Страница 68 из 84
— Ну всё, мальчишка, в себя пришёл.
Я выпрыгнула первой.
— Кирилл!
— Тихо, тихо. — Сквозь зубы процедил Романов, прижимая ладонь к толстой повязке. — Твою мать, где мы?
— В морге! — Выдала я отчаянное.
И Кирилл побледнел.
Борисов юркнув мимо нас, вышел из кабинета, тяжело вздохнув и пожелав хорошего выздоровления.
Но ему на смену пришёл Костя.
А когда он оказался в кабинете, мне показалось, что всё пространство стянулось.
— И что это такое? — Произнёс он холодно и равнодушно.
— Всё в порядке. Как видишь, сами справились. — Стиснув зубы, запрокинул голову Кирилл.
— Что по поводу отца Гамлета? — Произнёс равнодушно Константин.
Кирилл дёрнул подбородком.
— Всё хорошо.
— А, твою мать, рассечённые рёбра — это тоже входит в твоё «хорошо», Кирилл?
— Зло произнёс Константин, не желая разыгрывать партию холодного надзирателя и проявляя чуть больше чувств.
В этот момент вышел мой отец и хлопнув себя по карманам, склонил голову к плечу.
— Ночь добрая, господин Новгородцев.
— Добрая. — Костя выбросил руку вперёд.
Я отвела глаза, потому что не знала, как отец отреагирует.
В следующий момент хлопок раздался у меня за спиной. Я искоса посмотрела на то, как отец смачно пожал руку Константину.
84.
Яна.
Кирилла можно было понять. Он сейчас ощетинился и выглядел злым котом. Особенно в моменте, когда Константин, приблизившись, опустился в кресло и сложил пальцы домиком.
— Ну и что ты мне можешь рассказать? Как такое событие могло обернуться ножевым?
— Ничего я тебе не могу сказать. — Буркнул Кир и ещё раз потрогал свою повязку.
— Всё. Хорош сидеть. Досиделись. Собираемся и едем.
Но Константин качнул головой.
Отец прижал меня к себе и в этот момент я тихо произнесла:
— Там молодой человек что-то по-армянски в последний момент сказал.
Кирилл бросил на меня испепеляющий взгляд, в котором смешалась ярость, раздражение и молчаливый укор: «ну вот кто тебя просил языком трепать.»
Костя перевёл взгляд на Кирилла и цокнул языком, намекая на то, что давай, мальчик, колися.
Только Кирилл колоться не собирался.
— Я твоё поручение выполнил. — Сказал коротко Кирилл. — И всё на этом. А то, что было позже, тебя не волнует и не касается.
— Знаешь, меня как-то немного волнует судьба близкого мне человека, когда мне звонят и говорят: «я твоего сына в морг отправил». Так что давай ты сейчас гордость свою в жопу засунешь, пока я отцу не позвонил. Или скажи спасибо, что матери ничего не сказал, а просто сорвался под предлогом того, что ай-яй-яй, у меня груз просрали.
Отец сильнее прижал меня к себе, намекая на то, что ему не нравятся такие разговоры. Я глубоко вздохнула. Кирилл дёрнул подбородком.
— Ты больше от меня никакой информации не получишь.
— Я просто хочу узнать, что дальше было после нескольких брошенных слов тебе на армянском.
— Выбитые зубы об раковину в туалете. Нож. Удар. И ещё двое с переломанными носами.
— Молодец, мальчик. Отстаивать свою позицию ты научился. А что он тебе по-армянски сказал?
Костя вскинул подбородок и во взгляде метнулось что-то похожее на то, что он и так всё прекрасно знает, но ему нужно, чтобы Кирилл это произнёс.
А Кирилл, стиснув челюсти, мотнул головой.
— Ты ничего больше от меня не добьёшься.
Константин перевел на меня взгляд, улыбнулся мягко и по-отечески.
— Яна Эдвардовна, вы бы шли в машину. А мы сейчас нашего бойца принесём.
