Страница 63 из 99
Глава 48. Стратагема третьего мужа
Они сидели ещё какое-то время в тяжёлом молчании, и только когда принц уже собрался уходить, прибыл господин Ван Сюэ и позвал обоих обедать.
За столом, когда все немного подкрепились и слуги унесли первые перемены блюд, он обратился к Сиань. Голос его звучал непривычно мягко, почти торжественно:
— Дитя моё…
Девушка вздрогнула от неожиданности. Никто и никогда не обращался к ней с такой отеческой нежностью — так, словно она имела право на защиту и заботу, а не только на вечное выживание.
— Ты читала письмо, оставленное Луном?
Она несмело кивнула.
— Мы говорили с ним об этом как раз перед… — господин Ван Сюэ осёкся, и на мгновение лицо его исказилось горькой тенью, — перед его последним отъездом. Разумеется, изначально следовало устроить всё иначе, ибо Вэй по крови принадлежит Его Высочеству. Но я рад, что судьба распорядилась именно так. Мой сын любил тебя, и я видел, сколь он был счастлив, хотя поначалу ты обходилась с ним довольно… ммм… сурово. — Он позволил себе лёгкую, печальную улыбку. — Ныне ты носишь под сердцем его дитя, и это величайшее утешение для меня как для отца знать, что плоть и кровь моего единственного сына продолжит жить на этом свете.
Господин Ван Сюэ растрогался, сдержанно провёл рукавом по глазам и продолжил уже твёрже:
— Теперь же, я полагаю, будет лучше — для твоих детей в первую очередь… это отступает от обычных правил, но прецеденты в летописях Поднебесной бывали. Да и то, что Вэй — сын Его Высочества, столь очевидно, что оспаривать сие не посмеет никто. Так вот… — он перевёл дух, — я считаю, что тебе надлежит вступить в брак с Его Высочеством. Это будет благом и для Вэя, и для будущего чада Луна. У детей будет отец. И, разумеется, никто не стал бы спешить с брачными обрядами, не окажись ты в положении. Но с другой стороны, чем раньше Вэй начнёт почитать Его Высочество как родного отца, тем лучше.
— И как Вы считаете, стоит ему об этом сказать? — спросил принц.
— Пока лучше не касаться всех подробностей. Надо попробовать объяснить ему в общих чертах, — ответил господин Ван Сюэ.
Они о чем-то еще говорили, но Сиань их уже не слушала. Опустив голову, она сосредоточенно выстраивала башенку из кусочков курицы в своей пиале — одну на другую, аккуратно, точно. Господин Ван Сюэ выжидающе смотрел на невестку, но та, казалось, вся ушла в своё архитектурное упражнение. Когда строение завалилось набок, девушка наконец очнулась и подняла глаза.
— Мой брак с Луном уже аннулирован? — уточнила она ровным, почти деловым тоном.
— Да, — осторожно ответил господин Ван Сюэ.
— А Вы меня удочерили?
— Верно.
— Ясно. — Она вздохнула, и вздох этот был удивительно спокоен. — Я теперь, получается… Ван Сиань?
— Да, Ван Сиань, — подтвердил новоявленный отец.
— И выходит, что на данный момент я — Ваша дочь, которая, не будучи ни разу замужем, родила первенца от одного мужчины и в настоящий момент беременна от другого. Верно?
— Ну, что-то типа того, — смутился господин Ван Сюэ.
— Боже правый, Ваше Высочество! — она обернулась к принцу с холодной, отточенной иронией. — Ну и невесту же Вы себе присмотрели! Даже я пребываю в… смятении.
Принц осторожно хмыкнул, не зная, куда она клонит.
— И послезавтра я должна выйти за отца своего первого ребёнка? — продолжала она задумчиво. — Нет, как-то это слишком просто и лишено изящества.
— В каком это смысле?! — почти в унисон спросили мужчины.
— Ну, я должна сейчас стать супругой кого-то третьего. Кого-то, кто не имеет отношения к моим детям. И кого я, действительно, никогда в жизни не полюблю. — Она помолчала, словно прикидывая детали. — Самое благоприятное время для свадьбы когда? Послезавтра?
— Да, — неохотно подтвердил принц.
— Значит, это должен быть тот, кто живёт недалеко и кто сразу согласится. И он непременно должен быть древен, тучен, лыс и беззуб. И чтобы уже впал в старческое слабоумие и беспамятство.
— Сиань… — принц несмело попытался остановить её.
— Последнее — обязательное условие! — Она величественно подняла палец. — Мой второй супруг должен постоянно забывать, что я соблюдаю траур по своему недавно почившему первому мужу. Пусть в первую же брачную ночь он явится для свершения долга, потом забудет, что уже был, и явится вновь. И вновь. И вновь. Покуда силы земные его не оставят или сердце не устанет биться. — Она сделала короткую паузу и закончила с холодной, убийственной любезностью: — И тогда уж можно будет выдать меня замуж и в третий раз.
Принц сидел, прикрыв глаза рукой. Каждое её слово било точно в цель — он знал, в чей огород летят эти заострённые камни. А господин Ван Сюэ с сочувствием и пониманием смотрел на молодую женщину и даже не пытался остановить её монолог. В конце концов, она имела право.
— Я устала и пойду отдыхать, — вдруг сказала Сиань, зевнула, поднимаясь из-за стола, и, обращаясь к принцу, серьёзно добавила: — А Вы, Ваше Высочество, срочно поищите себе другую невесту, чтобы свадебные приготовления не пропали втуне.
Прихватив с общей тарелки кусочек огурца, она развернулась, чтобы уйти.
— Только кошкам свойственно еду с общего стола воровать, Сиань! — проворчал принц ей вслед.
— Не только, Ваше Высочество! — ответила она, не оборачиваясь, и в голосе её мелькнуло что-то почти весёлое. — Вэй тоже любит так делать!
И ушла — прямая, лёгкая, оставив обоих мужчин в растерянном молчании. Лишь когда дверь за ней закрылась, принц медленно опустил руку от лица и посмотрел на господина Ван Сюэ долгим, почти беспомощным взглядом. А тот лишь покачал головой и вздохнул — то ли с укором, то ли с сочувствием, то ли с тайной отцовской гордостью за девушку, которая умела сражаться даже тогда, когда битва была безнадёжно проиграна.