Страница 90 из 145
— Может быть, — сказал я спокойно. — Но я хотя бы не прячу страх за чужими травами.
Лицо Варна изменилось всего на миг, но мне этого хватило. Глаза сузились, рот стал жёстче, плечо едва дёрнулось. Не сильно. Не так, чтобы кто-то невнимательный понял. Но Финна тоже увидела — я понял по тому, как она затаила дыхание. Значит, слово попало.
Я шагнул в сторону, освобождая проход не для Варна, а для Финны.
— Беги к Илве, — сказал я, не поворачивая головы.
— Но…
— Финна.
Иногда у меня всё-таки получалось говорить так, что люди слушались. Это получалось не часто. Очень обидно, что не часто. Но сейчас получилось. Финна побежала очень быстро. Не оглядываясь первые несколько шагов, а потом всё-таки оглянулась, но не остановилась. Умная девочка. Наконец-то кто-то в этой общине использовал любопытство правильно.
Варн дёрнулся было за ней, но я уже стоял между.
— Не советую.
— Ты не альфа.
— Зато громкий.
— Думаешь, это тебя спасёт?
— Нет. Но создаст зрителей. А ты, как я понимаю, сейчас предпочитаешь разговор без них.
Варн скривился.
— Думаешь, ты её спасёшь?
Я посмотрел на него и впервые за долгое время позволил себе быть полностью серьёзным. Без улыбки, без красивого поворота фразы и без привычного блеска, который всегда делал меня чуть менее настоящим.
— Нет. Думаю, она сама себя спасает. А я просто мешаю таким, как ты, стоять на дороге.
Слова вышли ровнее, чем я ожидал и тяжелее, потому что были правдой. Я не хотел быть спасителем Гели. Спасители слишком часто потом требуют благодарности. Не хотел быть тем, кто стоит впереди и заслоняет ей весь мир, даже если делает это с лучшими намерениями. Я хотел быть тем, кто убирает камень с её дороги. И иногда — тем, кто встаёт между ней и чужой рукой, пока она сама выбирает, куда идти.
Сзади послышались тяжёлые не быстрые шаги, но от них воздух сразу изменился.
Бьёрн.
Я понял это ещё до того, как Варн побледнел. Есть люди, которых узнаёшь по голосу, а есть те, кого — по походке. Бьёрна узнавали по тому, как вокруг него внезапно заканчивалась чья-то смелость.
Он вышел из-за поворота у длинного дома. Лицо у него было бледнее обычного, черты жёстче, глаза всё ещё слишком тёмные после чего-то, что произошло у кладовой. В нём чувствовалось напряжение зверя, удержанного силой воли. Это делало его опасным.
И, к счастью, он был на нашей стороне.
— Проблемы? — спросил Бьёрн низким и спокойным голосом.
Так спокойно говорят перед тем, как кому-то становится очень неуютно.
— Возможные, — ответил я.
Бьёрн посмотрел на Варна. Ему даже не понадобилось шагнуть ближе. Варн всего на миг опустил взгляд. Потом, словно вспомнив, что гордость у него всё ещё где-то есть, снова поднял.
— Я шёл к складу.
— Пойдёшь со мной, — сказал Бьёрн.
— На каком основании?
Бьёрн чуть наклонил голову.
— На том, что я попросил один раз.
Варн сглотнул, а я снова улыбнулся. Не смог удержаться.
— Видишь? А ты говорил, я не полезен.
Бьёрн даже не посмотрел на меня.
— Ханнер.
— Всё. Молчу. Почти.
Варн бросил на меня взгляд, полный злости, но ничего не сказал. Бьёрн жестом указал ему идти впереди. Он не схватил и не толкнул Варна. Просто сделал так, что отказать стало невозможно.
Когда они пошли к центральному двору, я заметил на рукаве Варна тёмное пятно. Почти наверняка это был травяной сок. Я запомнил место, цвет и запах, когда он проходил ближе ко мне. Рагнару это понадобится.
Когда Бьёрн увёл Варна, улыбка исчезла. Площадь вокруг вдруг стала слишком тихой.
Финна уже, наверное, добежала до Илвы. Или до Гели. Надеюсь, именно до Илвы: эта женщина умела превращать тревожные новости в действия быстрее, чем большинство мужчин успевало понять, что произошло.
Я посмотрел в сторону старого навеса. Потом на следы в снегу. Потом на длинный дом, за которым ещё недавно выли волки.
Теперь всё было серьёзнее. Слухи стали руками. Руки тянулись к травам. А значит, кто-то уже готовился не просто говорить о Геле.
Кто-то готовился сорвать то, что ещё даже не успело стать решением.