Клыки и прецеденты

Глава 7. Заботливый работодатель

Утро понедельника для Елены началось привычно — в приглушённых тонах офисного пространства, где каждый предмет словно застыл в ожидании её распоряжений. Солнечные лучи, пробивающиеся сквозь жалюзи, рисовали на полу геометрические узоры, а воздух был пропитан запахом свежесваренного кофе и бумаги. Сначала она обсудила с Митчеллом контракты на охрану — их разговор протекал размеренно, как река в межень, с редкими всплесками острых вопросов. Затем Елена изучила график работы охранников в офисах и отчиталась об успехах Доусона в контроле над зверем — в её голосе звучала сдержанная гордость, словно она делилась тайной, доступной лишь избранным.

Поначалу Елена не распространялась в агентстве о том, что Рой превратился в вервольфа. Однако оборотни быстро обо всём догадались — их чуткие уши уловили перемены раньше официального сообщения. Остальные сотрудники понемногу узнавали из обрывков разговоров, словно собирали мозаику из разбросанных фрагментов, а потом уточняли у неё. В итоге Елена официально объявила: в санатории Доусону поставили диагноз — териантропия. Её голос звучал твёрдо, как сталь, когда она добавила, что тем, кто не желает работать в компании, совладельцем которой был вервольф, она предлагает немедленно уволиться — с хорошими рекомендациями. В воздухе повисла напряжённая тишина, нарушаемая лишь тиканьем часов. Сотрудники переглянулись, их взгляды скользили по лицам друг друга, словно искали ответ в чужих глазах, но никто не решился уйти.

Елена забирала почту на стойке администратора — пальцы привычно скользили по конвертам, отмечая штемпели и адреса. В этот момент в двери агентства появился высокий худой парень лет двадцати двух. Его фигура казалась почти нереальной в потоке утреннего света, но над ним колыхался прозрачный образ жёлтого льва с короткой гривой — словно мираж, сотканный из солнечных лучей и тени. Призрак зверя настороженно повёл ушами, принюхиваясь к незнакомым запахам.

— Долорес, ты должна пойти со мной, — заявил он, и его голос прозвучал как раскат далёкого грома.

Долорес побледнела. Над её головой вздыбила шерсть призрачная львица — её глаза расширились, хвост нервно задрожал. Она бросила на Елену жалобный взгляд, в котором читалась мольба о помощи.

Елена схватила посеребрённый нож для писем — металл холодно блеснул в лучах солнца, словно обнажая свою хищную суть. Она вышла из-за стойки, её движения были плавными, как у кошки, готовой к прыжку.

— Мистер, я могу вам чем-нибудь помочь? — Вилсон положил руку на плечо вошедшего. Его волк — призрачный, с серой шерстью и пронзительными жёлтыми глазами — припал к полу, готовый в любой момент броситься вперёд.

Оборотень, не сбавляя шага, отшвырнул его в стену. Звук удара эхом разнёсся по холлу, словно выстрел. Призрак жёлтого льва издал низкий рык, его когти царапнули воздух.

— Долорес! — парень напрягся, его мышцы вздулись под тонкой тканью рубашки, и он прыгнул, описав в воздухе красивую дугу, словно хищная птица, нацелившаяся на добычу.

Девушка нырнула под стойку. Её призрачная львица метнулась следом, прижимаясь к хозяйке, будто пытаясь защитить.

Елена резко выбросила руку вперёд — нож сверкнул в воздухе, словно молния, и вонзился в плоть. Парень сам насадился на нож и съехал по стойке, царапая пластик — звук был похож на скрежет когтей по стеклу.

— Ты меня ранила, — удивлённо произнёс он, глядя на нож в груди. Его призрак-лев замер, будто не понимая, как такое могло произойти. Глаза зверя расширились от недоумения.

Елена повернула нож в ране — парень взвыл, его крик разорвал тишину, как нож разрезает ткань. На его крики из комнаты отдыха выбежали охранники и детективы, окружив их плотным кольцом.

Над Брэмом плавно возник призрачный леопард — его шкура мерцала в полумраке, глаза горели холодным огнём. Он медленно обошёл нападающего, принюхиваясь, будто оценивая угрозу.

Аполло шагнул вперёд, его полосатая гиена припала к полу, обнажив клыки. Зверь тихо рычал, не сводя взгляда с раненого льва.

Ласло встал рядом с Вилсоном — его волк поднял морду, втянул воздух, затем издал короткий, предупреждающий рык.

— Повежливее с леди. Я — Онса, владелица этого агентства. Долорес под моей защитой, — её голос звучал холодно и твёрдо, словно лёд, способный выдержать любой напор.

— Ты человек. Ты не можешь защищать оборотня, — в его голосе звучала насмешка, но в глазах читалась неуверенность. Призрак льва слегка отступил, будто чувствуя перевес сил.

— Ну, тебя, лев, я остановила. Долорес, вылезай. Этот котёнок тебя не тронет, — в её словах звучала лёгкая ирония, но за ней скрывалась непоколебимая решимость.

Долорес уже помогала Вилсону подняться — её руки дрожали, но она старалась держаться стойко. Призрачная львица всё ещё прижималась к ней, но её уши уже не были прижаты к голове — зверь начинал успокаиваться.

— Парни, отнесите эту падаль на диван в кабинет директора. Долорес, мне нужен телефон Рекса львов. Марк, вы как? — её вопросы звучали чётко и отрывисто, словно удары метронома.

— Спасибо за заботу, босс, — ехидно произнёс Вилсон, с помощью Долорес усаживаясь на диван для посетителей. Его лицо было бледным, но в глазах светилась искра юмора. — Бывало и хуже. А вы мастерски владеете ножом. Я впечатлён.

— Долорес, отвези Марка в больницу, пусть проверят повреждения. Мне сегодня не нужен в агентстве охранник с сотрясением мозга, — её голос звучал строго, но в нём чувствовалась забота.

Брэм и Аполло унесли нападающего — их шаги гулко отдавались в пустом холле. Призрачный леопард Брэма шёл рядом, время от времени бросая взгляд на раненого льва, будто проверяя, не попытается ли тот снова напасть. Полосатая гиена Аполло следовала позади, её уши были настороженно подняты.

С ними отправился Ласло, увлечённо рассказывая, как Елена стала Ильвой и описывая её драки за статус Фиреса. Его волк бежал рядом, то и дело обгоняя остальных, будто стараясь показать, что он тоже часть команды.

Долорес нашла телефон Рекса Бриггса и уехала с Вилсоном к доктору. Их силуэты растворились в утреннем свете, пробивающемся сквозь стеклянные двери. Призрачная львица Долорес шла рядом, её хвост медленно покачивался, будто она тоже пыталась осознать произошедшее.