Страница 90 из 125
Страж смотрел на чашку.
В его сером глазу что-то мелькнуло.
— Это что?
— Моя чашка. Мне её дал Лиан. Сказал, что если есть своя чашка, значит, живёшь не временно.
Мальчик сглотнул.
— Глупый наследник.
— Иногда. Но часто умный.
— У нас есть чашки.
— Я видела. На стенах.
Он резко поднял копьё.
— Ты лезла в коридор?
— Во сне. Или в видении. Не знаю, как это у вас называется.
— Воровать память запрещено.
— Я не воровала. Чашка Кая показала.
При имени “Кай” все дети за мостом зашевелились.
Страж стал совершенно неподвижным.
— Где чашка?
Ардан сделал шаг вперёд.
— У нас.
Мальчик впервые посмотрел на него.
И я увидела ненависть.
Не детскую обиду.
Наследственную, выращенную, выученную.
— Старший брат.
Ардан не оправдывался.
— Да.
— Поздно пришёл.
— Да.
— Кай ждал.
— Знаю.
— Не знаешь! — крикнул Страж.
Дети за камнями напряглись. Где-то щёлкнула тетива.
Роэн тихо приказал:
— Стоять.
Ардан не двинулся.
— Не знаю так, как он. Но видел. И пришёл.
— За ним?
— За ним. И за всеми, кто захочет выйти.
Мальчик рассмеялся.
— Выйти? Куда? К родам, которые нас отдали? К лордам, которые вспомнили, когда им стало стыдно? К матерям, которые не пришли?
Илария резко вдохнула за моей спиной.
Я почувствовала её боль, но не обернулась.
— Нет, — сказала я. — Не обязательно к ним.
— Тогда куда?
— В Дом живой крови. В Морвейн. Там будут комнаты. Еда. Лекари. Разные чашки. И право не верить сразу.
Он смотрел на меня.
— Красивые слова.
— Да. Слова всегда легче дела.
— А дело?
— Мы здесь. Без Лиана. Без стрел первым ударом. С документами, которые доказывают, что закон пепла уничтожен. С именами тех, кто должен ответить. И с готовностью уйти, если ребёнок скажет “нет”.
Ардан резко повернул голову, но промолчал.
Страж заметил.
— Ты уйдёшь, если я скажу?
Я сглотнула.
Вот она.
Проверка.
Не ловушка с мечом.
Гораздо хуже.
— От моста — да, — сказала я. — От попытки найти способ помочь — нет.
Он долго смотрел.
Потом медленно опустил копьё на палец ниже.
— Умная ложь.
— Честная правда.
— Таких не бывает.
— Бывают. Просто редко.
Молчание.
Потом из-за камня выглянула маленькая девочка лет шести. Рыжая, с огромными глазами. Она смотрела не на меня.
На чашку.
— Она правда своя? — прошептала девочка.
Страж резко сказал:
— Назад!
Девочка вздрогнула, но не спряталась.
— Она зелёная.
Я присела на корточки, чтобы быть ниже.
— Да. Хочешь посмотреть?
Страж поднял копьё.
— Не подходи к ней.
— Я не подойду.
Я взяла чашку и осторожно покатила её по снегу к середине моста.
Не близко к девочке. Не совсем ко мне.
Посередине.
— Она может подойти сама. Или нет.
Девочка смотрела на Стража.
Тот сжал зубы.
— Нельзя.
— Почему? — спросила она.
— Потому что живые дают, чтобы потом забрать.
Я ответила тихо:
— Тогда пусть чашка останется на мосту. Никто не забирает.
Девочка медленно вышла из-за камня.
Очень худая. В слишком большой куртке. На шее висел деревянный кружок с выжженным номером.
Не именем.
Номером.
У меня внутри всё похолодело.
Она подошла к чашке и тронула край пальцем.
Потом подняла.
— Тёплая, — удивилась она.
Страж прошептал:
— Мила, положи.
Имя.
Он всё-таки назвал её по имени.
Девочка — Мила — прижала чашку к груди.
— Она сказала, что разные будут.
За её спиной показались ещё дети.
Один мальчик с перевязанным глазом. Девочка постарше с обритыми волосами. Малыш, держащийся за её рукав. И ещё. И ещё.
Много.
Слишком много.
Они выходили молча, как зверьки из норы, не веря, что воздух не ударит.
Ардан стоял рядом со мной.
Я слышала, как изменилось его дыхание.
Роэн тихо выругался.
Илария закрыла рот рукой.
У некоторых детей были деревянные номера. У некоторых — серые повязки. У одного мальчика на руке я увидела следы старой печати.
Страж резко развернулся к ним.
— Назад! Все назад!
— Страж, — тихо сказала я.
Он повернулся ко мне.
Глаза злые. Испуганные.
— Не командуй мной.
— Не командую.
— Они не должны видеть!
— Что?
— Что вы можете уйти.
Голос сорвался.
Вот она.
Правда у моста.
Он не боялся, что мы нападём.
Он боялся, что дети поверят — а мы уйдём.
Я медленно поднялась.
— Мы не уйдём сразу.
Он стиснул зубы.
— Все так говорят.
— Тогда проверяй.
— Как?
— Не пускай нас внутрь. Поставь условия. Скажи, что нужно сделать, чтобы вы хотя бы выслушали.
Страж смотрел на меня как на сумасшедшую.
— Ты просишь ребёнка поставить условия лорду?
— Да.
Ардан шагнул рядом.
— Да.
Страж перевёл взгляд на него.
— И ты согласен?
Ардан посмотрел на детей за мостом.
На номера.
На серые повязки.
На Милу с зелёной чашкой.
— Да.
Мальчик дышал тяжело.
Потом сказал:
— Оружие оставить здесь.
Роэн сразу напрягся.
— Нет.
Страж вскинул подбородок.
— Тогда уходите.
Я посмотрела на Роэна.
Он посмотрел на меня так, будто хотел возразить всеми военными словами сразу.
Ардан снял меч первым.
Положил на снег.
Роэн закрыл глаза.
— Милорд…
— Условие принято.
— Это глупость.
— Возможно.
Я сняла нож Роэна с пояса и положила рядом.
— Капитан, вы всё ещё можете ругаться. Это иногда заменяет оружие.
— Не смешно, леди.
Но он снял меч.
Остальные — тоже.
Страж смотрел, не веря.
— Дальше. Лорд идёт последним.
Ардан кивнул.
— Хорошо.
— Женщина с зелёной чашкой — первой.
Роэн резко сказал:
— Нет.
Я подняла руку.
— Хорошо.
Ардан посмотрел на меня.
— Марина.
— Он ставит условия. Мы проверяем, можем ли выдержать.
Страж продолжил:
— Никого не трогать. Ни по голове, ни за плечо, ни “успокоить”.
— Принято, — сказала я.
— Если ребёнок скажет “уйди” — уходишь.
— Принято.