Страница 134 из 240
Положение Хао Дадао тоже было незавидным; даже приблизиться к городским воротам было чрезвычайно трудно, что уж говорить о попытке проломить стены природной цитадели.
После целого дня боев армия вернулась в лагерь; на следующий день они возобновят своё наступление.
- Эй, я тут слыхал, что прошлую ночь Его Высочество снова провёл в палатке своего военного советника, - прошептал один патрульный другому.
- Хах, после того случая с убийцей, совершившим покушение под покровом ночи, я во время ночного дежурства регулярно заглядываю в палатку принца. Его Высочество практически ни разу не спал у себя, - так же шёпотом поделился его напарник.
- Что за чушь вы тут обсуждаете?! - генерал правого фланга отвесил обоим по затрещине.
Отхватившие командирского тумака солдаты вжали головы в плечи и не осмелились продолжить разговор. Держа язык за зубами, они вернулись к обходу лагеря.
- Эх, что вообще происходит между Его Высочеством и военным советником? - спросил Чжао Мэн, который хотел поболтать с правым генералом и случайно стал свидетелем всей сцены.
- Я тоже не понимаю, - генерал правого фланга уставился в землю затуманенным взором и невольно вздрогнул, вспомнив слова военного советника.
- Разве Его Высочеству по нраву мужчины? Не он ли устроил дебош, когда Император приказал ему жениться на жене-мужчине ? - Чжао Мэн буквально сгорал от любопытства.
Хао Дадао, подошедший к ним, чтобы поделиться сушеным мясом, сурово нахмурился от услышанного.
- Ты хочешь сказать, что у Его Высочества уже есть жена, да притом жена-мужчина?
- Да, ты не знал? - Чжао Мэн озорно улыбнулся; он наконец-то знал то, чего не знал Хао Дадао. - Ванфэй - сын второстепенной жены Великого Маркиза Севера. Он из знатного рода, и, насколько я слышал, весьма известен среди талантливых ученых столицы.
Законный супруг ожидал его в столице, а Его Высочество в это время совершал такие аморальные, недозволительные поступки. Вот уж воистину...
Хао Дадао оставил сушеное мясо, развернулся и ушёл.
Му Ханьчжан сидел один у реки и наблюдал за игрой маленького тигрёнка, пытающегося поймать насекомых в траве. Когда до его ушей донёсся звук шагов, он подумал, что это Цзин Шао, однако на этот раз человеком, искавшим его общества, оказался Хао Дадао, чьё лицо было мрачнее тучи.