Страница 50 из 125
— Вот теперь мне нравится магия! — крикнул он.
Дарен, едва держась на ногах, поднял руки и ударил по второму.
— Не отвлекайтесь на восторги, капитан!
— Я многозадачен, лорд Дарен!
Серебряные фигуры начали падать одна за другой.
Селеста закричала:
— Владыка!
Дракон без сердца поднял голову.
Мать без крови. Отец без доверия. Мёртвая жена без тела. Какой жалкий круг.
Ардан сжал мою руку.
— Он бьёт по связи.
— Пусть.
— Марина…
— Нет. Слушайте меня. Он прав.
Ардан резко посмотрел на меня.
— Что?
— В части. Я мать без крови. Вы отец, который потерял доверие. Эвелина мертва. Всё правда.
Серебряный огонь вспыхнул сильнее, будто дракон радовался.
Я шагнула вперёд, не отпуская Ардана.
— Но знаете, в чём ваша ошибка? Вы думаете, правда должна разрушать. А она может связывать, если перестать от неё бегать.
Браслет Эвелины стал горячим.
Я почувствовала её рядом.
Не как голос.
Как дыхание за плечом.
— Я не рожала Лиана, — сказала я. — Но пришла на его зов.
Ардан глубоко вдохнул.
— Я не доверился Эвелине, — произнёс он. — Но доверяю Марине защитить нашего сына.
Слово “нашего” ударило по крипте золотым звоном.
Я не посмотрела на него.
Не сейчас.
Если посмотрю — собьюсь.
И тогда вдруг третий голос прозвучал между нами.
Тихий.
Женский.
Эвелина.
— Я умерла. Но моя любовь не умерла.
Браслет вспыхнул так ярко, что серебряные хранители разом закричали.
Дракон без сердца отшатнулся.
В пустой грудной клетке серебряный огонь дрогнул.
— Лиан не мост для мёртвых, — сказала я. — Он ребёнок.
— Не ключ к власти, — добавил Ардан. — Мой сын.
— Не чужая кровь, — прошептала Эвелина сквозь браслет. — Мой мальчик.
Три света соединились.
Мой — чёрно-золотой, горящий через метку.
Арданов — тёмный, мощный, драконий.
Эвелинин — мягкий, золотой, как детский браслет на руке матери.
Круг ударил в алтарь.
Камень треснул.
Селеста вскрикнула и отлетела назад.
Детское одеяло окончательно вспыхнуло и исчезло.
Где-то далеко, через связь, я услышала Лиана:
Мама?
— Мы здесь, малыш, — прошептала я.
Папа тоже?
Ардан ответил, хотя не должен был слышать.
— Тоже.
А другая мама?
Браслет на моей руке стал тёплым.
— И она, — сказала я. — Она тоже.
В ответ через связь прошла такая волна тепла, что я едва не заплакала.
Лиан не испугался.
Он принял.
Дракон без сердца взревел.
Нет!
Серебряный огонь в его грудной клетке рванулся наружу. Пол крипты пошёл трещинами. Роэн оттолкнул Дарена от падающей плиты. Один из воинов сорвался в разлом, но второй успел схватить его за руку.
— Выход обваливается! — крикнул Роэн.
Ардан посмотрел на дракона.
— Если он поднимется полностью, Башня рухнет.
— И что? — спросила я.
— Под ней старые жилы силы. Если они треснут, удар дойдёт до замка.
Лиан.
Конечно.
Всё снова к Лиану.
Селеста поднялась у стены. По лицу текла кровь, но она улыбалась.
— Поздно. Он уже проснулся.
— Зачем тебе это? — спросила я. — Власть? Место рядом с лордом? Род? Что останется, если эта тварь всё сожрёт?
Она посмотрела на меня с ненавистью.
— Ты правда не понимаешь?
— Нет.
— Я всю жизнь была рядом с силой, которая доставалась другим. Родилась не в том доме. Не с той кровью. Не с тем драконом. Лечила их детей, их раны, их проклятия. Улыбалась их жёнам. Склонялась перед их титулами. А потом появилась она.
Она ткнула пальцем в меня.
— Холодная, пустая, нелюбимая жена, которая имела всё просто потому, что родилась правильно! Истинная метка. Наследник. Место рядом с Арданом. И даже когда она всё разрушила, судьба прислала ей замену! Тебя! Почему ей — два шанса, а мне ни одного?
На миг в её голосе появилась не только злоба.
Боль.
И это было почти опасно.
Потому что боль делает чудовищ понятнее. Но не невиновнее.
— Потому что ты решила, что чужая боль оплатит твою, — сказала я. — Так это не работает.
Селеста рассмеялась.
— В твоём мире, может быть.
— В любом.
Она подняла кинжал.
— Тогда умри с этой красивой мыслью.
Она ударила себя в ладонь.
Кровь капнула на пол.
Серебряная.
Не красная.
Ардан резко выругался.
— Она связала себя с Башней.
Селеста улыбнулась.
— Теперь, если убьёте меня, дверь откроется полностью.
Дракон без сердца повернул к ней череп.
Верная служанка.
Она задрожала от восторга.
— Я не служанка.
Дракон молчал.
Селеста подняла голову.
— Я буду сердцем.
Вот тогда я поняла.
Она не хотела просто власти. Не хотела стать женой Ардана. Не хотела даже править родом.
Она хотела стать тем, чего у дракона не было.
Сердцем мёртвой силы.
— Он тебя сожрёт, — сказала я.
Селеста улыбнулась.
— Зато сначала я стану нужной.
И это было, пожалуй, самое страшное, что я слышала от неё.
Не “любимой”.
Не “великой”.
Нужной.
Сколько людей превращаются в чудовищ только потому, что однажды решили: лучше быть нужной ужасу, чем никому?
Дракон без сердца раскрыл пасть.
Серебряный огонь потянулся к Селесте.
Она раскинула руки.
— Видишь, Марина? Ты стала матерью. А я стану сердцем дракона.
— Нет, — сказал Ардан.
Он шагнул вперёд.
— Не бей! — крикнула я.
— Не буду.
Он поднял раненую руку и разрезал ладонь собственным когтем — я даже не поняла, когда ногти превратились в чёрные когти.
Кровь упала на камень.
Тёмная.
Золотая внутри.
— Я, Ардан Вейр, лорд северных драконов, вызываю право живой крови.
Роэн резко обернулся.
— Милорд, это…
— Знаю.
Дарен побледнел.
— Это может убить вас.
— Знаю.
Я схватила его за руку.
— Нет.
Он посмотрел на меня.
— Если она станет сердцем, он поднимется.
— Значит, найдём другой способ.
— Времени нет.
— Не смейте опять решать всё смертью!
Он замер.
Я сама услышала, как это прозвучало.
Не просто про него.
Про Эвелину. Про меня. Про всех женщин, которые в отчаянии отдавали себя, потому что мужчины рядом слишком поздно начинали думать.