Клятва двумя клинками

Работа пошла почти ритмично. Наруто превращал мусор в металл, который уже можно было уважать. Дети сортировали, носили, складывали готовое на отдельный стол. Леви проверял, иногда возвращал, иногда кивал: годится.

— Ты можешь сделать что-то длиннее? — спросил Наруто, беря узкий клинок и прут. — Чтобы и резать, и колоть, и подальше доставать?

— Это называется копьё, — заметил Леви. — Но к нему нужна рука, которая не дрожит. У нас с этим не очень.

— Значит, сделаем копьё и найдём руку, — пожал плечами Наруто. — У нас тут один мелкий всё равно вечно лезет не туда.

— Я слышу! — обиженно крикнул тот из угла. — Я ещё вырасту и буду выше твоего копья.

— Когда вырастешь, сделаю тебе длиннее, — пообещал Наруто.

Через пару часов мастерская изменилась.

Мусор в ней остался, но в центре появился порядок: кучка коротких ножей, несколько длиннее, несколько грубых пластин для щитов, горсть острых наконечников. Воздух всё ещё пах маслом и ржавчиной, но теперь в нём чувствовалось и другое — упрямство.

Леви подошёл к столу, взял один из длинных клинков и коротко рубанул им по толстой доске верстака.

Доска раскололась.

Клинок только чуть дрогнул в руке.

— Пойдёт, — сказал Леви, возвращая его Наруто. — Если ты так же научишься точить головы, как железо, нам придётся расширяться.

Сказано это было спокойно, но серьёзно.

Наруто вытер лоб рукавом.

— А ты быстро перешёл от ножа к захвату мира, — сказал он.

— Мир меня не интересует, — пожал плечами Леви. — Меня интересует, чтобы мои не дохли. Всё остальное — побочный эффект.

Это прозвучало тяжело и просто.

— Тогда это правильный побочный эффект, — ответил Наруто. — Пока у нас есть что держать в руках, нас сложнее выбрасывать.

Он сказал это почти весело, но в голосе всё равно прозвучало знание.

— Смотри, какой сделали, — девчонка с косичками подбежала к ним, держа в руках короткий нож. — Он мне по руке подходит!

— Не “какой сделали”, а “какой сделали мне”, — прищурился Наруто. — Уважай труд.

— Как будто он сам не знает, кому подходит, — фыркнула она и ловко спрятала нож за пояс. — Всё. Теперь ко мне никто не полезет.

— Если полезет, сначала спроси, потом режь, — сказал Леви. — Мы же не звери. У нас порядок.

Сзади кто-то тихо хмыкнул.

— Ты видел нашего красного друга? У нас с этим не очень.

— Наш красный друг сейчас точит железо, а не зубы, — отрезал Леви. — Пользуйся моментом.

Когда куча готового оружия стала уже внушительной, Леви поднял руку.

— Всё. На сегодня хватит. Остальное не убежит. Нам это ещё донести и не растерять по дороге.

— Я могу ещё, — сразу сказал Наруто, выпрямляясь. Но руки у него уже дрожали, а спина ныла.

— Руки нужны и завтра, — спокойно ответил Леви. — Ты не печь. Собираемся.

После этого мастерская снова ожила, но уже по-другому. Дети начали быстро связывать клинки, подбирать ремни, делать простые ножны. Кто-то уже примерял оружие у бедра, кто-то размахивал им в воздухе. Один мальчишка слишком широко замахнулся, но взгляд Леви вернул железку обратно быстрее любого окрика.

— Это пойдёт мне, — сказал Наруто, потянувшись к самому первому клинку. — Я его первым вытащил.

— Этот — мне, — спокойно ответил Леви и забрал нож. — Первый идёт тому, кто отвечает за остальных.

— Ты хитрый, — нахмурился Наруто, но всё равно улыбнулся. — Ладно. Завтра сделаю себе лучше.

— Вот и хорошо. Будет стимул.

Из мастерской они вышли уже иначе. Не просто оборванцами с мешками, а группой, у которой на плечах звенело новое железо. На поясах торчали рукояти, старшие несли связки клинков, и этот звон звучал уже не как мусор.

Наруто шёл в середине, рядом с теми, кто нёс его работу. Слушал этот тихий звон и явно получал от него удовольствие.

— Если нас сейчас кто-нибудь встретит, — заметил шмыгающий носом мальчишка, — он решит, что мы какие-то важные.

— Если нас кто-нибудь встретит, — поправил его Леви, — он решит, что лучше пойти другой дорогой. И это будет умный человек.

— Главное, чтобы им не оказались мы сами, — добавил Наруто.

— Когда ты сам себе попадаешься, всегда хуже всего, — сухо сказал Леви. — Поэтому иди ровно.

Когда в логове новое оружие разложили у стены, воздух и правда изменился.

Там, где раньше валялись тусклые железки, теперь лежали ровные клинки. Свет от очага ложился на них мягкими бликами.

Один из детей по привычке потянулся пальцем к кромке и сразу зашипел — порезался.

— Учись смотреть глазами, а не руками, — сказал Леви, перевязывая ему палец. — У нас теперь остро.

— Это хорошо, — вмешался Наруто, плюхаясь у очага. — Острый нож — как острый ум. Главное, куда его суёшь.

— Твоему уму мы ещё не нашли ножны, — заметил Леви, присаживаясь рядом и протягивая ему кусок хлеба с чем-то сверху. — Но с железом у тебя получается.

— Ты сейчас меня похвалил или нет? — прищурился Наруто, принимая еду. — Я хочу это запомнить.

— Запиши в голове, если там осталось место, — ответил Леви. — Ты сделал хорошо. Не привыкай.

Они ели молча, глядя в огонь.

Вокруг дети шептались, обсуждая, кому какой нож достанется и кто теперь стал страшнее. Девчонка с косичками время от времени всё ещё косилась на Наруто так, будто ждала, что у него прямо из спины вырастет печь.

Наруто откинулся к стене. Усталость наконец догнала его и устроилась рядом. Пальцы сами собой нашли под курткой ленту с Листом и сжали её.

Металл у стены тихо поблёскивал. На отдельном гвозде висел новый клинок Леви. На лезвии ещё оставалась тонкая тёмная полоска после проверки.

— Видишь, — сказал Леви, кивнув в сторону стены. — Теперь у нас оружие с двумя подписями. Твоей и моей.

— Это как художник и рамка, — усмехнулся Наруто. — Я — картинка, ты — оформление.

— Ты — картинка, которая слишком много говорит, — поправил Леви. — Но да.

Огонь потрескивал, отражаясь в свежей стали. В логове всё было тем же: те же одеяла, тот же дым, те же голоса. Но под этим теперь лежал ещё один звук — тихий звон нового железа.

И у очага сидели двое.

Уже не просто вожак и чужак, а плечом к плечу. Один с хлебом, другой с лентой под курткой. А между ними, в свете углей и ещё не остывшей стали, медленно складывалось нечто большее, чем просто отряд.