Страница 19 из 62
представителей финансовых домов. Тема — передача временного управления активами младшей
ветви Вельтов до завершения брачного урегулирования.
Лиана медленно встала.
— Западные склады.
Ровен взял записку.
— Быстро.
— Слишком быстро, — сказала Неста. — Приём объявили полчаса назад. Но список гостей был
подготовлен заранее.
— Кто в списке?
Неста передала второй лист.
Ровен пробежал глазами.
— Эйран Вельт. Селина Арвелл. Лорд Кассар. Представитель дома Торнель. Два финансовых
поверенных. Советник Марен приглашён как наблюдатель, но без права вмешательства. И…
Он замолчал.
Лиана уже знала.
— Меня нет.
— Вас нет, — подтвердил Ровен. — Зато есть пометка: «Лиана Вельт не приглашена ввиду
нестабильного состояния и спорного правового статуса».
Нестабильного состояния.
Вот и началось.
Лиана услышала голос Селины в Палате: «Вам сейчас нельзя принимать решения в таком
состоянии».
Мягко. Заботливо. При свидетелях.
Сейчас эти слова стали строкой в светском уведомлении.
К вечеру они станут слухом.
К утру — истиной для тех, кому выгодно.
— Они хотят передать управление складами, — сказала Лиана. — До того, как мы подадим
прошение по долгу.
— Они хотят сделать вид, что складские активы не связаны с вашим личным долгом, — поправил
Ровен. — Если управление перейдёт под временный контроль попечителей, взыскать магический
доход будет сложнее. Особенно если попечители заявят, что действуют ради стабильности рода.
— А Селина?
— Получит прекрасную возможность выглядеть спасительницей. Новая невеста, которая помогает
канцлеру удержать дом от скандала, пока бывшая жена бегает по сомнительным поверенным.
Лиана сжала синий конверт.
Бумага смялась.
— Я пойду туда.
— Вас не пустят.
— Значит, войду не как гостья.
Ровен посмотрел на неё внимательно.
И на этот раз не сказал «нет» сразу.
— Вы понимаете, что это будет публичная война?
— Она уже началась. Только пока Селина раздавала приглашения, а меня в них называли
сумасшедшей.
— Сумасшедшей вас ещё не назвали.
Неста подняла брови.
— Уже назвали.
Она положила на стол вторую записку. На этот раз без печати — тонкий листок, какие обычно
пускали по гостиным через слуг, портных, цветочниц и тех, кто торговал чужими тайнами
дешевле, чем тканью.
Ровен прочитал вслух:
— «Говорят, в Палате сегодня произошла неприятная сцена. Леди Лиана Вельт, потрясённая
решением супруга, попыталась сорвать законный разрыв и предъявила подложные записи. Бедная
леди Арвелл едва не пострадала от её вспышки».
Лиана медленно опустилась на стул.
Не потому что ослабла.
Потому что иначе могла сделать глупость.
Подложные записи.
Бедная леди Арвелл.
Вспышка.
Селина не защищалась.
Она нападала.
И делала это не огнём, не криком, не угрозами. Она выпускала слухи так аккуратно, что
каждая фраза казалась почти сочувственной.
— Кто принёс? — спросил Ровен.
— Мальчишка от цветочной лавки, — сказала Неста. — Получил монету от слуги в сером. Слуга
ушёл к Верхним террасам.
— Арвеллы, — сказал Ровен.
— Или кто-то, кто хочет, чтобы мы так подумали.
— Неста, не лишай меня простых радостей.
Лиана смотрела на листок.
Странно.
Утром, увидев Селину рядом с Эйраном, она почувствовала боль женщины, которую заменили.
Сейчас боль стала другой.
Селина пыталась не просто занять её место.
Она хотела сделать так, чтобы Лиана сама выглядела воровкой, лгуньей, безумной бывшей
женой, не способной принять поражение.
И если Лиана сейчас спрячется, слух станет сильнее её.
— Я пойду на приём, — сказала она. — И подам прошение там.
Ровен медленно положил слуховой листок на стол.
— Вы хотите превратить закрытый приём в судебное вручение?
— Да.
— Вас разорвут.
— Попробуют.
— Лиана.
Он впервые назвал её без титула и без осторожной насмешки.
Она подняла глаза.
— Если вы войдёте туда с обвинением в краже имени, обратного пути не будет. Ни для вас, ни
для Вельта. Даже если потом выяснится, что он не начинал подмену три года назад, вы публично
ударите по его должности, роду, будущему браку и власти.
На имени Эйрана внутри что-то дрогнуло.
Не слабость.
Память.
Мужчина у камина. Дождь по окнам. Подпись под распиской. Его злость, за которой когда-то
пряталось уважение. Его голос утром: «Не ходи одна». Его подтверждение три дня назад.
Лиана сжала пальцы на краю стола.
— Он публично привёл меня в Палату и предложил подписать собственное исчезновение. Обратный
путь закончился там.
Ровен несколько мгновений смотрел на неё.
Потом взял чистый лист.
— Хорошо. Тогда сделаем это правильно.
Неста уже открывала папку с формами.
— Судебное уведомление на выездное вручение?
— Нет. Первичное исковое намерение с требованием временного восстановления имени, удержания
западных складов и запрета на смену попечителей до проверки долга.
— Это три разных требования.
— Поэтому они и не успеют понять, какое гасить первым.
— Высокий суд не любит, когда его ставят перед фактом на светских приёмах.
— Высокий суд вообще мало что любит. Но если там будет советник Марен, представитель
Торнелей и финансовые дома, отказ принять заявление станет публичным.
Неста повернулась к Лиане.
— Платье.
Лиана не сразу поняла.
— Что?
— В этом платье вы пришли из Палаты. Его уже описали слуги. Если появитесь в нём, слухи
получат картинку: бедная бывшая жена весь день бегала по городу, растрёпанная и отчаянная.
Лиана посмотрела на свой тёмно-синий подол. На пыль у края. На след от каменной стены в
служебном дворе.
Да.
Селина была в белом.
Лиана — в одежде утреннего унижения.
Так нельзя.
— У меня нет доступа к дому, — сказала она.
— А к деньгам?
Лиана почти усмехнулась.
— У женщины без имени?
Неста задумалась на миг.
— У меня есть чёрное платье.
Ровен поднял глаза.
— Нет.
— Почему?
— Потому что ты на две ладони ниже.