Отец шагнул в сторону, таща меня за собой. Я запуталась в платье и чуть было не споткнулась.
А когда мы с папой оказались в коридоре, он тихо произнёс:
— Тебе это слышать не нужно.
— Ну что? Что там произошло? — Задрожали мои губы.
Отец пожал плечами.
— Я подозреваю, звучала какая-нибудь дебильная фраза о том, что Кириллу высказали либо комплимент, либо претензию по поводу его спутницы. Потому что так арканиться мальчишка будет только в присутствии тебя.
В следующий момент отец слегка дотронулся кончиками пальцев до дверного косяка и я услышала короткий недовольный голос Кирилла.
— ...по чём эскорт сегодня...
Костя хлопнул в ладони и отец щёлкнул пальцами.
— Ну вот видишь. Так что отстаивали твою честь, как в былые времена, в девяностых — на ножах. Пойдём в машину.
Я залезла к отцу в тачку и посмотрела, как Костя вместе с Кириллом вышли и прошли к тонированному внедорожнику Константина. Отец остановился с Костей поговорить. Они о чём-то перекинулись несколькими словами и потом, развернувшись, папа вернулся ко мне.
— И что теперь?
— Ничего. — Пожал он плечами, заводя тачку и выруливая в сторону выезда со двора.
— А что там дальше? Куда Костя его повез?
— Костя его повез в частный медцентр. Примерно такой же, как у меня здесь. Только там действительно могут всё проверить и без лишних вопросов. К сожалению, я с такими людьми не особо близко общаюсь. По мне всё-таки госструктуры лучше.
Я перетянула плечами.
Мобильник в руке уже нагрелся.
— А вообще, — папа посмотрел на меня. — Я тебе могу, так сказать: на свадьбу сходили — молодцы. Дела сделали — тоже неплохо. Ну, а то что не бывает никакой свадьбы без драки — так это не нами уже было сказано.
— Ты слишком спокоен.
— А что ты мне предлагаешь делать? Головой биться об стену из-за того, что мальчишка темпераментный и умеет постоять не только за себя, но и за тебя?
Я пожала плечами, не зная, что ответить на такую реплику.
— Он тебе не нравится?
— Мне никто не нравится, Яна.
Мы ехали с отцом молча до загородного дома.
И когда мы свернули на нашу улицу, я тихо спросила:
— А мама?
— А мама дома. — Ответил отец таким непререкаемым тоном, что дал понять: и если ты ещё раз хоть что-нибудь спросишь, то мне будет глубоко фиолетово, моя ты дочь или как.
Мы зашли в дом. Я тихо поднялась в свою спальню, чтобы не разбудить Тимофея даже не включала свет. Переоделась быстро и юркнула к сыну под одеяло.
На сердце всё равно было неспокойно. Я не знала, что там у Романова и как вообще вся эта история завершится. Однако не на такую вылазку я рассчитывала. Да я вообще не поняла, на какую вылазку я рассчитывала. Это было действие продиктованное только тем, что мне хотелось доказать бывшему мужу о том, что я нормальная и со мной можно быть не только из-за того, что ему хотели насолить.
Но, к сожалению, я как-то сама себя этим поступком не убедила.
Рано утром отец забрал Тимофея и они куда-то намылились, сели в машину. Я стояла, пила кофе на кухне, думая о том, что всё неоднозначно и не бывает только чёрного и белого в нашей жизни. И отец был тому ярким доказательством.
— Куда это они? — Спросила я, когда Васька спустилась на кухню.
— Куда, куда? — Тихо произнесла младшая, садясь за стол и подтягивая к себе мой недоеденный йогурт. — Вчера весь вечер обсуждали рыбалку. Вот сегодня, видимо, поехали.
Я глубоко вздохнула.
— Ну, а ты как съездила?
— Лучше не спрашивай. — Честно призналась и посмотрела на мобильник, прикидывая, можно ли маме уже позвонить или ещё спит.