Страница 8 из 62
его неподвижная улыбка исчезла окончательно. Он держал в руках тонкую серую папку.
— Советник Марен просил передать вам временную выписку.
Лиана взяла папку.
— Мне? Или дому Вельтов?
Распорядитель покраснел.
— Вам. Пока Палата… пока идёт уточнение статуса.
Уточнение статуса.
Как мягко можно назвать исчезновение человека.
Лиана открыла папку. Внутри лежал один лист, на котором было всего несколько строк.
Временная отметка о приостановке разрыва.
Фиксация реакции брачной метки.
Запрет на уничтожение документов до заседания полного состава.
И внизу — поле для получателя.
Там, где должно было стоять её имя, бумага оставалась пустой.
Не зачёркнутой.
Не повреждённой.
Именно пустой.
Магический лист не мог написать то, чего реестр больше не признавал.
Лиана провела пальцем по пустому месту. Бумага осталась холодной.
— Скажите мне честно, — произнесла она, не поднимая глаз. — Если я сейчас пойду в открытый
архив и попрошу дело своего брака, мне его выдадут?
Распорядитель сглотнул.
— Не знаю, леди.
— Вы знаете.
Он посмотрел на дверь зала, потом на дальний конец коридора, где стояли двое стражей
Палаты.
— В открытом архиве хранятся только регистрационные копии. Их выдают по имени, родовому
номеру или печати стороны.
— Моё имя изъято.
Он молчал.
— Родовой номер теперь принадлежит дому Вельтов?
— Вероятно.
— А печать стороны?
Распорядитель опустил взгляд на её руку.
— Брачная метка признала вас стороной. Но архивные замки могут не принять повреждённую
вязь.
Лиана закрыла папку.
— Значит, проверим.
— Леди Вельт…
В его голосе было предупреждение. Не наглое, не приказное. Почти человеческое.
Она остановилась.
— Что?
Распорядитель тихо сказал:
— Если запись действительно закрытая, в открытом архиве вы увидите только след. Не сам
документ. След доступа.
Лиана всмотрелась в его лицо.
— Почему вы мне это говорите?
Он побледнел ещё сильнее.
— Я ничего вам не говорил.
— Конечно.
— И ещё… — Он запнулся. — Не просите дело через общий стол. Там сидит госпожа Ильда. Она
сразу отправит запрос к канцлеру.
К Эйрану.
— А как просить?
Распорядитель сжал пальцы на краю рукава.
— Через боковое окно для исправления ошибок в именах. Туда идут простые люди, когда в
записи пропущена буква или перепутан род. Это ниже статуса высших леди, поэтому за ним почти
не следят.
Лиана смотрела на него несколько секунд.
— Как вас зовут?
— Нирс.
— Благодарю, Нирс.
Он вздрогнул, будто благодарность была опаснее угрозы.
— Я не помогал вам, леди.
— Разумеется.
Лиана пошла дальше по коридору.
С каждым шагом Палата раскрывалась с другой стороны. Не торжественная, не парадная, не
сияющая белым огнём. Служебные проходы были уже, темнее, с потускневшими стенами и каменными
табличками над дверями. Здесь не произносили клятв. Здесь их хранили, переписывали,
подтверждали, исправляли.
И, как оказалось, подменяли.
У бокового окна для исправления ошибок стояли трое: пожилая женщина в выцветшем плаще,
мужчина с потерянным видом и молодая девушка, прижимавшая к груди брачное свидетельство. Все
трое обернулись, когда увидели Лиану.
Её платье, осанка, шпилька с крылом Вельтов — всё выдавало высший род.
А пустое поле в выписке, которую она держала, теперь выдавало больше.
Женщина в плаще поспешно отступила.
— Проходите, леди.
Лиана хотела сказать, что будет ждать своей очереди.
Но время сегодня было не вежливостью. Время было доказательством, которое могли успеть
спрятать.
— Спасибо, — сказала она и подошла к окну.
За решётчатой перегородкой сидел старик-архивариус с длинными седыми бровями. Он не поднял
головы, продолжая выводить что-то в толстой книге.
— Имя, род, ошибка, — пробормотал он.
Лиана положила временную выписку на полку перед окном.
— Лиана Тарс. В браке — Вельт. Ошибка — изъятие имени.
Перо в руке старика остановилось.
Медленно.
Очень медленно он поднял голову.
Глаза у него были бледно-серые, почти бесцветные, но не слабые. Они пробежали по лицу
Лианы, по шпильке, по запястью, где под рукавом ещё тлела метка, и наконец остановились на
выписке.
— Это не окно для шуток, леди.
— Я не шучу.
— Изъятие имени не является ошибкой переписи.
— Если оно сделано без согласия — является.
Старик посмотрел на пустое поле получателя.
И изменился.
Незаметно для тех, кто стоял позади, но Лиана увидела. Его плечи стали чуть жёстче. Пальцы
убрали перо в сторону. Взгляд перестал быть раздражённым.
— Покажите руку.
Лиана протянула запястье.
Архивариус не касался кожи. Он поднёс к метке узкую пластину из матового стекла. На ней
вспыхнуло золото, затем алая линия, затем серый провал.
Старик выругался беззвучно.
Губы сложились в слово, которое в Палате точно не одобрили бы.
— Что вы видите? — спросила Лиана.
— То, что не должен видеть через окно исправления букв.
Он резко захлопнул книгу и поднялся.
— За мной.
— Куда?
— Если хотите ответы — в читальную ячейку. Если хотите скандал — оставайтесь здесь и
говорите громче.
Лиана забрала выписку и прошла к узкой двери сбоку от окна. Архивариус открыл её изнутри.
За дверью оказался маленький коридор, пахнущий пылью, сухими травами для сохранности бумаги
и старой магией.
Ни одного запрещённого вещества, никакого дурмана, никакой человеческой слабости,
превращённой в товар. Только пергамент, чернила, печати и страх тех, кто когда-то думал, что
бумага надежнее памяти.
Архивариус провёл Лиану в крошечную комнату без окон. В центре стоял стол, над ним висела
лампа с ровным янтарным огнём. На стенах — ящики с номерами. Не роскошные шкафы высшего
архива, а рабочие хранилища для копий.
— Садитесь, — сказал он.
— Я постою.
— Как угодно.
Он вставил пластину в прорезь стола. Камень загудел. На поверхности проявились строки.
— Полное имя до брака?
— Лиана Тарс.
— Дата брака?
Она назвала.