Страница 135 из 240
Глава 60. Ванфэй
- Генерал Хао, - произнёс Му Ханьчжан, вставая. Он заметил, что выражение лица мужчины было непривычно хмурым, и потому спросил: - Что-то стряслось?
- Военный советник, я, Хао Дадао, человек грубый и неотёсанный. Я не могу похвастаться обширными знаниями и богатым опытом, но существуют некоторые вещи, на которые я просто не способен закрыть глаза, - генерал грозно смотрел на Му Ханьчжана. Его могучее и высокое тело, на целую голову возвышавшееся над военным советником, обладало угнетающей аурой.
Эти слова удивили Му Ханьчжана. Он чуть отступил назад и предложил мужчине присесть на плоский и чистый каменный валун.
- Если генерал столкнулся с трудным вопросом, нет ничего дурного в том, чтобы поделиться своими переживаниями. Хоть Цзюнь Цин не обладает особыми талантами, если в его силах помочь генералу разрешить его сомнения, он не станет отказывать и приложит все усилия.
- ... - пред лицом мягкого и вежливого военного советника Хао Дадао чувствовал себя так, словно бьёт кулаком по мешку с хлопком [1]. Пламя ярости в его сердце не находило выхода, отчего мужчина всем телом ощутил дискомфорт и только и мог, что сердито плюхнуться на камень.
[1] Бить (кулаком) по мешку с хлопком - не получать от оппонента ожидаемой агрессивной реакции в ответ на провокацию.
- Авву! - Сяо Хуан вскочил на камень и с любопытством потянулся когтями к матерчатой сумке на поясе Хао Дадао.
Му Ханьчжан бросил взгляд на мужчину, и его губы слегка изогнулись в вежливой улыбке.
- С какой же проблемой столкнулся генерал?
Хао Дадао вздохнул.
- Военный советник, я не имею права вмешиваться в то, что происходит между вами и Его Высочеством, но я слыхал, что у принца уже есть жена в столице, притом это мужчина благородного происхождения.
Му Ханьчжан нахмурился:
- Что имеет в виду генерал, говоря мне это?
- Согласно законам Дачэнь, её гражданам разрешается иметь жён-мужчин, но не наложников. Военный советник и Его Высочество, проводящие время вместе таким сомнительным образом, наносят Ванфэй огромное оскорбление, - с каждым последующим словом Хао Дадао всё больше распалялся. Он терпеть не мог тех, кто после женитьбы продолжал смотреть на сторону. Найти спутника жизни нелегко. Порядочный человек будет проявлять должную заботу о своей семье.
- Генерал Хао... - Му Ханьчжан удивлённо моргнул.
- Способностей военного советника более чем достаточно, чтобы занять первое место на Императорском экзамене. Странно, что вы прикладываете столько усилий, чтобы оставаться подле другого мужчины, - когда эти слова произносятся вслух, они могут по-настоящему глубоко задеть человека. Хао Дадао не осмелился посмотреть Му Ханьчжану в глаза. Военный советник всегда хорошо относился к нему, и генерал искренне восхищался его действиями и идеями; ему не хотел видеть, как он вот так растрачивает свои таланты.
Глядя на не находящего себе места Хао Дадао, Му Ханьчжан поджал губы, но на них так и норовила проявиться усмешка. Он наблюдал, как Сяо Хуан в мгновение ока разорвал матерчатый мешок на поясе генерала. Выудив когтем немного сушёного мяса, тигрёнок устроил себе пир. Му Ханьчжан наконец не выдержал и рассмеялся. Увидев, что Хао Дадао вскинул голову, он быстро погасил улыбку на своем лице.
- Разумеется, генерал Хао поистине верный и любящий муж с замечательным характером. Цзюнь Цин восхищается вами. Вот только, боюсь, я не могу принимать участие в гражданском экзамене.
- Почему же это? - с сомнением спросил Хао Дадао.
- Потому что он уже замужем за Принцем Чэном, - Цзин Шао, под многозначительным взглядом своего Ванфэй остановившийся в нескольких шагах от них, в этот момент не мог не вмешаться.
- Ха? - Хао Дадао не мог ничего понять. Он вскочил и развернулся, от резкого движения всё сушёное мясо высыпалось из его порванной сумки, и Сяо Хуан с воем набросился на угощение, не зная, какой кусочек проглотить первым.
