Страница 7 из 67
Глава 5
Даже детектив-констебль Стефани Гордж была слегка ошеломлена роскошью жилого комплекса «Парадайс Гарденс».
Роскошные ковры в вестибюле словно ласкали их ноги, когда четверо офицеров шли к лифту среди роскошной мебели, скульптур и гравюр, разбросанных вокруг них.
Когда консьерж впустил их, простор самой квартиры заставил Уоткинса ахнуть от удивления: приемная, раскинувшаяся в изысканном сочетании цветов и украшений, вела к слегка приоткрытой двери, за которой находился чувственный дамский будуар.
— Чей эта квартира, приятель? — спросил Кулло лысеющего консьержа средних лет, когда тот уже поворачивался, чтобы уйти, протянув руку ладонью вверх, хотя в данных обстоятельствах вряд ли он мог рассчитывать на монетку или бумажку.
— Мисс Элизабет Батлер, сэр, — ответил тот.
— Когда вы видели ее в последний раз? — спросил Уоткинс.
«Вчера вечером, сэр, около восьми часов, когда она вернулась домой, примерно за час до прибытия полицейского».
«Какого полицейского?»
«Ну, того, что здесь, сэр, держит шлем под мышкой», — ответил консьерж, кивнув в сторону полицейского Бланта в форме.
«Спасибо», — сказал Кулло. «На данный момент это все».
«Сэр, — сказал выглядящий обеспокоенным Блант, нервно переминаясь с ноги на ногу, словно умирая от желания сходить в туалет, — могу я пойти проверить, чтобы убедиться, что моей Элизабет там нет? Я не могу дождаться, чтобы убедиться, что...»
«Конечно, приятель. Иди».
Кулло иронично посмотрел на Бланта, когда тот, повернувшись лицом к спальне, приложил руку к затылку. Инстинктивно Кулло приложил руку к своему затылку.
Полицейский Блант поспешно ускользнул, распахнув дверь спальни. Остальные услышали его тяжелые шаги, когда он исчез из виду по ту сторону двери.
Его шаги внезапно оборвались.
«Боже мой!» — воскликнул он.
Его коллеги, на мгновение растерявшись, услышали громкий стук, когда тело рухнуло на пол.
«Что за…» — пробормотал Уоткинс, направляясь в спальню, а за ним следовали озадаченная Стефани и невозмутимый Кулло.
Их взору предстала картина: констебль Блант лежал, вытянувшись на мягком ковре, его шлем лежал в нескольких футах от него, а из его губ вырывался стон.
Когда Уоткинс наклонился, чтобы помочь ему, Блант неуверенно поднялся на ноги, опираясь на Уоткинса.
«Ну, что это за поведение, Блант?» — спросил раздраженный Кулло.
— Простите, сэр, не знаю, что на меня нашло. Я посмотрел на кровать, и на мгновение мне показалось, что там лежит моя Элизабет, а в следующий момент ее уже не было, и я почувствовал себя как-то странно, и…
— Да, да, Блант, — резко сказал Кулло, властно махнув рукой. — Это было ожидаемо…
«Но, сэр, — возразил Уоткинс, отстраняясь от Бланта, но все же протягивая ему руку, чтобы поддержать, пока тот шатался на ногах, — это не похоже на него. Блант, каким бы идиотом он ни был порой и каким бы раздражающим, не из тех парней, кто начинает вести себя как девчонка и падать в обморок… В чем дело, Блант? Ты плохо себя чувствуешь?»
«Я же вам все время говорила, что он умственно отсталый», — безэмоционально и жестоко сказала Стефани. «Бедняга все время что-то себе надумывает. Уверена, на кровати никогда не было тела. Все дело в его мозге размером с горошину и его гениталиях, тоже размером с горошину, которые у него засыхают от полного бездействия».
«Очень обидно, мисс».
«Нет, Уоткинс и Стефани, — сказал Кулло, расставив ноги и приняв серьезный вид, — Блант здоров, как никогда, по крайней мере физически, а что касается его психического состояния, давайте просто скажем, что его ужасно низкий интеллектуальный уровень примерно соответствует среднему уровню его умственных способностей на протяжении всей жизни».
«О, большое спасибо, сэр», — сказал сияющий Блант, с благодарностью глядя на своего великого наставника.
«Нет», — продолжил Кулло, — «достаточно беспокойное состояние констебля Бланта полностью обусловлено приемом, или, вернее, введением высоких доз наркотиков в течение последних нескольких недель».
«Блант!» — воскликнул Уоткинс с неодобрением, а из великолепно сжатых губ Стефани вырвался шипящий звук.
«Но, сэр, я никогда…»
«Не самостоятельно, спешу добавить», — резко прервал его Кулло. «Констебль Блант стал жертвой злоупотребления наркотиками со стороны неизвестного лица или лиц, преследовавших свои злые цели».
«Вы имеете в виду марихуану, сэр, или кокаин, сэр?» — спросил ужаснувшийся Блант, едва не споткнувшись на своих неподвижных ногах.
«Я имею в виду постоянный и мощный прием галлюциногенных наркотиков, констебль Блант».
«Боже мой, сэр! Мой мозг каким-то образом пострадал? Я поврежден, сэр?»
«К счастью, Пант, ваш мозг — один из двух ваших органов, которые полностью защищены от дальнейшего ухудшения», — сказала Стефани с рычанием, поместив сигарету между губами, соблазнительно покрашенными лучшей помадой, причем фильтр на мгновение чувственно прилип к ее нижней губе, прежде чем отпустить ее, когда она облизнула его.
Уоткинс вздохнул и нервно сглотнул.
— Мисс решила немного поиздеваться, — сказал Блант, уставившись на Стефани, которая втягивала дым в легкие, от чего её грудь раздувалась, а затем, выдыхая, издавала легкий шипящий звук, словно воздух вырывался из шарика, и её упругая грудь сжималась на самую-самую малость.
«Не беспокойтесь, Блант, — сказал Кулло. — Никаких долгосрочных последствий для вашего психического здоровья не будет, по крайней мере, ничего особо примечательного».
«Это большое облегчение, сэр».
Кулло подошел ближе к кровати с ее смятыми и скрученными простынями.
«Ну, насколько можно судить невооруженным глазом, крови не видно», — пробормотал он, наклонившись и прищурившись. «Очевидно, все придется тщательно осмотреть».
Его взгляд переместился на ковер возле кровати, а затем он выпрямился во весь рост, быстро окинув взглядом всю спальню. Он бросил, казалось бы, беглый взгляд на люстру, окна с окрашенными в голубой цвет рамами и прочую роскошную обстановку, отражавшую великолепие интерьера комнаты.
Затем он, казалось, потерял интерес и снова опустил взгляд на кровать, погрузившись в мечтательное раздумье с пустым взглядом.
«Итак, папа, ты хочешь сказать, что история Слант правдива или выдумана?»
— Несомненно, правдивая, Стефани, но моя криминалистическая группа подтвердит, было ли здесь тело или нет, как только они прибудут.