Страница 9 из 112
Глава 3. Первый покупатель
Лампа в моей руке погасла.
Темнота накрыла кабинет сразу, без предупреждения. Не обычная темнота, в которой глаза постепенно различают стены и мебель, а плотная, холодная, почти живая. Она коснулась лица, забралась под шаль, легла на плечи.
Я слышала только собственное дыхание.
И тихое урчание Сажи у зеркала.
— Ради меня? — спросила я в темноту. — Что это значит?
Ответа не было.
Я протянула руку туда, где еще мгновение назад стояло зеркало, и коснулась ледяного стекла. Пальцы тут же обожгло холодом. Отражение исчезло, но на гладкой поверхности остались влажные следы, будто с другой стороны кто-то прижимал ладонь.
— Лиана?
Тишина.
Я не знала, чего боялась больше: что она ответит или что больше не появится.
Снизу донесся негромкий звон.
Один флакон.
Потом второй.
Потом сразу несколько.
По дому прошла волна, от которой задрожали стекла в шкафах. Зеленые линии на стенах вспыхнули вновь, и лампа в моей руке загорелась сама.
В зеркале отражалась только я.
Бледная женщина в чужой шали, с распущенными волосами, упрямо сжатым ртом и серебряным ожогом на запястье.
Я смотрела на свое новое лицо и пыталась понять, где заканчивается Лиана и начинаюсь я.
Глаза принадлежали ей. Память частично принадлежала ей. Боль, которая сжимала грудь при одном имени Рейнара, тоже была ее.
Но злость была моей.
И желание жить было моим.
— Она знала, что я приду, — тихо сказала я.
Сажа сидел у зеркала, обернув хвост вокруг лап.
— Или позвала меня.
Кот моргнул.
— Ты, конечно, многое знаешь, но разговаривать не собираешься.
Он отвернулся.
— Очень удобно.
Я подняла покрывало и снова набросила его на зеркало. Ткань легла неровно. На мгновение мне показалось, что под ней кто-то шевельнулся, но я решила не проверять.
На сегодня с меня хватало мертвых женщин, живых домов и загадок, которые никто не хотел объяснять.
Я вернулась в спальню, закрыла дверь и придвинула к ней стул.
Это выглядело глупо. Если зеркало умело показывать мертвых, стул вряд ли мог меня защитить. Но скрип ножек по полу немного успокоил.
Сажа запрыгнул на кровать и устроился у меня в ногах.
— Не думай, что я уже тебе доверяю.
Кот положил голову на лапы.
— Но если ночью что-то полезет из стены, буди.
Он закрыл глаза.
Я легла, натянула одеяло до подбородка и долго смотрела в темный потолок.
Сон не приходил.
Стоило мне закрыть глаза, как я снова видела Лиану за стеклом. Ее бледное лицо. Серебряный ожог. Слова, проступающие на холодной поверхности.
Ради тебя.
Я ничего не понимала.
Почему женщина, которая никогда меня не знала, могла умереть ради меня? Откуда она вообще знала, что в ее теле появится другая душа? Почему аптека открылась на мою кровь, если кровь принадлежала Лиане? И почему дом принял меня так, будто ждал не наследницу Морвейнов, а именно меня?
Вопросы ходили кругами, не давая дышать.
Потом внизу скрипнула половица.
Я замерла.
Еще одна.
Тихий шорох.
Сажа поднял голову.
— Слышишь?
Он спрыгнул с кровати и подошел к двери. Шерсть на его спине не поднялась, хвост оставался спокойным.
Значит, не опасность.
Или он просто был слишком самоуверенным.
Я сняла стул, открыла дверь и выглянула в коридор.
Внизу, в торговом зале, один за другим загорались огоньки. Слабые, зеленоватые. Они двигались вдоль полок, подсвечивая флаконы, банки и ящики.
Дом показывал мне что-то.
Я спустилась.
Огоньки собрались у небольшого шкафа за прилавком. Днем я пыталась открыть его, но дверцы не поддались. Теперь замок был распахнут.
Внутри лежали книги.
Не старые журналы, не счета, не долговые записи. Настоящие аптечные книги: толстые, в кожаных обложках, с металлическими уголками и знаками лекарского рода.
На верхней книге серебрилась надпись:
«Основы распознавания магических болезней».
Я взяла ее.
Обложка оказалась теплой.
Книга сама раскрылась примерно в середине. По странице поплыли слова, будто чернила только что нанесли на бумагу:
«Не всякий жар требует холода.
Не всякий сон требует пробуждения.
Не всякая боль желает быть заглушенной.
Смотри не на болезнь. Смотри на то, что она прячет».
— Очень мудро, — пробормотала я. — А теперь можно что-нибудь полезное?
Страница перевернулась сама.
На следующей был рисунок человеческой фигуры, окруженной разноцветными нитями. Красные обозначали кровь. Синие — дыхание. Золотые — магию. Серые — болезнь.
Внизу стояла приписка:
«Дар аптечного зрения открывается в минуту нужды. До той минуты не ищи его. После — не доверяй ему без проверки».
Я провела пальцем по серым линиям.
Буквы на странице дрогнули и исчезли.
Книга захлопнулась.
— Понятно. Ничего не понятно.
Сажа запрыгнул на прилавок и ткнулся лбом в мою руку.
— Это ты меня сейчас поддержал?
Он тут же отошел, показывая, что ничего подобного не делал.
Я поставила книгу на рабочий стол.
— Завтра разберемся.
Дом тихо скрипнул балками.
— Сегодня уже завтра?
В ответ где-то за окном прокричал первый петух.
Я посмотрела на серое небо за ставнями.
— Прекрасно. Значит, я совсем не спала.
К утру тело начало мстить за все сразу.
Болели ребра после корсета. Горело запястье. Голова была тяжелой, язык сухим, а желудок требовал еды с такой настойчивостью, будто в прошлой жизни я не кормила его годами.
Я сварила жидкую кашу, заварила горький чай и выпила остатки средства от отравления.
Сажа получил молоко, найденное в холодном шкафу. Откуда оно там взялось, я не спрашивала. В живом магическом доме лучше не задавать вопросов, ответы на которые могут испортить аппетит.
После завтрака я нашла чистый лист и начала составлять список.
Вода есть.
Огонь есть.
Крыша пока не падает.
Кот есть.
Деньги почти отсутствуют.
Товар неизвестного качества.
Разрешения на торговлю нет.
Долги наверняка огромные.
Враги есть.
Я посмотрела на последнюю строку и добавила:
Врагов больше одного.
Стук в дверь раздался, когда я пыталась понять, как открыть кассовый ящик.
Три быстрых удара.
Пауза.
Еще два.
Сажа поднял голову.
— Кто там?
— Это я, — донеслось с улицы.