Страница 5 из 11
- Кого его? Генерала?
- Нет, эхо. Оно здесь особое, живое. Вы разве не слышите сами? Оно отвечает тем же голосом, но с другими интонациями.
- Эй, Эхо! Ты, правда, живое? - крикнула я ещё громче.
- Правда живое... живое... живое...
Рядом в овраге хрустнули ветки, и к дому вышел, нет, не Генерал, а оленёнок. Взглянул на нас и убежал обратно в лес.
- Вот это да! Здесь ещё и олени живут!
- Говорю вам, это удивительное место, Инга Николаевна... Не будем беспокоить красоту. Пока мы здесь, Генерал всё равно не вернётся, если не хочет, чтобы его рассекретили... Лучше нагрянуть завтра.
По пути в гостиницу мы остановились у реки. Завидев вдали молодых людей с биолокационными рамками и лопатами, Чевычелов покрылся красными пятнами и закричал, что неизвестные воруют наши ископаемые на том самом месте, в общем, вы помните... Да, такой комичный персонаж, иначе не скажешь, ведь я собираюсь писать об этом, пожалуй, роман, попался мне в спутники.
Вернее, попалась я...
А лопатами орудовали археологи - студенты истфака, и интересовали их отнюдь не виртуальные миллионы, а вполне реальное городище. Под толщей земли уже вырисовывались скалообразные изгибы-очертания древней крепости.
Узнав, что мы из газеты, ребята сразу же отложили лопаты. Только двое загорелых парней с сосредоточенным видом продолжали копать.
- Видите, браслет - стеклянный, - показал один из них, высокий в бандане, находку. - Такие носили в городах. Значит, здесь было городское поселение.
- А правда, что где-то здесь жил Соловей Разбойник? - спросила самого старшего в группе, оказавшегося, как я и предполагала, их руководителем - рыжеволосого худощавого молодого мужчину по имени Андрей Иванович.
- Не знаю, в сказки я не верю, - вздохнул он глубокомысленно, - хотя иногда мне и кажется, что прошлое - время сказок. Наверное, был и Соловей Разбойник на Руси и, скорее всего, не один. Может, был такой и здесь. Во всяком случае, в этих местах нашли уже четыре клада. Самый большой - сундук обрезанных в кружок арабских диархем - думаю, они были спрятаны славянами в конце десятого века. Несколько монет осталось в местном музее старины, останется время - загляните. Не пожалеете!
- А вы живёте прямо здесь, в палатках? - полюбопытствовал Чевычелов.
Вдали у импровизированного временного городка что-то готовили на костре две девушки - одна с двумя длинными косами, другая - с кудрями, спускающимися по пояснице. Если бы не обрезанные джинсы на обеих, можно было бы подумать, здесь снимают фильм о Древней Руси.
- Здесь и живём, - подтвердил Андрей Иванович.
- А почему не в домах, ведь вокруг много опустевших деревень? - перевела я разговор на волновавшую меня тему. - Мы сейчас были в одной, там вообще только один дом, хотя, говорят, и наведывается туда некто по прозвищу Генерал.
- Призрак Генерала туда наведывается, - совершенно серьёзно ответил не верящий в сказки Андрей Иванович.
- Но как же... в Соловья Разбойника вы не верите, а в призрак какого-то там генерала... - растерялась я.
- Не какого-то, а самого настоящего генерала девятнадцатого века, - продолжал убеждать Андрей Иванович.
- Почему вы так уверены? - вставил своё веское слово Чевычелов.
- Потому что видел сам. Два дня назад. Перед рассветом. Слышу сквозь сон, как хрустнула ветка, открыл глаза и вижу - со стороны того дома мимо нас идёт генерал.
- Так вот же, генерал, а не призрак! - поймал его на слове Чевычелов.
- Действительно, - растянул губы в саркастической улыбке Андрей Иванович. - Каждую ночь по старинным дорогам расхаживают генералы в николаевских шинелях...
Прикоснуться к прошлому - не просто метафора, у него есть запах, цвет и даже вкус. Послевкусие.
А будущее для одних - предвкушение, а для других - ожидание, смешанное в той или иной пропорции со страхом.
Настоящее отфильтровывает материю, оставляет память, пока не кончится даже будущее, и мы все не вернёмся в безвременье, где нас давно уже ждут.
А пока люди инстинктивно продолжают цепляться за прошлое, складируя его в музеях...
Музей старины закрывался рано, в пять, но до обозначенного часа мы успели, а специально для нас, вернее, для Чевычелова, закрытие отсрочили на неопределённое время.
Директором музея и экскурсоводом в одном лице оказалась заведующая местной библиотеки - Татьяна Петровна, приветливая пожилая женщина с огоньком в глазах и даже неким фанатизмом, без которого в глубинке не только не создашь что-то дельное, а захандришь, запьёшь и пропадёшь.
Чевычелов показал себя в музее знатоком старинной утвари, даже рушников, хотя вышивать - женское занятие. Впрочем, в Швеции, например, был король-рукодельник Густав V, искусно вышивавший крестиком. Но где Чевычелов и где король?
- Домотканые ковры 19 века, - вдохновенно ощупывал экспонаты Чевычелов с таким видом, как будто обнаружил подлинную голову Ники Самофракийской. - Чёрно-красный узор, характерные петушки и бутоны. Такие ковры ткали на юге губернии.
- Какие у вас глубокие познания! - искренне восхитилась Татьяна Петровна. - Да, ткали вот на таких станках.
Она чинно подвела нас к следующему экспонату.
- А вы сами ткать умеете? - живо заинтересовался Чевычелов.