Страница 19 из 82
Глава 8
Участники писательского кружка были потрясены новостью об убийстве. Сибил Блисс, единственная, кроме Мелиссы, кто действительно знал Энджи, была в слезах. Ученики Дуга, все молодые и возбудимые, обсуждали это дело между собой, переговариваясь на разных языках. Не сумев заинтересовать их какой-либо другой темой, Мелисса наконец-то смогла навести в группе некоторую дисциплину, заведя дискуссию о смертной казни, пока Даг не пришел, чтобы взять своих студентов под контроль и вернуть ситуацию в более или менее нормальное русло до конца занятия.
Когда классы расходились, Барни все еще не было видно. Помимо Дага и Мелиссы, учительская была пуста. У обоих на уме была одна и та же мысль.
«Ты же не думаешь, что его арестовали?» — спросила она.
Дуг уставился на нее. «Не говори мне, что ты думаешь, будто он убийца! Не наш святой старый дядя Барнаби?»
«Конечно, нет», — сказала она, подавляя тревожное сомнение, зародившееся в глубине ее сознания. «Он обожал Энджи. Он не тронул бы и волоса на ее голове. «Куда он мог деться?»
«Наверное, он сразу пошел домой», — сказал Даг, запихивая книги в и без того переполненный портфель. Его челюсть была сжата, движения — поспешные и нервные.
«Он, наверное, в ужасном состоянии», — сказала Мелисса. «Он живет один, не так ли? Кто-то должен быть с ним».
«Он, наверное, предпочел бы побыть в одиночестве».
«Ему, наверное, ужасно тяжело после того, как он нашел ее в таком состоянии. Ты знаешь какие-нибудь подробности?»
«Не много. Похоже, он зашел к ней в квартиру сегодня утром и нашел ее там. Он позвонил в полицию, а потом позвонил Родни, который с тех пор не перестает бормотать что-то бессвязное».
«А что он делал в квартире Энджи?»
«Наверное, пытался выяснить, почему она не появлялась в колледже с вторника. «Кстати, не хотели бы вы быть мухой на стене, когда копы допрашивали нашего любимого заведующего кафедрой?» Даг неплохо сымитировал голос детектива-сержанта Уотерса. «“И каковы были ваши отношения с покойной, доктор Шерголд? Чисто профессиональные, говорите? Вы уверены, что в этом не было ничего большего? «Что бы вы сказали, если бы я сообщил вам, что по крайней мере один свидетель…»»
«Свидетель? Какой свидетель?» — перебила его Мелисса. «И что именно вы рассказывали полиции?»
«Только то, что видел сам — горящие взгляды, похотливые взгляды. Не говорите мне, что вы их не замечали!»
«Я видела, как вы бросали несколько похотливых взглядов в сторону Энджи, но это не значит, что у вас что-то получилось», — отпарировала Мелисса, по-прежнему не желая соглашаться с Дагом, но не в силах прямо ему противоречить.
«Ах, но кто сказал, что у Роддерса не получилось?» — парировал Даг. На его пухлых чертах расцвела хитрая, сладострастная улыбка, и она почувствовала прилив отвращения. В увлеченности этого мужчины сексом было что-то, напоминающее граффити на стенах туалета; в нынешних обстоятельствах это казалось особенно отвратительным. Блеск в его глазах был открытым приглашением разделить и насладиться его похотливыми мыслями.
Она резко сменила тему. «Ты не знаешь, звонила ли Энджи, чтобы сказать, почему она не придет вчера утром?» — спросила она.
«Это вряд ли возможно». Даг засунул руки в карманы и зашевелил ногами. Его лицо стало мрачным, брови сдвинулись под спутанной копной волос. «Похоже, ее убили где-то во вторник днем или вечером».
«Ты хочешь сказать, что она лежала там мертвая с тех пор... о, как ужасно!» Тошнотворный спазм в желудке заставил Мелиссу прижать руку ко рту. Даг поспешно распахнул окно.
«Давай выйдем на свежий воздух. Нельзя же, чтобы ты тут упала в обморок».
«Не волнуйся, через минуту мне станет лучше». Она начала делать глубокие вдохи и шумно выдыхать воздух ртом, благодарная за уроки йоги, которые Айрис время от времени настаивала давать ей.
«Теперь все в порядке?» — спросил Даг, когда она пришла в себя.
«Да, спасибо. Почему полиция рассказала тебе все это?»
«Они не рассказывали, не в таких подробностях, но этот парень Уотерс все время твердил о моих передвижениях после того, как я ушел отсюда во вторник, так что я сложил два и два». Он начал бродить по комнате, перебирая папки с документами и расставляя книги на полках. «У меня есть некое алиби. Я пошел на пробежку, потом в спортцентр принять душ и в бар выпить. Меня видели многие, но, конечно, были пробелы, и, похоже, у меня было достаточно времени, чтобы пробраться к Энджи, совершить преступление и снова появиться».
«Где живет Энджи?»
«У нее однокомнатная квартира в Транмир-Гарденс».
«Ты когда-нибудь там был?»
«Нет, черт возьми, не был!» — резко ответил Даг. «Ты не лучше Уотерса... это был его трюк. «Где вы бегаете, мистер Уилсон? В парке? Как вы добираетесь до парка? По Миллерс-роуд? Она пересекается с Транмир-Гарденс, не так ли? Ты уверен, что не сворачивал туда, к дому номер двадцать два, время от времени? Например, по вторникам днем?» Его дыхание стало тяжелым, а лицо покраснело; он тыкал кулаками в воздух в приступе ярости и обиды.
«Мне сейчас жаль Барни. Он обожал эту девочку», — сказала Мелисса, надеясь, что смена темы успокоит его. Как оказалось, эффект был катастрофическим.
«Да, его маленькая девственная лилия!» — презрительно усмехнулся Даг. «Ну, я полагаю, что он скоро узнает, насколько он ошибался в своих суждениях... если он еще не раскусил ее».
Рука схватила его за плечо, развернула и повалила на землю ударом по лицу. Барни вошел незаметно и, очевидно, подслушал конец разговора. Мелисса была потрясена его внешним видом. Неухоженные клоки волос торчали вокруг лица, которое казалось впавшим вокруг черепа, а глаза его горели.
«Ты, молодой олух с грязными мыслями!» — задыхаясь, прохрипел он, голос его дрожал и был едва узнаваем. «Как ты смеешь так о ней говорить!»
«Прости», — пробормотал Даг, потирая челюсть. Вся его бравада испарилась, и он молча собрал остальные книги и вышел, избегая взгляда.
Барни пересек комнату, опустился в кресло, раскинув руки на столе, и склонил голову. На мгновение воцарилась тишина; затем, сначала тихо, но нарастая, как прилив, взбудораженный ветром, горе и потрясение вырвались из него волнами сухих, рыдающих рыданий.