Клятва двумя клинками

Глава 5: Первый свет

В логове стояла тишина — такая, после которой обычно начинается либо беда, либо чей-то очень важный и очень нежеланный визит.

Бочка в углу дымила лениво. Дым поднимался к потолку и висел там серой пеленой.

Дети расселись кто где: на ящиках, на мешках, прямо на полу. Кто-то ковырял корку на колене, кто-то чесал синяк с видом человека, которому этот синяк давно родной. Воздух пах гарью, мокрой тряпкой и порядком, который держится скорее на страхе, чем на чистоте.

В центре стоял Леви.

Прямой, неподвижный, с тем самым лицом, которое ничего не обещает, но требует внимания. Он смотрел сразу на всех, будто заранее прикидывал, кто сегодня пригодится, а кто будет только мешать.

Потом бросил на пол кусок угля, прижал его сапогом и начал чертить.

Линия. Поворот. Ещё линия. Крестик.

Дети постепенно подтянулись ближе.

— Опять через Третью? — тихо пробормотал худой.

— Тихо, — сказал Леви.

Он показал на выход, потом на схему, потом разделил всех на группы: трое сюда, двое туда, ещё двое с другой стороны. Всё выглядело так, будто он рассаживал людей за столом, а не готовил вылазку.

Потом коротким движением сбил воображаемую фигуру.

Даже без слов стало ясно: если кто попадётся — долго не проживёт.

Наруто сидел у стены и с мрачным упорством наматывал старую портянку на руку. Штанина держалась на нитке и чуде. Он бросил взгляд на схему, на руки Леви, на лица вокруг.

По тому, как все подтянулись и замолчали, было ясно: дело серьёзное.

Леви провёл ладонью по горлу — спокойно, как человек, который показывает, где резать хлеб.

— Если там наверху кто рот откроет, — шепнул коренастый девчонке, — потом уже не закроет.

— А если не откроет?

— Тогда, может, поживёт.

Наруто поднялся, кое-как затянул бинт и шагнул к тем, кто уже собирался на выход.

Леви поднял голову.

Их взгляды встретились.

В логове стало ещё тише.

— Ты куда? — удивился худой. — Там, между прочим, не полы.

— Он подумал, что опять уборка, — хмыкнул другой.

Наруто показал на себя, потом на группу, потом на туннель.

Вид у него был упрямый. Такой, будто он давно привык получать по голове, но всё равно идёт туда же.

Леви посмотрел на него внимательно, как на странную находку, которую и выбросить жалко, и брать с собой опасно.

Потом коротко дёрнул подбородком в сторону выхода.

— Смотри, — прошептал коренастый. — Поломойку взяли в ударную группу. Мир кончился.

— Мир, — спокойно отозвался худой, — кончится наверху.

Туннель принял их без радости. Вода лениво шумела внизу, стены блестели сыростью, редкие грибы светились зелёными пятнами.

Банда шла быстро и без суеты.

Леви — первым.

Каждый поворот он проверял осторожно: останавливался, слушал, вдыхал воздух, смотрел, нет ли лишнего движения. Иногда поднимал руку — и все сразу замирали.

— Ногу выше, — шепнул кто-то Наруто, когда тот в третий раз задел торчащий из стены штырь. — Не на праздник идём.

— Ему наверху, наверное, по мягкому ходить давали, — тихо сказал другой. — А тут камень.

Наруто стиснул зубы и стал ставить ноги тише.

Получалось не сразу. Каждый шаг отзывался в стенах. Он смотрел на спину впереди и повторял: ступать ближе к стене, обходить лужи, переступать трещины.

Постепенно знакомая сырость начала меняться.

Воздух стал прохладнее. В нём появилась сухость. Он больше не застревал в лёгких.

По ногам прошёл сквозняк.

— Нюхай, — тихо сказал худой девчонке. — Это свобода. Или смерть.

— У меня нос не работает, — буркнула она, вытирая его рукавом.

Туннель вывел их к круглой шахте.

Стены уходили вверх в темноту и вниз — туда, куда лучше было не смотреть. По камню шли ряды ржавых скоб. Одни держались, другие болтались, третьих уже не было.

Сверху пробивался свет.

Не грибной. Не факельный.

Другой.

Серый, тусклый, настоящий.

— Ну вот, лифт, как всегда, сломан, — вздохнул коренастый, оглядывая шахту.

— Леви, может, сегодня без меня? — пискнул самый мелкий, вжимаясь в стену. — У меня руки короткие, а смерть длинная.

— Руки у тебя нормальные, — сказал Леви. — Лезь.

Он первым ухватился за скобу и начал подниматься, будто это была обычная лестница. Двигался спокойно, без рывков.

За ним потянулись остальные.

Металл скрипел, местами осыпался, но держал.

Наруто посмотрел вверх. Потом вниз.

Вниз смотрел недолго.

Сверху тянуло тем самым новым воздухом. От него внутри что-то откликнулось.

Наруто шагнул к стене, поставил ногу на камень и сделал первый шаг вверх.

Руки он держал рядом, но не хватался.

Камень был твёрдый. Надёжный.

Он шагнул ещё выше.

— Эй… — выдохнул кто-то снизу. — Ты это видел?

— Кажется, да, — ответил другой. — А он, похоже, нет.

Наруто шёл вверх по стене.

Спокойно. Буднично. Как будто делал это всегда.

Он обгонял тех, кто карабкался по скобам, цепляясь за ржавый металл. Мокрые ботинки оставляли следы на камне, но не соскальзывали.

Леви, поднявшийся уже на половину, услышал шёпот и обернулся.

Под ним по стене шёл чужак в рваной куртке — с таким видом, будто ничего особенного не происходит.

— Держитесь крепче, — пробормотал коренастый. — Сейчас кто-нибудь точно сорвётся.

— Это что, новый вид крысы? — спросил худой. — Ходит по стенам.

Леви ничего не сказал. Только продолжил подниматься.

Но выражение лица у него изменилось. Так смотрят, когда вдруг понимают, что в твоих расчётах появилась лишняя переменная.

Через несколько минут он выбрался наверх.

Свет здесь был слабый, серый, но после тоннелей резал глаза.

Край шахты выходил под пол какого-то старого помещения: балки, трубы, пыль.

Леви подтянулся, встал и замер, прислушиваясь.

Через пару секунд рядом выбрались ещё двое.

Потом показалась голова Наруто.

Только он не вылезал — он просто дошёл.

Перешагнул край и оказался наверху так спокойно, будто вышел из соседнего коридора.

Леви подошёл к нему почти вплотную.

— Это что было? — тихо спросил он.

Он показал вниз, на стену, потом на ноги Наруто, потом на свои.

Наруто пожал плечами. Показал на ноги. Потом на стену. Потом сделал движение, будто снова идёт вверх.

— Легко, — сказал он. — Я так всегда.

К этому моменту остальные тоже выбрались наверх.

Коренастый плюхнулся на спину и тяжело выдохнул.

— Ты, может, ещё по потолку умеешь? — пробурчал он. — Чтобы я заранее испугался.

— Наверху, наверное, все так ходят, — добавил худой.

— Заткнулись, — сказал Леви.

Он всё ещё смотрел на Наруто.

Теперь в его взгляде было не только раздражение. Появился интерес — холодный и расчётливый.

— Ещё раз такие фокусы, — сказал он, — только по моему приказу. Понял?

Слов Наруто не понял.

Но тон понял.

Он кивнул.

— Всё, цирк приехал, — вздохнул худой. — Пошли.