Клятва двумя клинками

— О нём, — сказала Саске. — О Мадаре.

На вершине Стены словно действительно стало холоднее, хотя ветер не усилился.

— О ком? — переспросил Наруто.

— Ты серьёзно не знаешь? — её глаза сузились ещё сильнее. — Учиха Мадара. Легенда, которую детям страшно даже пересказывать. Человек, который в своё время чуть не перестроил мир под себя.

— Звучит как среднестатистический враг, — заметил Леви. — У нас таких тоже хватало.

— Это не твой зверинец, — отрезала Саске. — Это наш старый кошмар. Мы думали, что это он рвёт пространство. Когда ты пропал, мы решили, что он как-то связан с этим местом. Что он тащит тебя сюда.

Наруто пожал плечами, но видно было, что внутри у него эта история уже лезет в привычные механизмы проверки.

— Я сюда упал сам, — сказал он. — Без всяких легендарных Учиха.

— Ты уверен, что сам? — спросила Саске. — Ты тогда вообще мало на что был похож, кроме комка чакры и упрямства.

— Если бы за мной стоял какой-то ваш супер-Мадара, — сказал Наруто, — я бы первым заметил.

— Ты много чего замечал, — скептически хмыкнула она. — Особенно когда влетал во что-то головой.

Леви чуть наклонил голову.

— Это имя, — сказал он, — я слышу впервые.

— Местный не обязан знать все наши семейные страшилки, — отмахнулась Саске.

— Я не про справочник, — ответил Леви. — Я про то, что если в его отсутствие кто-то ковырялся в швах между мирами, у меня как минимум вопросы.

— У тебя всегда вопросы, — сказал Наруто. — Даже когда я беру чистую чашку.

— И правильно делаю, — покачал головой Леви. — Чистая чашка подозрительна, как и внезапные гости с мечами.

Саске снова оглядела Стену и город.

— Что это вообще за место? — спросила она. — Выглядит как цитадель, но без нормальных оборонительных барьеров. Люди ходят спокойно, титанами не пахнет, но в воздухе такой привкус войны, будто её тут было слишком много.

— Это наш остров, — сказал Наруто. — Наш город. Наш… мир.

— Ты говоришь «наш» с ним, — кивнула она в сторону Леви. — А не со мной.

— Он здесь стоял, когда всё это валилось, — объяснил Наруто. — Ты — там.

На секунду повисла другая тишина — уже не идиллическая, а странно плотная. Солнце продолжало подниматься, будто не замечая, что у него под боком произошло событие, достойное отдельной истерики. Где-то внизу завёлся первый паровой двигатель — тонко, буднично, как будильник.

— Ладно, — сказала Саске. — Сводка такая: ты жив, устроился, завёл себе короткого начальника и новую стену.

— И чайную, — вспомнил Наруто. — И пару других мелочей.

— А у нас там всё ещё куча недоделанных дел, — продолжила она. — И, возможно, враг, который играет с тканью мира. Если это не он, значит, кто-то решил подражать.

Леви пожал плечами так, будто ему только что пересказали слух, который ещё даже не заслужил раздражения.

— Значит, у нас два варианта, — сказал он. — Либо твой Мадара здесь ни при чём, и мы имеем дело с чем-то своим, что по совпадению тянет к себе ваших идиотов. Либо эта легенда нашла способ продлить карьеру.

— В обоих случаях звучит отвратительно, — резюмировала Саске.

— В обоих случаях это значит, что мои тихие рассветы снова под вопросом, — добавил Леви. — Что лично меня раздражает.

— Тебя раздражает даже мой плащ, — сказал Наруто. — Что уж тут говорить.

Саске бросила взгляд на его плечо, увидела пятно.

— Ты, как всегда, выглядишь так, будто тебя собрали из того, что осталось, — заметила она. — И ты ещё что-то говоришь про легендарных врагов.

— Зато стою, — ответил Наруто. — И на этой стене, и на твоей.

— А теперь, кажется, придётся стоять на обеих одновременно, — сказала она.

— Вдвоём проще, — заметил Леви. — Втроём шумнее.

Небо между тем окончательно посветлело, и солнце уже не рисовало золотую полоску, а просто светило, как положено нормальному дневному светилу. Город снизу вошёл в свой привычный ритм: послышались чьи-то крики о ценах, где-то звонко ударил молоток, кто-то заорал ребёнку, чтобы тот не лез на крышу, потому что «ты не Наруто». Стена по-прежнему стояла, и на её вершине теперь уже действительно стояли трое, хотя ещё утром здесь никто этого не планировал.

Наруто поправил плащ, будто от этого он становился официальным хозяином площадки, и встал ровно между Леви и Саске.

— Ладно, — сказал он. — Это Леви. Это Саске. Мир, знакомься.

— Мир с нами уже знаком, — заметил Леви. — Теперь, судя по всему, он знакомится с твоей персональной коллекцией проблем.

— Не переживай, — сказала Саске. — Я часть этой коллекции давно.

— Вот это я и заметил, — кивнул Леви. — Вопрос только в том, кто ещё идёт за тобой по той тропинке.

— Если Мадара действительно нашёл способ сюда лезть, — сказала она, — за мной может оказаться очень неприятный хвост.

— Значит, придётся подмести, — сказал Леви.

Солнце поднялось ещё выше и залило их троих одним и тем же светом — ровным, тёплым, совершенно обычным, как будто ничего исключительного здесь не происходило. Снизу никто даже не смотрел наверх: люди шли по своим делам, обсуждали цену на хлеб и новые двигатели, спорили, кто прав в вчерашней перебранке, и не знали, что на вершине Стены только что потрескалась граница мира.

Трое наверху стояли достаточно близко, чтобы при необходимости достать друг друга рукой, и достаточно далеко, чтобы каждый мог обернуться к своему горизонту.

— Ты остаёшься? — спросил Леви у Саске.

— У меня выбора нет, — ответила она, посмотрев в то место, где был разрыв. — Портал закрылся.

— Значит, выбирай, где будешь пачкать пол, — сказал Леви. — У нас тут свои правила.

— Я и в Конохе успевала везде, — фыркнула она. — Разберусь.

— Разберётся, — сказал Наруто. — Не волнуйся.

— Это я должен говорить тебе, — заметил Леви. — Раз ты теперь у нас официальный шов между мирами.

— Я не шов, — возразил Наруто. — Я человек.

— Пока ты цел, разница небольшая, — сказал Леви. — Главное, чтобы по тебе не начали ходить толпами.

Саске коротко усмехнулась.

— Поздно, — сказала она. — По нему уже все прошлись, кто мог.