Страница 42 из 84
— Адрес скинули. Телефон скинули.
Только телефон молчал.
— Так, ну отлично, поедем, значит, на завод. — Произнёс тяжело Эдвард и тряхнул головой.
Завод был в пригороде, в сорока километрах от города. Я рассматривала выезд, пытаясь понять, куда же увезли Янку. Думала, что, может быть, меня озарит хоть чем-то.
На проходной нас не желали впускать. Но всё-таки поглядев на каменное лицо моего мужа и на его документы, нас провели по территории завода и ввели в административное здание: высокое, на несколько этажей. Очень современная девушка, которая сидела в приёмной, тут же сориентировала и отправила нас подниматься в кабинет владельца.
Только там нас ждало разочарование. Молодая секретарша с оленьими глазами хлопала ресницами так часто, что у меня кружилась голова.
— Простите, конечно, но шефа нет, и в ближайшее время он не появится.
— Почему? — Только и уточнил Эдвард.
— Он уехал заключать сделку с Москвой. По телефону, наверное, можете связаться.
Только не уверена, что он ответит. Вероятнее всего, телефон для личной связи у него отключён. Но я могу вам дать номер его рабочего.
— Давай. — Мягко согласился Эдвард, буравя девчонку взглядом.
А я понимала, что она ни в чем не виновата, но сейчас ничего не могла поделать с энергетикой, которая исходила от моего мужа. А от него за версту разило тем, что не приспоняйся — убьёт.
Мы двинулись в обратную сторону, и Эдвард зло поджал губы.
— И здесь недоступен. Ну ничего, будем дозваниваться
звонили мы весь оставшийся день. Волонтёры присылали списки участников и требовали приметы, фотографии. Всем этим занималась Васька с Лёней.
И к концу дня мы все были похожи на плохо упокоенных зомби. В то время как Васька с Леонидом свалились, мы с Эдвардом продолжали нарезать круги по квартире. Звонили родители, и стараться обтекаемо объяснить ситуацию было хуже, чем если бы они всё без прикрас слышали из наших уст.
Эдвард сидел на кухне, растирал виски. Дерьмово было невыносимо. Эта ночь длилась, длилась и не собиралась заканчиваться. Слёзы все были выплаканы, и просто состояние тотальной беспомощности расползалось по груди. Мне очень сильно хотелось, чтобы в такие моменты между мной и бывшим мужем не стояло его предательство и его желание уйти из семьи. Мне очень хотелось быть рядом, но сейчас, к сожалению, рядом я могла быть только со своими детьми.
В районе девяти утра, когда Эдвард задремал на диване, раздалась вибрация от его мобильника. Бывший муж тут же резко подорвался и схватил трубку.
— Что? Да, да, Романов младший. Даже так? — Эдвард говорил мягко, спокойно, отчасти равнодушно. — Нет, мне хватит и двух машин в эскорте. Да, конечно. Да, правоохранительные. Отлично. Я выезжаю.
54.
Яна.
У меня задрожали губы, как это было в моём детстве, когда что-то не получалось, а потом появлялся папа.
Я помнила, как меня в классе шестом начали задирать за кудрявые волосы, за то, что вечно самый большой, пышный хвост получался. Один мальчишка сорвал у меня рюкзак и пинал его по всей раздевалке. Папа приехал на следующий день серьёзный, неулыбчивый. Он не разговаривал с мальчиком. Он разговаривал с классным руководителем и с директором. Я сидела в приёмной и только слышала размеренный голос отца.
— А мне не важно, что вы не доглядели. Мне важно, чтобы мой ребёнок находится в опасности. А школа, на время которой безопасность ложится на её плечи, бездействует. Если вы считаете, что отсутствие профилактической беседы и поводов для того, чтобы пригласить родителей молодого человека отсутствуют, то это очень плохо. Так никакое поколение не вырастет.
