Страница 3 из 62
Эйран скользнул взглядом по строкам. Его лицо почти не изменилось. Только возле рта
появилась жёсткая складка.
— Это стандартная запись для жён высших родов.
— Нет.
Впервые её голос прозвучал громче.
Один из судей нахмурился.
— Леди Вельт, прошу соблюдать порядок.
Лиана даже не посмотрела на него.
— Это не стандартная запись. Жена получает родовую защиту, но сохраняет личное имя. Иначе
она не может вести независимые счета, заключать сделки до брака, наследовать от своей крови
и подавать иски без разрешения мужа.
На слове «иски» Эйран едва заметно напрягся.
Очень едва.
Но Лиана знала его слишком хорошо.
— Ты знала законы, — сказал он. — Ты сама вела наши бумаги.
— Именно поэтому я знаю, что такого пункта быть не должно.
Селина мягко вздохнула.
— Леди Лиана, возможно, вы просто забыли. В браке столько формальностей. Не каждая женщина
помнит, что подписывала ради семьи.
Лиана перевела на неё взгляд.
— Я помню каждую строку, которую подписывала ради этой семьи.
Селина опустила глаза. Со стороны это выглядело как смущение. Лиана же увидела другое:
быстрый блеск удовлетворения.
Она хотела, чтобы Лиана сорвалась.
Чтобы все увидели не обманутую жену, а злую, униженную, неудобную женщину, которая мешает
красивому новому союзу.
Нет, милая.
Этого подарка ты не получишь.
Лиана снова посмотрела на документы.
Теперь она видела больше. Не только текст. Печати.
На каждом листе стояли законные оттиски Палаты. Но под третьим пунктом, там, где говорилось
об отказе от имени, в глубине бумаги мерцала тонкая серая нить. Не золотая, как обычная
брачная вязь. Не красная, как кровная подпись. Серая.
След закрытого доступа.
Такой след оставался, когда документ меняли не через общий зал, а через внутренний архив
Палаты.
Туда имели доступ судьи, хранители и канцлер.
Канцлером был Эйран.
Лиана почувствовала, как холод поднимается от пальцев к локтю.
Не просто развод.
Не просто предательство.
Её не сегодня решили убрать. Её начали стирать три года назад.
— Подпишите, леди Вельт, — сказал чиновник. — Процедура не займёт много времени.
Он протянул ей перо.
Серебряное. Клятвенное. Его кончик светился белым огнём. Такая подпись сразу врезалась в
магический реестр, и оспорить её можно было только через высокий суд.
Эйран смотрел на неё.
В его взгляде было предупреждение.
Лиана почти услышала его голос, хотя он молчал: не делай сцену. Не унижай себя. Возьми то,
что дают. Уходи.
Сколько раз она уступала этому взгляду?
На приёмах. В спальне. В кабинете. За обеденным столом, где между ними годами лежали не
слова, а недоговорённости.
Сколько раз говорила себе: он устал, он несёт тяжёлую должность, он не умеет иначе, он
потом поймёт?
Не понял.
Или понял слишком хорошо.
Лиана взяла перо.
В зале словно разом стало легче. Кто-то расслабил плечи. Селина чуть заметно улыбнулась.
Эйран выдохнул — почти неслышно, но Лиана заметила.
Конечно.
Удобная Лиана снова всё поняла правильно.
Она опустила перо к бумаге.
И остановилась в волоске от строки.
— Нет.
Слово прозвучало негромко.
Но клятвенные цепи под потолком дрогнули.
Чиновник моргнул.
— Простите?
Лиана выпрямилась.
— Я сказала: нет.
Эйран сделал шаг к ней.
— Лиана.
Теперь в его голосе было железо.
Раньше это железо заставляло людей замолкать.
Лиана положила перо обратно на стол.
— Я не подпишу документы, которые мне подсунули без уведомления, без поверенного и с
пунктом о якобы добровольном отказе от моего имени.
Старший судья поднялся полностью.
— Леди Вельт, вы должны понимать последствия отказа.
— Я впервые за утро понимаю их очень хорошо.
— Разрыв брака инициирован лордом Вельтом, — сухо сказал представитель рода. — Ваше
сопротивление лишь затянет неизбежное.
Лиана повернулась к нему.
— Неизбежное — это смерть. Всё остальное можно оспорить.
В зале кто-то тихо ахнул.
Эйран побледнел не лицом — глазами. В них погасла прежняя уверенность и вспыхнула ярость,
глубокая, драконья. На миг воздух вокруг него дрогнул от жара.
— Осторожнее, — сказал он.
Лиана посмотрела на мужчину, которого когда-то любила.
Не на лорда. Не на канцлера. Не на дракона, перед которым склонялись семьи.
На мужа, который привёл другую женщину в Палату и решил, что она подпишет собственное
исчезновение.
— Это ты должен быть осторожнее, Эйран.
Он застыл.
Первый раз за всё утро она назвала его по имени.
И впервые это прозвучало не как близость.
Как вызов.
Селина шагнула вперёд, легко касаясь рукава Эйрана.
— Лорд Вельт, возможно, леди Лиане нужно время, — мягко сказала она. — Всё-таки ей сложно
принять, что место рядом с вами больше не принадлежит ей.
Лиана медленно повернула голову.
— Моё место рядом с ним меня сейчас волнует меньше всего.
Улыбка Селины дрогнула.
— Тогда что же?
Лиана взяла третий лист и подняла его так, чтобы видели судьи.
— Моё имя.
Белый огонь в чашах вспыхнул выше.
— Моё право подписи. Мои счета. Мои сделки. Моя часть имущества, которую кто-то три года
назад попытался переписать на род Вельтов под видом добровольного отказа.
— Довольно, — резко сказал Эйран.
— Нет, — ответила она. — Довольно было три года назад.
Он приблизился ещё на шаг. Между ними остался только чёрный стол с документами, печатями и
серебряным пером.
— Ты не понимаешь, во что вмешиваешься.
Лиана усмехнулась.
Тихо. Почти без радости.
— Правда? А мне кажется, я наконец-то начала понимать.
Судья ударил посохом о пол. По мрамору разошёлся круг света.
— Палата не место для семейной ссоры.
— Прекрасно, — сказала Лиана. — Тогда зафиксируйте не ссору, а заявление. Я требую временно
приостановить брачный разрыв до проверки закрытой записи от семнадцатого числа Ледяной Луны.
Требую предоставить мне копию первичного отказа от имени, список свидетелей, печать
исполнителя и доступ к реестру личных подписей за тот день.
Чиновник побледнел.