Клятва двумя клинками

— Встаём, — сказал он.

Руку он протянул не Наруто, а мальчишке. Тот ухватился, поднялся и сразу спрятался за его спину.

— Ты… — начал худой, подбегая сбоку, запыхавшийся. — Он…

— Потом, — отрезал Леви.

Одним словом закрыл все вопросы.

Потом повернулся к Наруто.

Они стояли почти вровень — только один твёрдо, а второй всё ещё немного качался. Пыль сидела у Наруто на лице и ресницах. Улыбка снова пыталась вернуться.

— Ты идиот, — сказал Леви.

— Я… — Наруто перевёл дыхание. — Я не хотел…

— Я знаю, — кивнул Леви.

Он посмотрел ему прямо в глаза. Взгляд был короткий, точный. Потом едва заметно кивнул — почти невидимо, но достаточно.

Выжил. Не зря.

— В сторону, — сказал он уже обычным тоном. — Работа не закончилась.

До крыш добирались быстрыми рывками. Стража ещё кого-то ловила, рынок ещё шумел. Приходилось скользить вдоль стен, втягивать животы, просачиваться между людьми.

Худой полез первым. Девчонка — следом. Коренастый ругался, застревая на полпути.

— Быстрее, — бросил Леви снизу. — Кто упадёт, тому и памятник ставить самому.

Наруто взлетел наверх легче, чем раньше. Руки уже помнили камень и расстояния. Он подал девчонке локоть и подпер плечом коренастого, когда тот снова застрял.

— Отвали, — запыхавшись, сказал тот. — Я сам. Просто мир узкий.

На крыше ветер встретил их резко и свежо. Смахнул пыль, остудил лбы, растрепал волосы.

Дальше бежали по крышам — быстро, короткими рывками. Перепрыгивали щели между домами, перебирались по балкам, ступали на карнизы, которые держались на честном слове. Внизу рынок уже жил без них.

Люк в техническую зону закрылся за Леви последним. Звук железа о камень — и шум поверхности сразу отсёкся.

Логово встретило их знакомым полумраком и запахом дыма. Но сегодня к этому примешивалась улица — тёплая, пыльная, беспокойная.

— Живы, — сказала девчонка, когда все ввалились внутрь. — Все головы на месте. Уже праздник.

— Праздник — это то, что нас никто не пересчитал, — буркнул худой, скидывая мешок.

— Сколько? — спросил старший из тех, кто оставался внизу.

— Мало, — ответил Леви. — Но завтра не сдохнем.

Мешки раскрыли. Тряпки, железки, пара банок, сухие лепёшки, кусок вяленого мяса — всё быстро разложили по ящикам.

Мелкий сидел в углу и обнимал ногу. Голень опухла, но не сломалась. Девчонка щупала её, худой уже рассказывал, как однажды сам чуть не попал под телегу, причём пустую, а пустая телега, по его мнению, хуже полной.

Наруто сел у стены. Тяжело выдохнул и посмотрел в огонь. Впервые за долгое время просто сидел, ничего не делая.

Леви постоял у входа, потом подошёл к ящику с едой.

— Сегодня у нас, — объявил худой, заглядывая ему через плечо, — маленький праздник. Мы не умерли.

— Мы каждый день не умираем, — заметил коренастый. — Значит, живём в вечном празднике.

— Только музыка плохая, — согласился худой.

Леви взял кусок мяса. Не лучший, но и не тот, что обычно доставался последнему. Подошёл к Наруто и остановился перед ним.

— Держи, — сказал он.

На этот раз он не бросил еду на пол. Держал её на ладони спокойно, без насмешки.

Наруто поднял глаза. Потом посмотрел на мясо. Потом снова на него.

— Мне? — уточнил он.

— Тебе, — кивнул Леви.

Наруто взял кусок осторожно, будто ожидал подвоха.

— Ты… не злой? — спросил он с сомнением.

— Я всегда злой, — честно ответил Леви. — Но сегодня ты сделал глупость, после которой кто-то остался жив.

Коренастый хмыкнул:

— Новая профессия. Идиот-спасатель.

— Жуй, — посоветовал ему худой. — А то и тебя кто-нибудь спасёт.

Леви сел на нары рядом с Наруто — не вплотную, но близко. Вытянул ноги, прислонился к стене.

— В следующий раз, — сказал он, глядя в огонь, — сначала думаешь, потом бежишь.

— Я быстро бегать, — возразил Наруто. — Думать медленно.

— В этом и проблема, — спокойно ответил Леви.

Наруто откусил мясо. Жевал непривычно медленно.

— Ты… — начал он, повернув голову. — Ты видел?

— Видел, — кивнул Леви.

— Он живой, — сказал Наруто.

— Вижу.

Он бросил взгляд на мелкого, который уже вовсю рассказывал, как почти умер геройски, а потом его кто-то дёрнул.

— Если он ещё раз так геройски ляжет под телегу, — добавил Леви, — ты снова полезешь?

Наруто подумал недолго. Пожал плечами.

— Если надо.

— Вот, — вздохнул коренастый. — У нас теперь свой ненормальный.

— В банде и так одни ненормальные, — заметил худой. — Просто этот ещё улыбается.

Девчонка посмотрела на Наруто из-за спины мелкого.

— Спасибо, — сказала она тихо. — За него.

Наруто дёрнулся, не зная, куда деть глаза.

— Я… он свой.

— Вот, — кивнул худой. — Уже “свой”.

Леви не улыбнулся. Но уголок его губ едва заметно дрогнул.

— Свой, — повторил он. — Посмотрим, насколько.

Бочка треснула, огонь шевельнулся, и на стене качнулись две тени рядом: одна узкая и прямая, другая неровная, с торчащими волосами.

Наверху всё так же шумел рынок, ругалась стража, гремели телеги.

Внизу логово дышало спокойнее, чем обычно.

Один ребёнок остался жив — и по местным меркам этого уже хватало, чтобы день не считался плохим.