В вихре

Глава 3

Я ухватился за ближайший ствол и с силой оттолкнулся! Продрался сквозь траву, с лету перепрыгнул овраг и покатился по земле!

Сердце пустилось вскачь. Я поднялся и бросился бежать! Высокая трава царапала кожу. Ветки били по лицу. Я отчаянно искал в просвете между деревьями поляну и людей. Вот же вляпался на ровном месте!

За спиной раздался яростный вой! Но… какой-то неправильный. На полушаге я оглянулся.

– Какого…

Из чащи выбрался еще один медведь. Он повалил сородича и вцепился в него зубами и когтями! Словно бездушная машина, он принялся рвать его на части. Отрывать куски плотной маны, из которой состояла плоть духов, и проглатывать их целиком. И каждый раз его зрачки всё ярче и ярче вспыхивали бирюзовым пламенем.

Я в шоке попятился.

Это что-то ненормальное, что-то… противоестественное.

Духи – это ведь не звери. Они так себя не ведут. Они разумны. У них есть общество, свои правила, они не бросаются друг на друга без причины, не впадают в безумие.

По коже пробежали мурашки.

К паре медведей, что сцепились в смертоносный шар шерсти и мяса, подбежал тот самый медвежонок. Будто ребенок в истерике, пытающийся примирить родителей, он ревел и пытался расцепить медведей, но отлетал от любого случайного толчка, а затем поднимался и бежал обратно. По крайней мере, пока духи не свалились в овраг и, вырывая пласты земли, с ревом и грохотом не покатились вниз по лесу.

Вокруг опустилась тяжелая тишина. Опасная мысль зачесалась под кожей. Только ли эти двое духов сошли с ума?

Я огляделся, пытаясь понять, насколько огромен лес и наши проблемы, как чья-то рука схватила меня за плечо.

– Эй, пацан. Что тут творится? – раздался над ухом командный баритон.

Я вздрогнул и задрал голову. Это был охранник. На его браслете мерцала нумеритом цифра десять, а нос пересекал косой шрам. Как много он увидел?

– Эм, я хотел покормить духа, но он убежал в лес, а из него выбрался большой дух-медведь и погнался за мной, а потом на него напал другой медведь, и они вместе понеслись вон туда, – указал пальцем я.

Охранник посмотрел на меня, как на идиота. Я почти слышал, как в мыслях он говорит, чтобы я не пытался скрыть правду за такой очевидной выдумкой, или вроде того.

– Плохая попытка, – сказал он, подтвердив мои мысли. – И всё же что-то здесь не так.

Мужчина окинул взглядом лесную чащу, явно видя и чувствуя больше, чем я. Или нет? Меня же теперь не отправят домой?

– Идем.

– Вы мне верите?

– Посмотрим.

Не прошли мы и нескольких шагов, как к нам приблизился другой охранник.

– Что-то нашел, Реджинальд? – спросил он.

– Буйный дух.

– Буйный дух?

Названный Реджинальдом неясно кивнул.

– Вернемся в лагерь, а потом разберемся с тем, что здесь происходит. Безопасность детей в приоритете.

Мы вернулись на поляну.

Дети сверяли духов, которых нашли, с тем, что нарисовали, играли компаниями, собирали трофейные цветочки и камешки, и просто веселились.

Марк перешел границу “умных” советов и уже откровенно хвастался своим волчонком, выставляя его на показ. Лефи построила девочек в линию, и те прочесывали поляну в поисках прячущихся в траве духов. Наталья Юрьевна с улыбкой фотографировала детей, чтобы показаться родителям.

Её улыбка оборвалась, когда Редж приказал уходить.

– Ребята, собираемся! – позвала воспитательница. – Нам уже пора в лагерь!

Дети, конечно, подняли галдеж. Кто-то ещё не нашел духа, а кто-то просто не хотел возвращаться домой из волшебного леса. И даже я сам отчасти хотел остаться и попытать счастья. Иначе кто знает, когда будет новая возможность?

