Страница 15 из 99
Глава 12. О том, как торговца в шелках отправили в подземелье к паукам
В ту ночь сон бежал от Сиань, словно испуганная лань. Новости, одна мрачнее другой, обрушились на её голову, превращая и без того сложное положение в настоящую ловушку. Проворочавшись до рассвета в душной, нагретой жаровнями комнате, она встретила утро с тяжелой головой, зверским аппетитом и настроением, сравнимым разве что с погодой за окном — такой же промозглой, свинцовой и неприветливой.
Пройдя мимо мирно почивающего гостя, она распорядилась насчёт завтрака и отвара от головной боли, потирая ноющие виски. За окном всё так же завывал ветер, бросая в окна пригоршни колючего снега.
— Не спится? — раздался сонный голос за её спиной, едва она налила себе чаю.
— После завтрака я намерена прогуляться, господин Ван, — объявила она, поворачиваясь к его ложу. Он уже сидел на краю, закутавшись в шёлковое одеяло до подбородка, как замёрзший аристократ. — Вашу обнажённую грудь я уже лицезрела. Немного запоздалое целомудрие.
— А без штанов тоже меня уже видела? — притворно ужаснулся он, изображая невинность девушки в первую брачную ночь.
— Не смешно! — отрезала она, скрестив руки на груди. — И соблаговолите отдыхать в одежде, пока вы здесь. Кстати, когда вы планируете уехать?
— Ты сама сказала — ждать неделю после того, как дороги станут проходимы. Если, конечно, новый снегопад не помешает.
— Боитесь, что гардероба не хватит на все дни задержки?
— Без настроения сегодня?
Но девушка не ответила. Слуги принесли завтрак и начали накрывать на стол. Господин Гэ принёс отвар и устроился рядом, незаметно, но бдительно поглядывая на Луна — словно пёс, охраняющий покой хозяйки. Когда завтрак подходил к концу, Сиань вдруг замерла, расправила несуществующую складку на платье и нарочито беззаботно заявила, подняв глаза на ненавистного гостя:
— Сегодня я желаю прогуляться в тоннеле, господин Ван.
— В тоннеле?! Вы имеете в виду в тоннеле под усадьбой? — господин Гэ едва не поперхнулся. Он ожидал чего угодно от только вчера узнавшей о своей беременности девушки, но только не этого.
— Да, именно так, господин Гэ.
— Там, наверняка, адски холодно и грязно, — сморщил свой изящный нос Лун.
— Непременно, господин Ван. Вы там непременно испачкаете свои светлые наряды. К тому же там водятся огромные пауки и, вероятно, мыши с крысами. — Она с вызовом посмотрела на него.
— Возможно, еще и летучие мыши со взрослого ястреба, — добавил он, состроив плаксивую гримасу, но в его глазах уже мелькал охотничий азарт.
— Скорее всего, — с готовностью подтвердила девушка.
— Я, знаешь ли, не жалую такую живность, Сянь, — признался Лун, театрально передёрнув плечами.
— Я почему-то так и думала, — она холодно усмехнулась.
— И ты именно туда желаешь отправиться на прогулку?
— Непременно.
— Понятно. И обязательно в моём обществе?
— Что вы! Вам всего лишь потребуется открыть дверь, после чего можете возвращаться в свою тёплую комнату.
— И дверь непременно должен открыть я один? — уточнил господин Ван, уже прекрасно поняв суть испытания.
— Вовсе нет! Можете призвать своих людей и всех слуг усадьбы. Вам вряд ли стоит пачкать руки. Всё равно в одиночку вам её не одолеть.
— Эту дверь уже пытались открыть? — обратился Лун к господину Гэ.
— Его Высочество вместе со мной пытались, но её не открывали лет двадцать. У нас ничего не вышло, — с тревогой в голосе ответил слуга.
— Понял. — Лун на мгновение задумался. — Твоё настроение улучшится, Сянь, если ты прогуляешься по этому тоннелю? — переспросил он, глядя на неё уже без тени шутки.
— Господин Ван, о чем вы вообще говорите?! — возмутился старый слуга. — Там опасно! Это очень длинный, темный туннель, по которому лет двадцать никто не ходил. Там легко можно переломать себе все ноги. А в вашем положении, госпожа Ли...
— Я буду счастлива, — ледяным тоном перебила его Сиань.
— Что?! — воскликнули они оба.
— Я буду счастлива, если погуляю по этому туннелю, — упрямо повторила она, и стало понятно, что переубеждать её бесполезно.
— И часто у тебя такое настроение? — спросил её Лун совершенно серьёзно.
— У меня не бывает иного. Вы не замечали? — с подчеркнутым удивлением спросила она.
— Госпожа Ли, одумайтесь! — старый слуга воочию убеждался в правоте слов принца о том, что характер у девушки не простой, но не сдавался. — В вашем положении подобный риск недопустим! Даже если не разобьётесь, можете простудиться! А вам теперь болеть ни в коем случае нельзя!
— Почему? — она вскинула бровь.
— Ребёнок может родиться больным и слабым, как мой племянник, — ответил за господина Гэ Ван Лун. Впервые за всё утро он говорил без тени улыбки. — Может ты как-нибудь по-другому меня проверишь, Сянь? Это и правда очень опасно для тебя.
— Господин Гэ сказал, господин Ван, что вы — единственный, кто может защитить и позаботиться обо мне, — усмехнулась она с горькой иронией. — Вот и позаботьтесь обо мне в этом туннеле. Или вы планировали опекать меня в своей резиденции, окружив толпой слуг?
Лун выдержал её взгляд. Что-то в выражении его лица неуловимо переменилось — спала наносная насмешливость, и в глубине светло-карих глаз мелькнуло то, что было куда надежнее любых клятв.
— Хорошо, Сянь. Я понял тебя. Иди одевайся потеплее, чтобы ничего себе не отморозить. Господин Гэ, поможете с факелами? Лучше двумя.
— Господин Ван, я вас умоляю, остановите эту женщину! Зима на улице! Вы там оба замёрзнете!
— Проследите, чтобы наши комнаты не остыли к возвращению, — невозмутимо ответил Лун, поднимаясь из-за стола и поправляя рукав своего роскошного шелкового ханьфу. — Мы ненадолго.