Страница 23 из 67
«Папа…»
Стефани была энергичной, живой, неукротимой. Ее выражение лица было суровым и неумолимым, ее фигура в потрясающе скроенном платье выглядела внушительно и величественно, а вся ее осанка и манера поведения напоминали пантеру, готовую к прыжку.
И Уоткинс, и Блант были заворожены. Она была точной копией по своей решимости и целеустремленности того человека, которого они почитали и уважали, человека, который был отцом Стефани и чьи первоклассные гены текли в её безупречном теле и проницательном уме. Они были отцом и дочерью, в этом не могло быть никаких сомнений.
Даже Кулло, загнанный в угол собственным генетическим потомком, пойманный в ловушку тем, что произвели его собственные чресла, проявил огромную гордость за дочь в изгибе губ и блеске глаз.
— Я утверждаю, папочка, — сказала Стефани с жестокой бесстрастностью в глазах, — что ты уже знал Франсин Тулуз и где она жила, и что ты также знал, что Шрант был с ней связан… И я также утверждаю, что ты осознал связь между тобой, Бантом и этой дамой из-за следов на ваших шеях, которые вы оба постоянно потираете и которые, по всей вероятности, были оставлены там несомненно жадными зубами и губами самой этой дамы!»
Уоткинс ахнул от этой новости, а Блант, столь же потрясенный, инстинктивно приложил руку к шее.
Кулло оставался неподвижным, бесстрастным, неустрашимым, глядя прямо на Стефани горячими глазами.
«Блестяще, Стефани!» — прокомментировал он. «Блестяще выведено и проанализировано!»
«Но, папа, — сказала Стефани, несколько смягчившись в своей реакции на безграничную похвалу отца, которая вызвала самодовольную ухмылку на ее лице, — что скажет мама!»
«Мы все объясним в нужное время и в нужном месте, — заметил Кулло. — Со временем все прояснится. Будьте уверены, я разъясню все вопросы. Обещаю. А пока просто запомните, какое огромное значение имеет 18 Виктория-Мэншнс для развития и исхода этого дела».
«Включить ее в список, сэр?» — спросил Блант.
«Кого, Блант?» — переспросил Уоткинс, все еще удивленно и с изумлением глядя на Стефани.
«Ну, мисс Франсин Ту-Луз, конечно, сэр. Разве я не должен составлять список всех тех, кто связывается с нами или объявляет о своем возвращении?»
«Конечно».
«Но разве она не просто отвечает на нашу просьбу, папа?»
«Внесите ее в список», — сухо заявил великий человек. «Я подозреваю всех и никого не считаю невиновным, пока это не будет доказано».
«Очень хорошо, сэр», — сказал Блант, выходя из комнаты. «Я только заберу свой блокнот из своего шкафчика. Там тоже есть несколько великолепных цитат, сэр. Я также принесу тетрадь, в которой записываю ваши высказывания, сэр, для вашего заднего места».
«Для моего заднего места, Блант?»
«Думаю, Блант имеет в виду „для потомков“, сэр», — устало пояснил Уоткинс.
«Хороший человек, Блант».
«Сколько людей сейчас в вашем списке, Блант?» — спросил Уоткинс, когда полицейский вернулся.
«Ну, сэр», — пробормотал Блант, перебирая свою коллекцию записных книжек, сжатых в его неуклюжих, толстых руках, а затем вытаскивая одну из них из запутанной массы, — «посмотрим. Да, конечно. Ну, там мисс Дженис Батлер, лорд Фотерингей, мисс Франсин Ту-Луз и… На данный момент это все. Всего трое. Но это напомнило мне, господа и мисс детектив-констебль… Когда я смотрел телевизор в своей каюте, я услышал…»
«Соберитесь вокруг, команда», — прервал его Кулло, махнув рукой своему отряду. «Мне нужно объяснить, почему именно мы здесь, в Виктория-Мэншнс».
«Но мы же знаем, папочка», — пробормотала Стефани с скучающим вздохом, подходя к великому детективу. «Ты знал, что констебль Грант был, так сказать, подкуплен мисс Франсин Тулуз, потому что у него на шее был такой же отвратительный след, как у тебя… Как именно эта ужасная женщина оставила на тебе свой след, я оставлю тебе объяснить в другой раз, но я не слишком уверена, что хочу слышать все подробности… Так что ты знал, что Франсин причастна к этому, сложил два и два и предположил, что «Виктория Мэншнс», 18, будет играть очень важную роль в этом деле».
«И поэтому вы быстро и ложно сообщили местной полиции о том, что здесь произошло убийство, — добавил Уоткинс, как всегда стремясь принять участие в разговоре, — чтобы при расследовании это выглядело как еще один случай исчезновения тела, о чем вы затем могли бы рассказать газетам в рамках вашей попытки разжечь заразительную истерию вокруг сообщений об исчезающих трупах…»
«Тем самым замутив воду и сорвав планы виновного или виновных, неизвестных лиц, которые, как вы, полагаю, предполагали, планировали выбрать именно этот адрес в качестве места, где можно было бы спрятать настоящее мертвое тело, которое мы бы охраняли ценой своей жизни, совершенно не подозревая, что нас отстранили в сторону, чтобы виновные могли осуществить где-то в другом месте то преступное деяние, которое они задумали», — добавила Стефани.
«Да», — согласился Уоткинс, перенимая эстафету от Стефани, пока они разыгрывали свой маленький дуэт объяснений, при этом их взаимные взгляды и кивки становились все чаще и теплее по интенсивности. «Когда преступник или преступники прочитали, что именно то место, куда они намеревались отвлечь нас, уже было ложно заявлено, а затем расследовано… ну…»
«Да, — продолжила Стефани, благодарно улыбнувшись возбужденному Уоткинсу, — они не смогли бы реализовать свои планы и были бы вынуждены обратиться к нам, чтобы выяснить, что именно мы знаем… и как им действовать дальше…»
«Все это вполне возможно, Стефани и Уоткинс, — сказал Кулло, — но если 18 Виктория Мэншнс было просто выбрано в качестве адреса, где будет находиться настоящий труп, который привлечет наше внимание настолько, что мы будем полностью обмануты… и этот план был сорван мной… то зачем я поместил здесь констебля Бланта в качестве консьержа, чтобы он следил за развитием событий?»
Трое подчиненных Кулло ахнули, когда двое из них осознали нелогичность своих аргументов, а третий наслаждался их неловкостью, даже если ему и не удалось до конца понять все тонкости их рассуждений и рассуждений инспектора.
«Вы что, не понимаете, команда?» — сказал обессиленный Кулло громче, закинув руки за спину и начав ходить по комнате, выпятив подбородок и с суровыми, твердыми чертами лица, как и все великие детективы с незапамятных времен. «Вполне возможно, что это был план неизвестного человека или людей использовать эту квартиру так, как вы описали, или…»