной! — буквально командую студентам и направляюсь к первому подъезду соседнего дома.
Решил не задерживаться на первом этаже, поднялся по бетонным ступеням на третий этаж.
Нужен был алкоголь, и не для пьянки. Надо было растворить спораны. Те самые, что я добыл из затылка убитого монстра. Студенты смотрели, как я копался в теле твари, и не понимали, зачем. Я бы тоже не понял, если бы не разговор с Букварём в шахте на Марсиате. Новый знакомый тогда говорил: В Стиксе, если наткнёшься на спораны, не выкидывай. Раствори в спирте, только через марлю процеживай, или тряпку на крайняк. Получается коктейль — реально дерьмовый на вкус, но организму помогает. Не будет слабости, похмельного синдрома.
Остановился у очередной двери. Пнул — дверь с треском открылась внутрь, вошёл первым. Квартира — как будто покинута вчера. Кухня — направо. Захожу. Все старое, облезлое. Шкафы навесные, посуда на столе. Начал рыться.
Первая секция — пусто. Вторая — пачка соли, макароны, каши, специи. Третья — бинго. Бутылка водки, закупоренная. Открываю. Запах — характерный. То, что надо.
Дальше — искать марлю. Проверил остальные верхние ящики — пусто. Шкаф под раковиной — опять пусто. Уже хотел плюнуть, но заметил что-то белое в нижнем ящике. Дёрнул — кусок марли. Сунул в карман.
На подоконике стоит литровая стеклянная банка — беру.