Страница 50 из 68
Я сел на ближайший стул. Тот сломался с жалобным треском.
— Да чтоб тебя! Здесь хоть что-то не ломается от прикосновений?
Друзья заливались хохотом. Я не стал вставать — остался распластанным на полу. Начинаю привыкать.
— Кхм, — Исаак пытался успокоиться. — Что ты хотел?
— Угомонитесь!
Хоть и не сразу, они утихли. Я облокотился на локоть.
— Куда дальше?
— В Вранск. Чего тянуть? Деньги есть. За месяц приедем, а там как раз инаугурация дяди.
— И что ты ему скажешь? Здравствуй, дядя, это я, твой мёртвый племянник? А это моя банда?
— Что-то вроде того. — Исаак улыбнулся.
— Ты ненормальный.
— Я скоморох. Это другое.
Он закинул руки за голову и уставился в потолок. Никаких планов. Один энтузиазм. А вопросов — тьма.
— Нельзя же так. Ты даже не знаешь, чем докажешь невиновность.
Исаак молчал.
— Мы артисты, сымпровизируем! — подал голос Макс.
— Кто тут артист? Переломанные клоуны.
— Ой, какая бука, — надула губы Ульяна.
— Смерть в бою, — тихо пробурчал я, глядя в стену. — Лучше, чем в канаве.
Исаак подошёл.
— Смерть неизбежна. Главное, чтобы она не наступила слишком рано.
Он посмотрел на меня и вышел на улицу. Оставляя с вопросом на губах.
— М-да, весело тут у вас, — прогундела Ульяна.
Макс улыбнулся ей волчьей улыбкой.
— Лучше так, чем... — он осёкся. — Хочешь, сделаю тебе макияж?
— Что?
— В труппе мы постоянно красились. Правда. Будет очень красиво. Могу и тебе, Фил!
— Иди ты. У меня дела поважнее.
Со скрипом встал. Где там мой арбалет? Давно не чистил. Запылился.
POV Максимилиан
Я был так рад. Не просто девочка — новый друг. Не такой страшный, как Фил. Проводит со мной время. Она мне теперь как сестрёнка. Я никогда не думал, что у меня может быть сестрёнка. Это приятно.
Побежал к кровати, нагнулся, нащупал ящичек с реквизитом. Косметика. Чуть не споткнулся о мячик. Запрыгнул на сундук и раскрыл коробочку.
Ульяна смотрела с недоумением.
— Ты серьёзно?
— Доверься артисту.
Она тронула сломанный нос, заклеенный пластырем.
— Макияж? На это?
Она подалась вперёд. Я начал — быстрые мазки, кисточка сменяет цвет. Руки помнят. Закончив, подал зеркальце.
— Ну как?
— Так необычно. — Она провела пальцем по синей линии на щеке.
— Я хотел отразить тебя. Твою силу. Синие резкие линии, как молнии, на белоснежном лице, невинном, как ты.
Я протянул руки. И она обняла меня — сама. Я даже не мечтал.
— Спасибо.
— Это сила. Я и не знала, что во мне она есть. Она так возбуждает.
Я был рад за неё. Сила, что не отбирает твоё «я». Завидно. Моя сила принесла мне только страдания.
— А твоя сила? Как ты управляешь ей?
Я тяжело вздохнул.
— Это... часть меня.
Дверь открылась. Исаак зашёл — стремительно, не глядя.
— Я решил.
Он кинул кошель мне в руки. Ульяне — второй.
— Купите лошадей. Лучших. Макс знает где.
И ушёл в комнату.
Ульяна посмотрела на меня.
— Ты правда знаешь?
Я сглотнул.
— Зачем покупать? — Я оглядел всех. — Я знаю, где украсть. Так, чтобы никто не увидел. Теперь, когда нас много...
Исаак замер на пороге. Медленно повернулся. В его глазах не было улыбки.
— Запомни, зверёныш. — Фил чеканил слова, и был слышен звон арбалетных пластин. — Мы не воруем.
— Я... простите. — Я опустил голову. Дурак. Пора забыть о старых методах. Теперь я не один. Теперь я должен приносить пользу.
Холод в глазах Исаака растаял. Он кивнул.
— Брось. — Улыбнулся. — Главное, чтобы ты сам понимал.
Ульяна сжала мою руку. Она со мной. Она понимает. Она тоже когда-то выживала — и тоже училась жить иначе.
Вышел Филипп. Закинул оружие за спину.
— Детвора, понятно, чем займётся. А у нас какие планы?
— Ох, друг. Планы такие, что сам царь обзавидовался. Мы отправимся к магистрам.
— Спятил? Хочешь привлечь Инквизицию?
— Я устал прятаться. Мне нужно войско. Поддержка. Они мои вассалы.
— Не твои. Твоего отца. А теперь — дяди.
— За мной правда. Не бумаги с печатями. А правда о том, как умер мой отец. Она сильнее любых обязательств.
— Ты говоришь как дурак.
— Ха-ха. — Исаак лишь рассмеялся.
— Чёртов балагур. — Филипп развёл руками. — Хорошо. Я с тобой. Но я не верю в силу этой твоей правды.
— А ты не верь. — Исаак положил руку ему на плечо. — Главное, я верю.
POV Максимилиан
Я всё ещё стоял, сжимая руку Ульяны, боясь, что она исчезнет. Я не понимал ни про магистров, ни про вассалов. Мне было плевать.
Я с семьёй. Остальное — не важно.