Цзин Шао шагнул вперёд и притянул своего Ванфэй в объятия. Эти негодяи, которым нечем заняться после обсуждения военной тактики, приходят и доставляют проблемы его Цзюнь Цину. Как же это злит.
Му Ханьчжан откинул руку, обхватившую его за талию. Лицо мужчины залил лёгкий румянец, слегка кашлянув, он сказал Хао Дадао несколько извиняющимся тоном:
- Мы не рассказывали об этом в силу необходимости сохранения тайны. В конце концов, это нарушение правил, гласящих, что жене и детям запрещено покидать столицу, когда муж отправляется на войну. Более того, я также надеялся, что офицеры армии искренне примут меня, а не проявят бессмысленную вежливость из-за моего статуса Ванфэй; в результате, однако, мы вызвали недопонимание со стороны генерала...
Хао Дадао широко распахнул глаза. Его мужественное лицо постепенно из чёрного стало красным, потом из красного - зелёным и, наконец, приобрело мертвенно-бледный оттенок!
Цзин Шао придвинулся ближе, обнял Ванфэй за талию и положил подбородок ему на правое плечо, с немалым интересом наблюдая за переменами на лице Хао Дадао. В прошлой жизни этот генерал обругал Цзин Шао, когда тот заглянул в бордель в Цзяннани. Однако в то время принц был глух к словам этого человека и даже высмеивал Хао Дадао за то, что он боялся своей жены и подчинялся ей. Теперь же он всем сердцем разделял мнение Хао Дадао: женившись, он должен уважать и защищать своего супруга.
- Ха-ха, похоже, этот Хао чересчур своевольно влез в чужие дела, - Хао Дадао сухо рассмеялся и развернулся, чтобы уйти.
- Генерал, - быстро окликнул его Му Ханьчжан, - лучше не предавать это дело огласке.
Хао Дадао на мгновение задумался, нахмурился и возразил:
- По крайней мере Чжао Мэн и остальные офицеры должны знать об этом, иначе престиж военного советника будет под угрозой, - генерал прекрасно помнил, как эти люди тайно смеялись над ним. Было бы нехорошо, если бы всё осталось, как есть; он не собирался быть единственным опростоволосившимся!
- Звучит разумно, - тут же согласился Цзин Шао. - Иди расскажи об этом офицерам, но держи в секрете от остальных.
Когда Хао Дадао ушёл, вежливая улыбка исчезла с лица Му Ханьчжана, он повернулся к чрезвычайно довольному собой Цзин Шао:
- Твоя цель достигнута. Теперь ты счастлив?
Цзин Шао невинно моргнул, надеясь выйти из положения при помощи своих актёрских навыков.
- Твоё поведение в последние дни - не продиктовано ли оно желанием дать всем вокруг понять, кто я? - Му Ханьчжан явно пребывал не в лучшем настроении: - Зачем ты это делаешь?
- Хмпф, если я хочу каждый день обнимать своего собственного Ванфэй, то должен делать это тайком, точно преступник. Да разве же это нормально? - поначалу Цзин Шао чувствовал себя немного виноватым, поэтому наскоро придумал оправдание, но чем больше он говорил, тем более логичными ему казались собственные слова, и он постепенно оживлялся.
Му Ханьчжан вздохнул и нагнулся, чтобы собрать разбросанное сушёное мясо, иначе маленький тигрёнок съест слишком много и получит несварение желудка.
- Хоть Отец-Император и дал молчаливое согласие, другие люди в столице об этом не знают. Если эта информация просочится, боюсь, у нас будут неприятности.
Цзин Шао присел на корточки рядом с супругом, обнял его и поцеловал в гладкий лоб.
- Пока я здесь, ничего плохого не случится.
Хао Дадао сжал кулаки и бросился прямо к палатке генерала правого фланга. Как и ожидалось, Чжао Мэн всё ещё не ушёл, и левый генерал тоже был там. Хао Дадао сдёрнул с пояса порванную сумку, схватил новую и принялся сгребать в неё сушёное мясо, лежавшее на столе.
- Эй-эй, это моё мясо. Куда подевалось твоё? - правый генерал поспешно встал на защиту своей еды.