Страница 32 из 67
«Кто вас подговорил, мисс Тулуз?» — потребовала ответить разгневанная Стефани. «Кто был вашим пособником в этом деле? Кто был вашим хозяином?»
Франсин продолжала смотреть на Кулло.
«Что я должна сказать, Сэнди?»
Стефани с изумлением уставилась на Франсин, когда эти бесплотные слова вырвались из раскрытого рта, который служил Франсин лицом.
«Сэнди!» — воскликнула Стефани. «Что это значит, папочка?»
«Со временем все прояснится», — ответил великий человек, подойдя к Франсин и протянув ей руку.
«На данный момент это все», — сказал он. «Позвольте мне проводить вас из комнаты».
Глаза Франсин, казалось, заблестели, когда она неловко встала, слегка спотыкаясь в непосредственной близости от высокой фигуры инспектора Кулло.
Она подняла руку и, громко вздохнув, взяла руку Кулло.
«Как он это делает…?» — снова прошептал Блант.
«Но, папа!» — воскликнула разъярённая Стефани, уставившись на руку Франсин, которую держал Кулло, когда тот провожал эту маленькую проказницу к двери.
«Ты видел её пальцы?» — спросила Стефани торжествующим тоном, как только Кулло закрыл дверь. «Ногти, покрытые синим лаком!»
«Да!» — вторил Уоткинс. «Нельзя забывать, что следы синей краски были обнаружены криминалистами в доме № 17 на Парадайз-Гарденс… Это, безусловно, ставит мисс Франсин Тулуз в первые ряды подозреваемых!»
«Боже мой!»
«Мне ее арестовать, сэр?» — спросил Уоткинс.
«Она убийца, сэр?» — спросил Блант.
«Убийца, Блант?» — повторил Кулло. «Разве кого-то уже убили?»
«Ну…»
«Но, папа, какова же точная природа твоих отношений с этой мерзкой тварью? И это ты нанял ее, чтобы она сыграла свою роль в обмане констебля Гранта?»
«Все прояснится через…»
«Было очевидно, что она обращалась к тебе за советом, папа. Что, черт возьми, происходит?»
«Как я уже сказал, со временем все прояснится», — ответил великий человек. «Кстати, Уоткинс, Фред Рубаре уже освобожден из-под стражи?»
«Да, сэр. У нас не было оснований его удерживать».
«Конечно», — пробормотал Кулло. «Я просто хотел это подтвердить».
«Мистер Стэнхоп, почему вы связались с нами?» — спросил Кулло. «Вам есть что нам рассказать?»
«Безусловно, сэр», — ответил консьерж из «Виктория Мэншнс», почтительно поклонившись.
«Ну?»
«Не знаю, имеет ли это какое-то значение, сэр, но я вдруг вспомнил, кого однажды видел, подкрадывающимся по лестнице к квартире мисс Франсин Тулуз».
«И кто это был?» — спросил Уоткинс.
«Ну, я почти уверен, сэр, что это был тот знаменитый голливудский актер, мистер Харрис Корд. Я, конечно, никогда с ним не встречался и не могу утверждать наверняка, но…»
«Хм…» — пробормотал Кулло, скрестив руки на груди и начав ходить по комнате.
«Когда именно это было?» — спросила Стефани.
«Около двух или трех недель назад».
«Вы когда-нибудь видели кого-нибудь еще, кого бы вы узнали, поднимающегося в квартиру этой дамы?» — спросил Уоткинс ровным, довольно безразличным тоном.
«Нет, сэр, — ответил он. — Никого другого, кто бы заслуживал внимания… ну, кроме этого инспектора…»
«Боже мой!»
«Сколько раз вы видели, как инспектор Кулло крался к квартире мисс Тулуз?» — спросила Стефани, сердито хмурясь на отца.
Джон Генри Стэнхоп посмотрел на теперь неподвижную, бесстрастную фигуру Кулло посреди комнаты.
Кулло кивнул.
«Пять или шесть раз…»
И Уоткинс, и Стефани ахнули, а Блант смотрел на Кулло с удивлением, затуманив глаза.
«Как он это делает…?»
«Папа, когда ты наконец признаешься в…»
«На этом все, мистер Стэнхоп», — грубо прервал его Кулло. «Вы можете уходить».
«Подождите минутку!» — торжествующе воскликнул Блант, пристально глядя на руки Стэнхопа. «Можете ли вы объяснить эти синие пятна или кляксы на ваших руках?»
«Просто красил заднюю дверь своего дома», — ответил Стэнхоп, глядя на свои руки. «Учитывая, сколько свободного времени у меня сейчас, я подумал, что…»
«Проводите мистера Стэнхопа, Уоткинс», — приказал великий человек.
«Но, сэр, разве я не должен его арестовать?» — настаивал констебль Блант. «Синяя краска, сэр, и все такое?»
«Просто продолжайте записывать детали дела в свои блокноты, Блант. Оставьте мне право решать, кого арестовывать, а кого нет».
«Хорошо, сэр».
«Давайте сейчас сделаем небольшую паузу, господа и Стефани. Я хочу проверить кое-что в книге посетителей на рецепции».
Азиатский джентльмен средних лет стоял в центре комнаты, почтительно кланяясь остальным четырем присутствующим.
«Добрый день, мистер Чандри», — сказал констебль Блант.
«Констебль Блант», — пробормотал мистер Чандри, снова почтительно поклонившись.
«Итак, Блант, вы подтверждаете, что этот господин — ваш стоматолог?» — резко спросил Кулло.
«Да, сэр».
«Позвольте спросить, почему меня привели сюда, в это помещение, и фактически заперли в комнате, полной других людей, ожидающих своей очереди на допрос?» — спросил Чандри достаточно вежливо, но с более чем намеком на раздражение в голосе.
«Вы послали сообщение констеблю Бланту, которое…»
«Просто чтобы сообщить ему о предстоящем приеме», — прервал Чандри с улыбкой. «Я занимаюсь установкой ряда коронок на верхней челюсти констебля Бланта, его зубы действительно требуют значительного…»
«Где находится ваша клиника?» — спросил Уоткинс.
«На Харли-стрит», — ответил Чандри.
«На Харли-стрит!» — воскликнул Уоткинс. «Как такой скромный полицейский, как констебль Блант, может позволить себе цены, которые взимает стоматолог, обычно возившийся с зубами богатых и знаменитых?»
«Но я должен сказать, что цены, которые мне выставляет мистер Чандри, вполне разумны», — вставил Блант, оглядывая собравшихся.
Кулло подошел ближе к Чандри, возвышаясь над ним и угрожающе глядя ему в глаза.
Чандри заметно вздрогнул, инстинктивно съежившись, подавленный внушительным ростом всемирно известного инспектора и его пламенной, гранитной гримасой.
«Я утверждаю, мистер Чандри, — произнес этот великий человек безжалостно агрессивным тоном, — что вы были наняты неизвестным лицом или лицами для того, чтобы, так сказать, «завести» сюда констебля Бланта в вашу базу данных с явной целью — когда он прибудет на лечение — вводить ему инъекции галлюциногенных препаратов! Что вы на это скажете?»