Страница 165 из 240
Глава 75. Семейный банкет
Му Ханьчжан не позволил бы себя обмануть. Он прищурился и задумался на мгновение.
- Я знаю, даже если ты этого не скажешь.
- Что?
Цзин Шао посмотрел на Му Ханьчжана, у которого было озорное выражение глаз, как у кота, который сделал что-то не так, и его сердце просто зудело еще больше.
- Ты должно быть, сказал своему отцу, что не можешь иметь половой акт, поэтому, если ты возьмешь еще наложниц, то ты потеряешь лицо, - мягко сказал Му Ханьчжан ему на ухо.
«...»
Цзин Шао был ошеломлен на мгновение, прежде чем он опасно сузил глаза.
- Ты сомневаешься во мне?
- Я просто догадывался... ах...
Прежде чем Му Ханьчжан закончил говорить, его одежда была грубо распахнута, и внезапно на его грудь возникло теплое давление, сопровождающееся приступом боли. За этим последовало невыразимое удовольствие, которое заставило его тихо простонать.
Цзин Шао выпустил беднягу изо рта и сжал руки человека, который боролся под ним над его головой.
- Может ли Чэн Ван иметь половой акт, теперь я позволю тебе проверить это лично.
- Не создавай проблем. Я собираюсь увидеться с братом Чжоу сегодня днем, у ...
Му Ханьчжан увидел, что Цзин Шао был серьезен и не мог не отступить, но человек сверху, очевидно, не собирался отпускать его.
Независимо от того, смог ли его Ван Фэй подтвердить его способности в половом акте, Цзин Шао настоял на том, чтобы доказать, что он сам, и хорошая дневная смета была проведена в мучениях.
- Ах ... медленнее... медленнее... ах ...
Му Ханьчжан крепко схватился за подушку и был вынужден запрокинуть голову от яростных толчков человека над ним. Обвив двумя тонкими ногами талию Цзин Шао, он бесконтрольно дрожал.
Цзин Шао замедлился, затем немного приподнялся, чтобы поцеловать Му Ханьчжана в его слегка приоткрытые губы. Позволяя другому мужчине перевести дыхание, он затем медленно вытащил его так, чтобы только кончик был у входа Му Ханьчжана, прежде чем он внезапно толкнул полностью.
Му Ханьчжан схватил простыни. Каждый раз, когда Цзин Шао входил в его тело, он бесконтрольно дергался. Ощущение было настолько сильным, что его крики стали беззвучными. Повторив эти длинные удары дюжину или больше раз, Цзин Шао вернулся к своему быстрому ритму.
Это переключение между быстрым и медленным темпом заставило эту пару прекрасных глаз прослезиться. Мужчина в его руках все еще дрожал от оргазма. Пока Цзин Шао смахивал слезы, которые текли из его глаз, и снова и снова нежно гладил его волосы. Они в двоем были погружены в чудесное послесвечение и только спустя долгое время пришли в себя.
- Что ты думаешь? Разве я не очень способный? - Цзин Шао улыбнулся и покусал элегантную ключицу Му Ханьчжана.
Му Ханьчжан впился в него взглядом и не собирался отвечать. В этот момент, что бы он ни говорил, Цзин Шао использовал это как предлог, чтобы сделать это снова.
Хотя взгляд Му Ханьчжана был резким, Цзин Шао не чувствовал никакого сдерживания в этих слегка красных глазах.
- Эмм... - Му Ханьчжан нахмурился и вздохнул. - В чем дело? Ты можешь сказать это сейчас?
Довольный собой, Цзин Шао улыбнулся и медленно отступил.
Цзин Шао лег на бок и с улыбкой обнял мужчину.
- Видишь ли, ты должен был просто поцеловать меня вначале, чтобы сберечь нам всю эту энергию.
Сказав это, он протянул руку и похлопал Му Ханьчжаня по гладкой и пухлой заднице.
Все лицо Му Ханьчжана покраснело. Он схватил эту руку и выбросил ее из одеяла, отвернувшись и не обращая внимания на Цзин Шао.
Цзин Шао подошел ближе и обнял его сзади. Боясь, что он действительно оскорбил своего Ван Фэй и что ему придется спать с Сяо Хуаном сегодня вечером, он серьезно перестал дурачиться.
- Хорошо, я не буду дразнить тебя.
