Страница 9 из 82
— Родни нанял Мелиссу, чтобы она научила жителей Стоубриджа искусству писать захватывающие приключенческие романы, — пояснил Барни.
— Не только захватывающие приключенческие романы, — поправила она его. — Они могут писать все, что захотят. Родни поручил мне, цитирую: «помочь им улучшить базовые навыки письма и раскрыть скрытый творческий потенциал»!
«Если, конечно, у них оно есть», — весело заметил Даг.
«Кстати, как ты с ним познакомился?» — спросил Барни. «Я думал, он вращается только в кругах ученых-антикваров».
«Он с женой недавно переехал в мою деревню. Я встретил их на вечеринке».
Брови Дага исчезли под нависающими волосами. «Рэнди Роддерс на вечеринке? Уму непостижимо!»
Мелисса уставилась на него, приподняв брови.
«Если бы его звали Сидни, мы бы называли его Сиззлер, — непонятно объяснил Даг. — Мы любим приправлять наши добродушные подшучивания аллитерацией, — продолжил он, видя, что Мелисса все еще смотрит на него с недоумением, — поэтому мы называем его Рэнди Роддерс, потому что он без юмора, без секса и, скорее всего, без крови. Если бы он порезался, из раны бы сочилась минералка. Удивлен, что он женат. Какая у него жена?»
«Милая, но очень тихая», — ответила Мелисса, вспомнив коренастую женщину примерно своего возраста, аккуратно одетую в стиле двадцатилетней давности, с поразительными зелеными глазами, которые то и дело с восхищением блуждали по мужу. «Похоже, она его обожает», — добавила она.
«Как какая-то женщина может обожать Роддерса, для меня загадка», — сказал Даг. «Интересно, как бы она отреагировала, если бы знала, какая красавица его секретарша!» Его глаза светились нескрываемой похотью. «Ты уже познакомилась с нашей восхитительной Энджи?»
«Я разговаривала по телефону с девушкой с очень соблазнительным голосом».
«Это и есть Энджи!» Даг издал ржащие звуки, и его руки описали воображаемые женские формы. Краем глаза Мелисса заметила, как Барни сжал челюсти в знак неодобрения, но Даг продолжал болтать, словно не замечая, что атмосфера в комнате стала напряженной.
«Каждый полнокровный мужчина на кампусе хотел бы переспать с ней, но готов поспорить, что старик Роддерс даже не бросил похотливого взгляда на ее декольте. Должно быть, грустно быть таким хладнокровным», — размышлял он, занятый высыпанием бумаг из портфеля на и без того перегруженный стол. «Кто-нибудь должен попытаться пробудить в нем интерес к плотским удовольствиям. Думаю, я предложу это Энджи. Для нее это будет настоящим вызовом!»
Барни захлопнул крышку своего ланчбокса и начал с силой открывать и захлопывать ящики. Он схватил папку, взял кружку с кофе и направился к двери. «Ты ничего подобного не сделаешь!» — резко ответил он. «И я был бы признателен, если бы ты проявил немного больше уважения!»
«Ладно, ладно, я просто шучу!» Даг обернулся и подмигнул Мелиссе, когда дверь захлопнулась. «Он время от времени так себя ведет, — объяснил он. — Цепляется за старые викторианские ценности и все такое. Однажды его слышали, как он говорил о «святости женственности»!» Один уголок его рта приподнялся в выражении снисходительного презрения.
«Встретить такого человека — довольно приятное разнообразие», — сказала Мелисса с намеком.
«А, да, ну, наверное…» Ему не нужно было доканчивать фразу — его снисходительная ухмылка сказала все за него: «Наверное, в твоем возрасте ты ценишь такую чушь!» Вслух он легкомысленно спросил: «Я улавливаю неодобрение в твоих ярких глазах?»
«Без комментариев», — ответила она, стараясь не звучать резко.
Он пожал плечами, вынул несколько листов из папки, подошел к копировальному аппарату и включил его. Он стоял к ней спиной, наблюдая, как аппарат выбрасывает копии в лоток.
«Что вы преподаете?» — спросила она.
«Английский для иностранцев», — ответил он, не оборачиваясь.
«Это, наверное, очень приятно», — вежливо сказала она.
Он пожал плечами. «Чаще всего это чертовски раздражает».
Мелисса направилась к двери. «Пойду-ка я найду свою аудиторию».
Даг заправил в аппарат еще бумаги. «Удачи!» — сказал он.
Она добралась до аудитории C3 за десять минут до начала занятия, но почти все студенты уже были на месте. Когда она вошла, все подняли головы и молча повернули глаза в ее сторону. В их взглядах она прочитала оценку и почти осязаемую надежду на то, что она способна открыть для них дверь к осуществлению их литературных мечтаний. Это был тревожный момент.
Она глубоко вздохнула, представилась, изложила свои планы на курс и отметила присутствующих в журнале. «Итак, — сказала она с улыбкой, которая, как она надеялась, была сочувственной и ободряющей, — кто-нибудь принес сегодня что-нибудь, что хотел бы нам прочитать?» Несколько нерешительных рук поднялись, одна из них была выбрана наугад, и писательский семинар начался.
В конце сеанса, следуя указаниям Барни, Мелисса вернулась в офис со своим реестром. Родни Шерголда там не было, но за секретарским столом сидела молодая женщина в кремовой шелковой блузке, распахнутой как раз настолько, чтобы вызвать неодобрительные замечания у ханжей, а золотой кулон лежал как раз в том месте, где он мог привлечь внимание любопытного взгляда. Тициановско-рыжие волосы обрамляли идеальное овальное лицо. Когда девушка подняла глаза, Мелисса обнаружила, что смотрит на оригинал портрета Рика Лоуренса.
«Чем могу помочь?» — полуулыбка, которую молодой художник запечатлел с такой точностью, приподняла уголки рта и слегка наклонила янтарные глаза.
«Вы, случайно, не Анжелика Кароли?» — спросила Мелисса.
«Верно. Большинство людей зовут меня Энджи — кроме доктора Шерголда, конечно». В улыбке промелькнула тень озорства.
«Разве вы не учились на художественном факультете в колледже Рейвенсвуд?» Глаза Энджи расширились.
«Да, верно. Откуда вы знаете?»
«Я была на прошлогодней церемонии награждения и видела твой портрет. Теперь я понимаю, насколько он хорош».
«Спасибо». Голос был тихим и слегка хриплым, как мурлыканье молодой кошки от удовольствия. «Полагаю, ты видела выступление Рикардо с метанием ножей?» Она произнесла это имя с идеальным итальянским произношением.
«Ты слышала об этом? Должно быть, это было шоком!»
«Да, но это так типично для него. Он любит драматизм». Она протянула руку за журналом Мелиссы. «Вы, должно быть, миссис Крейг. Урок прошел хорошо? Все ученики пришли?»