Страница 42 из 68
Филипп обомлел.
— Ну, раз для него — почту за честь.
Они ушли. Мы ждали. Ожидание того стоило.
Филипп никогда не пылал так ярко. Красное пальто с золотой цепью, соединявшей его концы. Белый кафтан с алыми полосами и золотыми пуговицами. Белые кожаные перчатки. Сапоги из алой кожи с золотыми узорами. Брюки идеально сидели на мускулистых ногах. Даже грива перестала быть растрёпанной, отливая оранжевым.
Филипп стоял перед зеркалом, не смея дышать.
— Это... великолепно, — выдохнул он.
— Можно я следующий? — Максимилиан поднял руку к потолку, как ребёнок.
— Конечно. У меня есть для вас отличная форма.
Они скрылись. Я хлопнул Филиппа по плечу. Он даже не вздрогнул.
— Ну что, доволен?
— Знаешь, а я и забыл, что так красив.
— Ты ещё совсем молодой. Просто запустил себя.
Он перевёл на меня взгляд. Его глаза — когда не хмурятся — оказались цвета янтаря.
— Спасибо тебе, друг. Я вновь не пожалел, что пошёл за тобой.
Я хотел ответить, но тут вышел Максимилиан.
— Друзья, смотрите!
Он красовался в чёрном пиджаке с белым воротником и алой розой на груди. Белоснежный жилет, застёгнутый на множество чёрных пуговиц.
— Ты блистателен! — захлопал я.
— Да, дружок, тебе идёт, — неожиданно произнёс Филипп.
— Признаюсь, этот костюм я готовил для особого человека, что должен был стать нашим дорогим князем. Но судьба распорядилась иначе, — грустно произнёс Георгий.
Я ничего не ответил. Просто улыбнулся.
Мы вышли поздним вечером. Сотрудники желали удачи. Старик привёл в порядок волосы ребят. Я кутался в новое пальто — наконец по размеру. Чёрное, сливающееся с ночью, с белоснежными линиями покроя. Кожаные перчатки грели пальцы. Я заправил за ухо прядь волос — они всё норовили попасть в глаза.
Тепло. Уютно. И я знал: сегодня мы проведём ночь не в кибитке. Это наша ночь. Мы должны провести её по высшему разряду.
— Ну что, домой? — устало спросил Филипп.
Я посмотрел на него. На Максимилиана, чьи глаза всё ещё блестели. На три кошеля в наших карманах.
— А не хотите ли сходить в бордель?
Филипп поперхнулся воздухом. Максимилиан залился краской до корней волос.
— Ты... ты с ума сошёл? — прохрипел Филипп.
— Я шучу, — я улыбнулся. — Или нет.
И зашагал вперёд.