Он уткнулся носом в шею человека на руках, жадно втягивая его слабый аромат, смешанный с потом, и грубо рассказал историю того, что произошло сегодня в суде.
- Ты говоришь, что они хотят присвоить мне титул маркиза? - медленно произнес Му Ханьчжан, на мгновение ошеломленный.
- Да. Официальное название еще не определено; Я разрешил старшему брату выбрать ту, которая соответствует твоему темпераменту, но она должна быть более могущественной, чем «Северный маркиз»! - торжествующе сказал Цзин Шао.
Получение титула маркиза означало, что он будет иметь право вступить в суд, что его талант был признан и что он имел право привести свою мать к себе домой, чтобы заботиться о ней, когда его отец уйдет ... Потому что он был женат на Чэн Ван, он не смог сдать экзамен на императорскую государственную службу и думал, что так будет оставаться на всю жизнь. Позже в учебниках истории он будет упоминаться только как «Чэн Ван Фэй» - кто-то постоянно упоминается в связи с другим человеком. Он никогда не ожидал, что все пойдет по-другому!
Подтвердив свои чувства с Цзин Шао, Му Ханьчжан больше не был сильно привязан к имперскому экзамену, но как человек, который не хотел вносить вклад и оставлять след в истории?
После долгого разговора, Цзин Шао обнаружил, что человек в его руках все еще не ответил, поэтому он выглянул через плечо, чтобы увидеть выражение его лица. Затем он увидел, что его Ван Фэй зарылся половиной лица в подушку и тайно улыбнулся.
Глядя на Цзюнь Циня таким образом, Цзин Шао не мог не улыбнуться. Однако в его сердце вспыхнула боль. Его Цзюнь Цин обладал талантом стать маркизом или даже министром, но его крылья были сломаны несколько раз. Изначально он хотел подразнить его и сделать это еще раз, но когда появилась эта боль, желание, которое он чувствовал, утихло и он обнял Му Ханьчжана.
- Когда будет присвоено звание, я попрошу кого-нибудь переименовать вывеску на воротах, чтобы сказать:« Дом Чэн Вана и маркиза (...).
- Мгм, - ответил Му Ханьчжан.
- Ах да, западный двор снесен и превращается в смотровой сад. В будущем у Сяо Хуана появятся охотничьи угодья.
Цзин Шао взял за руку человека, стоявшего рядом, играя с его тонкими пальцами.
Му Ханьчжан поднял брови. Не следует ли превратить западный двор во двор для маркиза? Если нет, то хотя бы гостевую. Как можно было превратить его в сад? Но Цзин Шао радостно говорил об этом, поэтому Му Ханьчжан молча слушал его.
Праздник фонарей, пятнадцатый день первого лунного месяца.
В этот день в утренний суд не было необходимости. Цзин Шао спал со своим Ван Фэй, пока солнце не поднялось высоко в небе, и всю дорогу, пока они не были разбужены Сяо Хуаном, который пробрался внутрь.
"Мяу !" Сяо Хуан плюхнулся на пол рядом с кроватью и на какое-то время склонил голову к двум людям на кровати, прежде чем медленно упал на пол ... и прыгнул!
Прыгнув на широкую кровать, тигренок наклонил голову и потерся ею о щеку Му Ханьчжана, а затем лег на грудь Цзин Шао.
- Поистине неспокойный момент с этим парнем. - Цзин Шао сел и оттолкнул от себя тигра. - Мой брат может быть поедет в Цзяннань в следующем месяце. В то время он мог бы с таким же успехом отвести этого парня в Водный двор, чтобы вырастить его вместе со львом Гу Хуайцина.
Му Ханьчжан тоже сел и ущипнул тигра за круглые уши. Сяо Хуан покачал головой, затем лег на спину и слегка мяукнул ему.
- Но если он уйдет от нас на год, он меня точно не узнает.
За последние полгода он привык к маленькому тигренку, который каждый день был рядом с ним. Ему было трудно думать о том, чтобы отправить его к королю Хуайнань.
- Я просто пошутил.
Увидев, что его Ван Фэй грустит, сердце Цзин Шао немедленно растаяло и он быстро сменил мелодию.
Двое освежились, поскольку в тот вечер должен был состояться банкет в императорском дворце, и они воспользовались свободным временем, чтобы пойти в ресторан Хуэй Вэй.