Я помнила, как перешёптывались учителя и как потом мальчишка подошёл ко мне извиняться. Я извинений не приняла, но сам момент, что мне не сказали: “со всеми так бывает. Надо просто быть построже, надо быть более активной и тогда тебя не будут задирать”, грел сердечко.
Нет, папа приехал.
И вот сейчас я была не в шестом классе, и папа приехал.
— Папа приехал? Какой у вас, однако, импозантный отец. — Медленно произнесла Илая, изменившимся голосом.
В нем появились достаточно выверенные и точные ноты.
— Спасибо. — Облизала губы и взгляд заметался.
— Никогда бы не подумала, что человек с такой энергетикой может разрушить свой брак. Впрочем, мы сейчас не о браке вашей матери говорим. Папа за вами приехал.
Она все прекрасно поняла.
И мне казалось, её расслабленный, мягкий образ, танцы на веранде — это всего лишь момент того, что она счастлива. А сейчас она была собрана.
— Да, папа за мной, за Тимом приехал.
— Не хочет, чтобы вы погостили?
Я посмотрела прямо в глаза Илае и она тяжело вздохнув, покачала головой.
— Господи, что вытворил Кирилл?
Мне показался этот вопрос риторическим. Поэтому я не видела смысла на него отвечать. Только судорожно вздохнула так, что грудь конвульсивно дёрнулась.
— Яна. — Ниже голос, строже. — Может быть, вы все-таки объясните, что произошло?
Я хлопнула глазами, и Илая направив палец в сторону террасы, покачала головой.
— Так за дочерью не приезжают. Так приезжают, когда есть претензия и когда эту претензию надо разрешить. Я не первый год на этой земле, для того, чтобы не понять, как проходят переговоры, как проходят диалоги, как проходят дружеские беседы. Что натворил Кирилл?
Я не стала ничего говорить. Сделала шаг в сторону.
— Я пойду, чтоб папа не волновался. Хорошо?
Я шагнула к столику и подхватила Тима на руки.
— Яна, поверьте, лучше сейчас мы это с вами тихонько утрясём, чем будет не очень приятная встреча.
— Все будет хорошо.
Илая посмотрела на меня цепким, холодным взглядом и я поняла, что муж и жена —одна сатана.
Так смотрел Константин и логично, что у Илаи тоже на многие вещи был подобный ВЗГЛЯД.
Я глубоко вздохнула. Тим потянул меня за волосы
— Мам, мам, мы все?
— Да. За нами дедуля приехал.
— Деда! — Восторженно выдохнул Тимофей и схватил меня ладошками за щеки. – Я скучал по деду. Если мы будем себя хорошо вести, деда отвезёт нас в батутный парк? Мам, как ты думаешь?
Я думала, что деда отвезёт нас куда угодно. Особенно после того, что случилось.
Я быстро перебирала ногами, спеша по коридору. Домоправительница нахмурилась и словно бы ожидая от меня какого-то ответа, двинулась следом. Но я никому ничего не говорила.
Тяжёлая дверь сразу не поддалась. Я дёрнула её со всей силы, и чуть было не отлетела к стене. А потом оказалась на пороге. Спустилась на террасную площадку и замерла.
— Константин Борисович, я правильно понимаю? — Тяжело выдохнул папа, сосредоточив свой взгляд исключительно на отчиме Кирилла.
— Правильно. — Спокойно, немного даже равнодушно и лениво ответил Костя и склонил голову плечо. — У вас очень выдающаяся фамилия. Мне доводилось слышать про вашего деда. Говорят он специалист от Бога.
— Все верно говорят. — Спокойно ответил отец, расправляя плечи пошире. — А про меня тоже знаете, что говорят?
— Знаю. — Спокойно улыбнулся Константин.
Я не выдержав, побежала к папе. Перегородила их контакт взглядов и уткнулась отцу в грудь. Обхватила его свободной рукой. И мне показалось, что у него сердце пропустило удар. Ладонь резко взметнулась, прижимая меня кнему покрепче.