Я злился, чувствуя как напрягаются мышцы и дрожит мана. Я не хотел, чтобы обстоятельства вставляли мне палки в колеса. Но и сбегать, подвергая опасности себя и других, я не мог. Я пока слишком слаб для безрассудства.

На обратной дороге Редж собрал тех, кто шел за нами. Наша маленькая группа разрослась в шумное море детей и воспитателей, которые не понимали, что происходит, и куда мы спешим. Ко всему в придачу у других групп я не заметил охранников.

Прелестно.

Теперь лес не казался чудесным обителью духов. Теперь казалось, что из-под каждого куста на меня глядят разъяренный зверь, выжидающий, когда я ослаблю бдительность.

Я дотронулся до браслета на руке. Артефакт, который подарила бабушка для упражнений над контролем маны и который я слащаво прозвал Лунной Тенью в честь старого друга. Его холодный металл поднимал на поверхность воспоминания о прошлой жизни и придавал уверенности.

Вскоре мы остановились возле раскидистого высокого дерева, чтобы подобрать очередную группу. И я вдруг нахмурился. Центральное ядро зазудело. Откуда эта тревога?

Я завертел головой. Дети потели, тряслись, шатались, многие плакали. Неподалеку Редж пытался перекричать толпу. Воспитатели скрывали беспокойство за добрыми улыбками, но тщетно. Лишь с опозданием я понял, что за тревога взяла нас в заложники. Это аура. Тяжелая хищная аура множества духов.

За спиной раздался грохот ломающихся деревьев. Земля задрожала. Чудовищное давление упало на плечи. Тогда я пустил по каналам плотный поток маны и запер её внутри тела, напитав мышцы и связки силой. Благодаря ежедневным тренировкам над телом и ядрами всё получилось.

С трудом, будто двигаясь под толщей воды, я повернулся.

Мои глаза в ужасе распахнулись. Десятки взрослых духов выходили из темноты между деревьев. Глаза горели зеленым пламенем, шерсть стояла дыбом, а из пастей раздавался рев, от которого подкашивались ноги. Это смерть царапала когтями почву и скребла по коре деревьев. Бесстрастная, безжалостная, неотвратимая…

Кончики пальцев заледенели. Меня накрыла холодная апатия. Беспомощность.

Я так легкомысленно погрузился в кокон семейного тепла и уюта, что позабыл, как жесток и беспощаден мир за его пределами, забыл, что судьба обожает сюрпризы и отнюдь не приятные.

Неужели я расслабился? Неужели так поверил в сказку о втором шансе, что до сих пор не могу пошевелиться?

Я посмотрел на небо и тяжело вздохнул.

– Наивный дурак...

Правая нога шагнула назад, рука вытянулась в сторону, а взгляд опустился на приближающуюся орду монстров.

Всего лишь монстров.

Артефактный браслет скользнул по кисти. Обычный ребенок рисовал бы им в воздухе светящиеся круги и превращал в красивые фигурки. Но Лунная Тень, подаренная Саффирой, не создавалась для детей. В бабушкиной коллекции древнего оружия хранились лишь лучшие артефакты, что она собрала за свою жизнь, и потому Лунная Тень выдержит даже самое высокое давление маны и превратится во что угодно. Знай родители, точно бы не одобрили.

Я сжал браслет в ладони. Раздался скрежет. И вперед, словно продолжение руки, вытянулся короткий тонкий меч. Стыки механизма трещинами испещерили Лунную Тень. По ним едва заметным ручейком заструилась сиреневая мана.

В то же время по коже прошла волна энергии. Давление спало. Я наконец вдохнул полной грудью.

– Я обещал родителям, что вернусь завтра, – процедил я. – Если для этого придется сжечь весь лес дотла, то так тому и быть.

Я размял кисть, сделав мечом восьмерку, и бросился вперёд.

Пантера длиной не меньше четырех метров запрыгнула на изгиб корня. Из её спины и плеч тянулись костяные наросты, в зрачках, будто отражение неба, танцевало бирюзовое пламя. Она оскалилась и прыгнула на меня.