Страница 12 из 34
Я взяла стакан воды с конвейера и почувствовала странный диссонанс. Обстановка, круглые столы, уют, даже эти дурацкие яркие стены — словно сошли со старых цифровых снимков начала века. Таким, наверное, представляли себе будущее люди из двухтысячных: яркое, чистое, технологичное, но непременно человечное, с местом для беседы и случайной улыбки. Они угадали с эстетикой, но не могли представить, что главным технологическим прорывом здесь станет не еда, которую разносят роботы, а корсет, позволяющий мне просто стоять и не думать о том, как я это делаю.
Я поймала себя на мысли, что смотрю на эту почти пустую, залитую солнцем столовую как на музейную диораму. Жизнь, как в старом фильме, — подумала я. Фильме, где будущее уже наступило, оказавшись одновременно и знакомым, и бесконечно чужим. Где главным сюжетом стала не война с машинами, а тихая, повседневная победа над гравитацией собственного тела. И в этой победе было что-то невероятно грустное и прекрасное, как эти одинокие, яркие пятна на белых стенах.
От моих раздумий меня перебил звонкий и такой уже родной голос.
— Эйри, я тут, давай присядем и всех обсудим! — На последнем слове она сделала акцент, чтобы все, кто услышал, обратили внимание.
Я подошла к небольшому круглому столику и с улыбкой посмотрела на подругу:
— Любишь шокировать людей?
— Конечно, это же самое веселье, и без злого умысла, — её громкий смех отразился от стен.
Фраза «без злого умысла» на наших парах встречалась всё чаще, чем можно подумать. Она как палочка которая выручает от неуместных и незаконных фраз: говоришь её — и все тебе прощают.
— Так-с, выкладывай, — копируя нашего утреннего преподавателя, я даже поправила носом воображаемые очки, — кто обидел?
— Да… не думай об этом, пройдёт, придумаю, как всегда, что-нибудь. — Вроде бы она улыбалась, но в глазах была тоска.
— А теперь серьёзно, баллы сняли? — я задумалась.
Балльная система была во всём. Оплата шла баллами, выделенными на траты и покупки — это один вид баллов сокращённо ББ. Их я никогда не считала, потому что не нуждалась, но ими можно было не опуститься в рейтинге других баллов. Баллы за учёбу, помогали закончить учебное заведение и поступить в него. Баллы помогали при устройстве на работу и на заработок других баллов — ББ. Медицина, управление транспортом, ну и биоинженерия — всё зависит от баллов. Даже очередь на новый корсет и та зависит от баллов в учёбе. В учебных заведениях можно набрать максимум двадцать два балла за учёбу. Потом переходишь на десятибалльную систему рейтинга и всю жизнь живёшь по ней.
— Да сняли, представляешь целый балл, будто я прогуляла умышленно. — Она помрачнела, ковыряясь в тарелке.
Робот подъехал к нашему столику, и я, не глядя, взяла поднос с едой, даже не выбирая.
— Вот блин, а если пойти и объяснить? Всё же последний день, может, поймут? — Поднося ко рту ложку с искусственно выведенным и модифицированным, но безупречным овощным рагу. — Давай смотреть позитивно, для выпуска нужно 15 баллов, у тебя теперь как раз столько.
— Ты думаешь, я сразу не постаралась объяснить? Я рассказала, что расписание поменяли и что это они не правы в том, что я опоздала. — Её голос звучал очень мягко и еле слышно.
— Прям так?! — Я от удивления чуть ложку не выронила. Систему никогда и не при каких обстоятельствах нельзя обвинять, за это строго наказывают.
— Да, прям так, — буркнула она. — Ещё сказала, что с их стороны несправедливо манипулировать баллами в отношении таких, как я, — все так же бурча под нос, будто оправдываясь передо мной. — Я сама всего добилась и для этого и иду в политику, чтобы следить за жизнью и устранять несправедливость.
От удивления и даже гордости за неё я не могла сказать ни слова. Сфера продолжила:
— Но мой порыв они не оценили — и списали ещё полбалла и сказали, что универ я не закончу теперь. Вот… — Она то ли злилась, то ли, из-за небольшой улыбки, гордилась.
— Да ты просто геоогонь, — я не могла перестать радоваться её протесту, хоть это и неправильно. — Значит, теперь у тебя не хватает полбалла для выпуска?
— Да, и завтра последний день пересдач, но меня не допустили. — Она скривила лицо и сделала важный вид. — Цитирую, «за неподобающие и вопиюще протестное поведение в обществе!» — Она опять погрустнела. — Так что не видать мне правительства, как и нормальной работы.
— Стоп, сейчас мы решим это. — Я на секунду задумалась. — ТЭК, позвонить абоненту «папа».
— Нет! Нет, что ты делаешь, не нужно, пожалуйста! — Она соскочила с места и замахала руками.
ТЭК: Связь установлена.
— Да, дочь, говори, только быстро, у меня собрание. — Голос был немного вздёрнут, что редко для моего безэмоционального отца.
— Пап, тут такое дело. Ты ведь хочешь, чтобы я сдала экзамен на отлично?
— Продолжай, я жду начала твоих торгов. — Его явно заинтересовало, так как голос стал заметно громче.
— Сфере несправедливо сняли полтора балла в последний день. Пересдача — только один день, это завтра, и шанс набрать полбалла… Или хотя бы невозможно целый балл. Но ей несправедливо запретили приходить и сказали, что не примут у неё пересдачу. — Я жестом старалась усадить подругу на место.
— Я не могу влиять на учебные баллы, ты же знаешь. Изменить нельзя — система неподкупна.
«Ага, конечно, я то знаю» — подумала про себя, но вслух я лишь сказала:
— Да знаю я, пап. Я не прошу подкупить кого-то.
— Эйра! — перебил возмущёно он меня.
— Пап, я не про то. Но пересдача — это её законное право, даже преступникам дают шанс, — сделав нежнее голос, — это важно для неё. Ты ведь её с детства знаешь.
Молчание было недолгим, грубый выдох.
— Но ты сегодня стараешься на экзамене на высший балл, да?
— Кто из нас ещё шантажист? — я улыбчиво прищурила глаза. — Да, пап, я буду из корсета выпрыгивать, но сдам его на отлично.
— Хорошо, отпишусь чуть позже тебе и не влипайте до выпуска больше никуда, договорились?
— Голос стал мягче: он понимал, что ему это ничего не стоит, а я теперь точно иду на экзамен.
ТЭК: Связь закончена.
Я подняла взгляд на краснеющую от стыда подругу:
— Он постарается допустить тебя завтра, натянешь полбалла? — Внутри меня всё ликовало от успеха.
— Эйри! — Она трогала свои пылающие огнём щёки. — Зачем? Мне же теперь будет стыдно ему в глаза смотреть. Я бы сама как-нибудь…
— «Как-нибудь, где-нибудь». — Передразнивала я подругу. — Они несправедливо сняли твои баллы. Так вот, теперь пусть отвечают за это.